Идеальный шторм на Темзе

Вестминстерский пат в игре между законодательной и исполнительной ветвями британской власти, похоже, уже 23 сентября может разрешиться с помощью обращения к ветви третьей. А именно - к Верховному суду Соединенного Королевства, который в октябре 2019 года отметит свой десятилетний юбилей.

Действительно, в 2009-м в рамках парламентской реформы полномочия высшего апелляционного суда, столетиями принадлежавшие особому комитету Палаты Лордов (так называемая Звездная Палата), перешли к новому властному институту. И сегодня, то есть весь уикэнд, все взоры, все надежды и упования британцев (а также обитателей Евросоюза) будут устремлены к новейшему учреждению самой древней из современных демократий.

Можно сказать даже более конкретно: не просто к учреждению, а к 11 членам Верховного суда, в руках которых - судьба Бориса, судьба Brexit`а и в конечном счете судьба Британии. А еще более конкретно - в руках председателя ВС леди Хэйл (Brenda Hale, Baroness Hale of Richmond). Именно ей предстоит провести, вероятно, самый главный уикэнд в ее жизни в обсуждении со своими десятью коллегами иска против премьер-министра Бориса Джонсона. И затем огласить декларацию, значение и последствия которой далеко не все осознают в полной мере.

В прошлый раз я сравнил нынешнюю ситуацию в Британии с нашим сентябрем-октябрем 1993 года, когда конфликт между президентом и Съездом народных депутатов (ошибочно именуемым парламентом) разрешился посредством штурма Белого дома. Теперь есть соблазн сравнить британскую коллизию с российским февралем-мартом 1917-го и вот почему.

Как и 102 года назад в Российской империи, сегодня в Соединенном Королевстве вышел указ монарха о роспуске парламента. Тогда председатель правительства Николай Дмитриевич Голицын в ночь на 27 февраля 1917-го направил императорский указ о роспуске Государственной Думы ее председателю Михаилу Владимировичу Родзянко. Госдума распуститься отказалась и тем самым неизбежно превратилась в штаб бескровной революции. Уже через три дня состоялось отречение - в кавычках - последнего российского императора Николая II со всеми теми последствиями, оценка которых - предмет непрекращающихся споров.

9 сентября 2019 года королева Елизавета II своим указом распустила обе палаты британского парламента, которые - заметно нехотя - указу повиновались. Роспуск имеет специальное название - prorogation и четко фиксированную цель и сроки. Цель - сделать перерыв между сессиями парламента, поскольку нынешняя сессия длилась без перерыва более двух лет. А сам перерыв использовать для подготовки очередной инаугурационной речи королевы, в которой должны быть изложены основные цели и планы правительства на следующую сессию. Речь Елизаветы II должна быть произнесена 14 октября - в день, когда парламент откроет новую сессию.

Казалось бы - что за аналогия? При чем тут Николай II, Государственная Дума Российской империи и крушение монархии? Где бурлящий Петроград - наша февральская революция и где нынешний Лондон? У британцев вроде бы все тихо-мирно. Королева послала своего комиссара с черной тростью (Black rod), парламентарии и разошлись. И спикер Джон Беркоу, несмотря на то что несколько парламентариев пытались удержать его в спикерском кресле, Родзянке не уподобился и Палату Общин покинул с гордо поднятой головой.

Вопросы можно множить и различий находить все больше и больше. Но. Несмотря на то что нынешняя Британия ни с кем не воюет, солдатские массы не терроризируют ее столицу и перебоя с черным хлебом в лондонских лавках и супермаркетах не наблюдается, что-то похожее на наш февраль 1917 года в лондонском воздухе все-таки витает. Нет, институт монархии вроде бы свергать пока что никто не собирается. И лично королеву Елизавету II выселять из Бакингэмского дворца охотников не видно. А вот решить тяжбу о том, кто главнее: правительство или парламент, кто кому должен подчиняться и вообще, чье оно правительство - Ее Величества королевы или парламентского большинства, - на повестке дня. И решать предстоит вышеупомянутому Верховному суду.

Напомню, как до нынешней ситуации дошло дело. Парламентарии подчинились королевскому указу, но гордые шотландцы оспорили указ в своем шотландском высшем суде, который вынес соответствующий вердикт. Соответствующий, естественно, желаниям одной из двух самых бескомпромиссных фракций парламента по вопросу о Brexit`е - партии шотландских националистов. Они, как и либеральные демократы, стоят насмерть. В смысле - абсолютно и непоколебимо против. И, в отличие от либеральных демократов, шантажируют правительство повторным шотландским референдумом о независимости в случае, если оно попробуем выйти из ЕС без Соглашения (жесткий Brexit или No deal Brexit). Вердикт шотландского суда прост: совет премьера о роспуске парламента на пять недель, данный королеве, незаконен. То есть, иными словами, Борис Джонсон, склоняя Елизавету II к решению о роспуске (prorogation), ее обманул. Поскольку затеял роспуск не ради подготовки ее речи, а ради устранения парламента как препятствия на пути к жесткому Brexit`у.

Но, опять же напомню, Высокий суд Англии и Уэльса постановил совсем иное. Не противоположное, а именно - иное. Дело о роспуске парламента по инициативе премьер-министра и указу королевы в судах вообще рассматриваться не может и не должно. Потому что речь идет в данном случае не о нарушении тех или иных законов и, следовательно, не носит правового характера, а является чисто политическим. А в силу принципа разделения властей судебная власть на территорию властей исполнительной и законодательной права вторгаться не имеет. Прерогатива короны и исполнительной власти - распускать парламент для перерыва между сессиями. Мерками закона прерогатива измеряться не может, а потому: всем спасибо, все свободны.

Но нашлись те, кто решил напомнить британским наперсникам разврата (и Джонсону лично), что есть и Божий, простите, пока что - Верховный суд. А конкретно - та самая Джина Миллер (Gina Miller), по иску которой в 2016 году суд решил, что волеизъявления народа на референдуме по Brexit`у недостаточно и что для Brexit`а потребуется специальный закон, принятый парламентом. А еще - Джоанна Черри (Joanna Cherry), член фракции шотландских националистов в Палате Общин. Обе пассионарии подали апелляции в Верховный cуд, требуя признать, что совет Бориса Джонсона королеве распускать парламент был незаконным. И, следовательно, сам указ о роспуске юридически ничтожен (null&void). И, следовательно, обе палаты парламента должны после удовлетворения их апелляции немедленно вновь собраться, чтобы остановить злодейский замысел премьера вывести Британию из ЕС без сделки.

Для полнейшего разъяснения ситуации нужно добавить следующее. В отличие от нашего злополучного февраля 1917 года, нынешние британцы на свою монархию не посягают. Наоборот, всячески подчеркивают, что королева тут ни при чем. По неписанной конституции королева совет премьера отклонить не может и просто транслирует его в виде своего указа. То есть в роли козла отпущения выступает лично Борис Джонсон. Но, опять же, никакого уголовного преследования ему не светит, даже если ВС признает его совет незаконным. Однако не сильно ли я преувеличил, заявив в начале, что в руках леди Хэйл и Ко - судьба Бориса, Brexit`а и Британии? Действительно ли на кону три Б?

Остаюсь при первоначально утверждении и постараюсь привести доказательства в свою пользу.

Во-первых, Джонсон. Уголовка и вообще что-либо юридическое ему не грозит, но в случае возвращения парламента к работе, скажем, 23 сентября, по вердикту ВС можно вполне начинать готовиться к его политическим похоронам. Не в виде отставки - нет, хитроумное большинство Палаты Общин на вотум недоверия и досрочные выборы сразу не пойдет, дураков нет. А пойдет оно на выборы уже после 31 октября, когда по дефолту Brexit в очередной раз будет отсрочен. Потому что не получится у Джонсона ни жесткий Brexit (закон Хилари Бенна), ни какой-либо иной Brexit (ирландский backstop по-прежнему - камень преткновения). А ситуация значит, что по формуле самого же Бориса он должен умереть (do or die). Вот тогда-то лейбористы в коалиции с либерал-демократами и шотландцами вотум недоверия Джонсону и объявят. И на досрочные выборы пойдут с манифестом не Brexit`а, а повторного референдума.

И что смогут противопоставить им тори? Объявить себя партией Brexit`а? Но так уже сделал Найджел Фарадж. Пойти на союз с ним? Но на днях лидер Палаты Общин Джейкоб Рис-Могг повторил позицию руководства партии: при всех заслугах Найджела в деле борьбы за победу на референдуме в партнерские отношения с его партией тори вступать не будут. При неминуемом провале тори репутация Джонсона будет подорвана несравнимо сильнее, чем репутация его предшественницы - Терезы Мей. А, учитывая нынешние грубейшие наезды на Бориса со стороны таких партийных грандов, как бывший премьер Джон Мэйджор и бывший премьер Дэвид Кэмерон, можно с уверенностью говорить о конце его политической карьеры вообще. В рядах тори - наверняка.

Во-вторых, Brexit. Из сказанного о Джонсоне само собой вытекает следующее. Если его попытка форсировать Brexit любой ценой и главным образом без сделки провалится, то можно ставить десять к одному на то, что Британия из ЕС вообще не выйдет. Сначала вопрос замотают отсрочками, а затем проведут референдум, на котором уже ни Доминик Каммингс, ни Найджел Фарадж, ни тот же оклеветанный молвой Борис Джонсон сделать ничего не смогут. То большинство в 1,4 млн голосов, которое им удалось собрать в 2016 году, почти наверняка будет перекрыто массовой мобилизацией в стане Remain. Прохлопав ушами один раз, британский леволиберальный истеблишмент (политики, бизнес, академия, массмедиа) во второй раз не ошибется.

В-третьих, Британия. Бог с ним, с Борисом. Не он первый и не он последний из политиков, кувырком вылетающих из политики. А вот Brexit - вещь серьезная. Напомню, что партия Фараджа на выборах в мае в Европарламент заняла первое место. То есть до сих пор весьма солидная часть активных подданных Соединенного Королевства Brexit`а ждет. И когда им скажут «Спасибо, до свидания!», то исключить нельзя ничего. Вплоть до активного сопротивления. Во всяком случае стоит принять во внимание слова колумниста «The Sun» Рода Лиддла (Rod Liddle), который предупреждает: «Если судьи вынесут вердикт против Бориса Джонсона, они практически забьют последний гвоздь в крышку гроба Brexit`а. И если так случится, то кто из нас в будущем пойдет к избирательным урнам в расчете на то, что наше мнение будут уважать? Так что ситуация окажется парализующим ударом не только для Brexit`а, но и для всей нашей демократии».

Одно дело, если значительная часть британских избирателей превратится в абсентеистов и станет игнорировать выборы и референдумы. И совсем другое, если кому-то из них захочется как-то действовать. А ведь в рядах разочарованных брекзитеров непременно окажутся самые радикальные политические группы с крайне правого фланга. Миграционный вопрос на островах пока стоит не настолько остро, как на континенте - например, в Германии и Италии. Но в случае продолжения политики открытых границ может встать всерьез. Так что если я и преувеличил угрозы, то лишь на самую малость.

А ведь я рассмотрел только сценарий, в котором Верховный суд решает против премьера. Но в случае если лэди Хэйл сотоварищи вынесет вердикт в его пользу, то есть подтвердит решение английского Высокого суда, все может оказаться гораздо веселее!

Опять же - сначала Джонсон. В отсутствие заседающего парламента у него действительно достаточно свободны руки для того, чтобы в оставшееся до 14 октября время либо пробить стену переговорщиков из ЕС и вынудить их согласиться на отмену ирландского backstop’а в нынешнем бессрочном виде. Либо, наоборот, продемонстрировать британскому обществу, что неуступчивые и высокомерные европейцы вынуждают его идти на крайний вариант - жесткий Brexit. Даже при том, что закон Хилари Бенна его запрещает. Но тут возможны варианты: оспаривание статуса закона в качестве действительно закона, например. Или - прямое обращение к нации с целью легитимации выхода из ЕС в формате No deal в срок до 31 октября.

Таким образом, возможно, что позитивное для Джонсона решение ВС проложит ему путь к Brexit`у в отведенный срок. И тут очень важно учесть, на каких условиях Brexit состоится.

Если с каким-то Соглашением, то ситуация будет означать консолидацию большинства в парламенте вокруг Джонсона. И, следовательно, решающий перелом всей нынешней политической конфигурации - как в партии тори, так и в стране в целом. Никаких досрочных выборов Джонсону теперь не понадобится, и можно смело смотреть вперед в 2022 год, когда должны пройти регулярные выборы. Сам же Джонсон окажется если не национальным героем, то во всяком случае - легитимным лидером. Политиком-победителем, а не лузером - не в пример своим предшественникам Кэмерону и Мэй.

Вопрос, как он сможет распорядиться настолько серьезным политическим капиталом, вполне закономерен. Но сейчас ясно только одно: имея капитал - доверие большинства нации, прежде всего Джонсон сможет идти на дополнительные риски, реализуя объявленный еще Мэй проект «Global Britain». С ориентацией главным образом на тесный экономический союз с США и персональный политико-стратегический союз с Дональдом Трампом. Что, кстати, может пригодиться и последнему в его новой избирательной кампании в следующем году.

А вот если Джонсону придется выходить жестко, без Соглашения с ЕС, то судьба Соединенного Королевства может повернуться совсем по-другому. Прежде всего встанет вопрос о независимости Шотландии. Повторный референдум, которым грозит партия шотландских националистов, - перспектива, с которой Джонсон обязан считаться. И тут либо вариант Каталонии - референдум вопреки воле центрального правительства со всеми последствиями. Либо - референдум с согласия центрального правительства и, страшно подумать, выход Шотландии из состава Соединенного Королевства. Выбирать не из чего: оба хуже.

Ждем, когда разразится обещанный в заголовке идеальный шторм? На самом деле он уже начался. Потому что, по мнению профессора-правоведа из Оксфорда Ричарда Экинса, в «Судный день» (заголовок его статьи в «The Spectator») 23 сентября вопрос поставлен ребром: кто правит? «И здесь главный вопрос, - подчеркивает Экинс, - который затрагивает практически все действующие механизмы неписанной конституции Соединенного Королевства. Он проникает в самую сердцевину процесса функционирования нашей демократии, в котором высвечиваются взаимоотношения между короной, правительством и парламентом, не говоря уже о различии между шотландскими и английскими судами. Налицо - конституционный эквивалент идеального шторма».

Выплывет ли из шторма британская политическая система в целости и сохранности? Или мы станем свидетелями невероятного крушения последнего оплота некогда самой могущественной империи, над которой никогда не заходило Солнце? И вместо знаменитой строки из почти что британского гимна («Rule Britania the waves») придется, как пошутил один из британских парламентариев, петь наоборот: «Wave Britania the rules!»

Подождем до понедельника, 23 сентября: леди Хейл нам подскажет.

Вестминстерский пат