Шершеньгейт. После ухода в отставку директор «Костёнок» обвинила Марию Мазур в создании атмосферы гротескных сказок Салтыкова-Щедрина

После выхода в «Четырёх Перьях» письма читателя с криком души о судьбе музея-заповедника «Костёнки» под Воронежем, в Хохольском районе, областной министр культуры Мария Мазур сменила его директора - Ингу Шершень на Александра Никитина. Историк Никитин больше пяти лет был её замом по научной работе, но в основном известен как общественник - председатель реготделения старейшей организации русских националистов, родом из СССР, - Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры.

Инга Шершень возглавляла учреждение с 2020 года, но с необычным для культурной сферы бэкграундом - она выпускница факультета автоматизации и роботизации машиностроения Воронежского государственного технического университета. 15 июня Шершень объявила об уходе с поста директора «Костёнок» в соцсетях. В прощальном посте она изложила конкретные претензии к условиям работы:

«Почти семь лет - долгий период, за который можно было бы сделать многое, например, реконструировать здание музея и создать исторический парк. Обещанного же три года ждут, согласно пословице... Но в реалии музею отказано даже в минимальном улучшении санитарно-гигиенических условий и приобретении продающегося напротив земельного участка».

Претензии к условиям работы Инга Шершень сопроводила практически открытым накатом на Марию Мазур: 

«Мне тяжеловато было работать в атмосфере гротескных сказок Салтыкова-Щедрина, ибо чиновники, особенно потомственные (отец Мазур руководил культурой в Острогожском районе. - ред.), уж очень постоянны в своих недостатках, описанных более века назад».

Высказывание Шершень допускает несколько трактовок: 

как отсылку к «Повести о том, как один мужик двух генералов прокормил» - метафору бессмысленной траты ресурсов и лицемерия чиновников, которые потребляют, но ничего не производят;

к «Господам Головлёвым» - образ разложения системы изнутри, где формализм, жажда власти и внутренние конфликты ведут к упадку;

к «Дикому помещику» - иллюстрацию деспотизма, произвола и бесконтрольной власти, когда чиновник действует как самодержец, подавляя инициативу и подменяя интересы дела личными предпочтениями;

к «Истории одного города» - где абсурдные, меняющиеся по прихоти правители сменяют друг друга, не решая реальных проблем, а усугубляя хаос и коррупцию Глупова.

Отдельно Инга Шершень остановилась на успехах во главе «Костёнок» (профессиональные награды в сфере коммуникаций, туризма и организации фестивалей, положительные отзывы экспертов из федеральных музеев о выставках) и сообщила о планах сосредоточиться на развитии собственного туристического бизнеса.

Мария Мазур с конферансье Брониславом Табачниковым.

В региональном министерстве культуры Шершень дежурно поблагодарили за осуществлённые проекты и деятельность на посту руководителя.

А её уход, как представляется, стал фактически ответом на публикацию «Четырёх Перьев», в которой наш читатель вскрыл системные проблемы одного из самых значимых археологических объектов Европы - места, где найдены древнейшие в Европе свидетельства присутствия человека возрастом более 40 тыс. лет. Но почему о них молчала сама Инга Шершень, осмелевшая только после отставки, - вопрос, не делающий ей чести: после драки кулаками не машут. 

Процитируем отрывок из материала «Провинциальные мамонты. Почему музей «Костёнки» заявляет о себе на федеральном уровне, но не имеет воды и связи с Воронежем», вышедшего в середине апреля:

«В 2023 году состоялся всероссийский конкурс на разработку проекта историко‑природного парка в Костёнках. На него выделили 12 млн рублей из областного бюджета, и пятимиллионный призовой фонд достался московскому консорциуму за оригинальную концепцию развития территории.

В 2025 году, после трёх лет ожиданий, прошёл госэкспертизу проект реконструкции здания музея стоимостью 25 млн рублей. Публика восхитилась красивыми ИИ‑картинками.

Но оба проекта, похоже, канули в Лету.

До музея, знаменитого на весь мир археологическими памятниками каменного века, есть возможность добраться только на личном транспорте. Хотя он расположен в селе, находящемся всего в 15 километрах от Нововоронежа и 40 - от Воронежа.

Внутри музея отсутствует вода. В соцсетях люди задают чиновникам вопросы об улучшении санитарно-гигиенических условий. Они просят власти установить туалетные кабины с водой. Но в ответ получают вежливые отсылки к гипотетическим проектам: «Вот когда они реализуются, появятся и транспорт, и санитарные условия. А пока - потерпите».

Вместо инфраструктуры по селу хаотично расставлены пара арт‑объектов, выбранных по принципу «Дёшево, а лучше бесплатно». Например, фигура Петра I у сельсовета по качеству исполнения вызывает ассоциации со скандально знаменитой нововоронежской Алёнкой.

Рядом с музеем - двор частного дома, превращённый в деревенский контактный зоопарк с козами и курами, действующий без разрешительной лицензии. Тут же ютятся местные продавцы сувениров с дешёвой китайской дребеденью.

Фестиваль «Летний день», который когда‑то ярко прогремел и привлёк туристов из соседних регионов, прекратил существование: в 2025 году его отменили, а в 2026‑м - нет никакой рекламы.

Как следствие - возникает ощущение нищей провинции».

С 16 июня обязанности директора исполняет Александр Никитин, бывший теперь уже заместитель Шершень. Он - выпускник истфака ВГУ, кандидат исторических наук, член Общественной палаты Воронежской области, председатель совета реготделения старейшей организации русских националистов, родом из СССР, - Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, куратор историко-культурной программы фестиваля «Русское лето». 

Александр Никитин известен реализацией проектов в сфере изучения и сохранения историко-культурного наследия региона. Например, археологическая школа «Северный Дон», «Древние технологии человека из Костёнок».

«Калита» не уберегла. Левша из Нововоронежа взломала цифровую экосистему Сбера и похитила деньги его должников

От «Точек роста» до «Движения Первых». Как в Каменском районе Воронежской области строят систему дополнительного образования