Новый старт Марин Ле Пен: эффект Трампа, тандем с Барделлой

Во Франции по факту стартовала президентская кампания. Крупнейшая электоральная сила Пятой Республики - «Национальное объединение» - определилась с кандидатом. После решения апелляционного суда о смягчении наказания 57-летняя Марин Ле Пен подтвердила участие в президентской гонке-2027.

Судебное начало кампании

Апелляция признала правого политика виновной по делу о нецелевом использовании средств Европарламента и приговорила её к трём годам лишения свободы, два из которых условно, заменив один год домашним арестом с ношением электронного браслета. Но одновременно ей сократили срок запрета на занятие выборных должностей, что позволило баллотироваться в 2027-м. Марин Ле Пен намерена оспорить необходимость ношения электронного браслета, поскольку он серьёзно осложняет предвыборную кампанию.

Участие в президентской гонке политика, обвинённого и осуждённого по уголовному делу, беспрецедентно и уже вызвало негодование оппонентов, заявляющих о недопустимости выдвижения кандидата с послужным списком, как у Ле Пен. Тема станет одним из главных аргументов её противников.

Однако, по мнению аналитиков, сам факт приговора и обвинения вряд ли существенно снизят уровень поддержки или подорвут репутацию Ле Пен в глазах избирателей. И здесь тоже беспрецедентная ситуация, многое говорящая о состоянии доверия французов к собственным институтам, в частности к судебной системе. Её обвиняют в политизированности и неэффективности, особенно когда речь идёт о проблемах, затрагивающих жизнь обычных граждан. Недавние дела об убийстве 11-летней Лианны и 17-летнего Луи вызвали резонанс и новый поток критики в адрес правосудия.

Марин Ле Пен после решения апелляции.

Правовая сторона обвинения Марин Ле Пен вызывает вопросы у части юристов. Практика использования ассистентов евродепутатов для внутренних задач, безусловно, спорна. Однако в тот период она не была чётко запрещена правилами Европарламента, и к ней прибегали представители многих других партий, которые, в отличие от Ле Пен, не столкнулись с преследованиями.

Главная политическая проблема дела Ле Пен: принимая решение об устранении политика из избирательной борьбы, судьи неизбежно ограничивают свободу выбора граждан, от имени которых выносят решения.

Апелляция частично исправила ситуацию. Но ощущение несправедливого преследования и двойных стандартов у многих избирателей сохраняется и, без сомнения, станет одной из тем кампании.

Нельзя не вспомнить краткий анализ поражения Демократической партии США в 2024 году. Сразу после президентских выборов, приведших к возвращению Дональда Трампа к власти, американский политолог и журналист Фарид Закария выделил три главные причины фиаско демократов: неадекватную позицию по вопросам иммиграции; одержимость политикой идентичности и защитой прав меньшинств в ущерб интересам большинства; злоупотребление судебными механизмами для сведения политических счётов.

- Хотя некоторые обвинения были вполне обоснованными, их стремительное накопление создало впечатление, что судебная система используется как инструмент борьбы против Трампа, - заявил Фарид Закария в эфире CNN. - В результате убеждённость его сторонников в том, что либеральные городские элиты лицемерны и готовы манипулировать правилами в собственных интересах, укрепилась. А судебное преследование превратило Трампа из проигравшего в победителя.

О победе Ле Пен говорить, конечно, рано: первый тур президентских выборов во Франции намечен на 18 апреля, второй - на 2 мая 2027 года, мало ли что случится. Однако всякое судебное решение, которое осложнит ведение избирательной кампании, способно скорее вызвать новую волну поддержки её партии. Если кассация не удовлетворит просьбу о снятии электронного браслета, его ношение в ходе кампании окажется для сторонников Ле Пен не позорным клеймом, а стигматом.

Тандем Ле Пен - Барделла

Марин Ле Пен выдвинулась по необычной для Франции и более привычной для США схеме тандема, объявив, что в случае её победы правительство возглавит Жордан Барделла. Именно Барделла рассматривался как кандидат от «Национального объединения» в случае сохранения судебного решения, запрещавшего Ле Пен баллотироваться в течение пяти лет. 

Несмотря на молодой возраст, он уже завоевал симпатии значительной части электората и имеет высокие рейтинги: по некоторым недавним социологическим исследованиям, даже немного выше, чем его наставница: 33,5% у Барделлы против 31% у Ле Пен (опрос Ipsos - BVA - CESI от 1 июня).

Для политических противников Барделла был бы куда более желанным и удобным соперником, чем опытная Ле Пен, за плечами которой уже три президентские кампании. Многие считают их взаимозаменяемыми. Однако имидж и электорат Ле Пен и Барделлы совпадают далеко не полностью.

Если Марин Ле Пен - политик классического консервативно-популистского типа, апеллирующий к широким народным массам, то у Барделлы иной образ. Он более традиционно правый, экономически либеральный, business friendly, менее резкий в отношении Брюсселя и более привлекательный для состоятельных слоёв общества. 

Недавние фотографии Барделлы в компании итальянской принцессы Марии Каролины Бурбон-Сицилийской, широко растиражированные глянцевыми журналами, укрепили образ кандидата правой буржуазной Франции в ущерб имиджу народного политика.

Его слабость - возраст, отсутствие серьёзного управленческого опыта и определённая политическая бесхребетность. Другая имиджевая проблема Барделлы - часто подчёркиваемое сходство с Эммануэлем Макроном и тем, кого принято называть его нынешним политическим двойником, - Габриэлем Атталем. То есть образ молодого, опрятного, перспективного выпускника хорошей католической школы, приходящего к власти как представитель нового поколения и новых имущих классов с подспудной идеей: «Если мы хотим, чтобы всё осталось по-старому, всё должно измениться» (прототип - Танкреди, блестяще сыгранный Аленом Делоном в фильме Висконти «Леопард»).

Жордан Барделла с Марией Каролиной Бурбон-Сицилийской.

Интересно замечание французского социолога Эммануэля Тодда, сделанное пару лет назад: «У партий и правительства могут быть молодые лидеры - Макрон, Атталь, Барделла, но здесь внешнее, рекламное омоложение. На самом деле они представляют интересы стареющей и консервативной Франции, которая сопротивляется любым серьёзным переменам».

Даже лозунг, выбранный тандемом Ле Пен - Барделла, - «Возрождение» - двусмыслен, поскольку «Renaissance» («Возрождение») - название партии Макрона после её ребрендинга 2022 года.

Ле Пен воспринимается не только как более опытный и закалённый политик. У неё собственные слабые места. Помимо судебного преследования есть неопределённость с её экономической программой. Сохраняются сомнения в способности «Национального объединения» управлять страной: ей по-прежнему не хватает опыта работы с государственным аппаратом. Но главным ограничением остаются фамилия, история партии и наследие её отца Жан-Мари Ле Пена.

Несмотря на попытки дистанцироваться от прошлого, принцип «Дочь за отца не отвечает» не вполне работает, что сильно осложняет выбранное Ле Пен позиционирование - общенациональное, надпартийное, популистское в широком смысле слова, обращённое ко всей Франции.

Среди сторонников «Национального объединения» выделяется несколько групп. Первая - убеждённое ядро, готовое поддерживать Марин Ле Пен практически при любых обстоятельствах. Вторая - разочарованные избиратели, видящие в «Национальном объединении» последнюю возможность попробовать иной путь. Для них французское правосудие давно утратило доверие, поэтому приговор Ле Пен скорее укрепляет её образ политика, ставшего жертвой предвзятой системы.

Наконец, есть более прагматичный электорат: экономически либеральные, но социально консервативные избиратели, для которых приоритетами остаются безопасность и порядок. Многие могли бы поддержать других правоцентристских кандидатов, но готовы голосовать за «Национальное объединение», чтобы не допустить победы радикальных левых.

В любом случае тандем Ле Пен - Барделла восстановлен и способен обращаться сразу к разным группам избирателей: как к электорату Ле Пен, так и к сторонникам Барделлы. К тем, кому близок её социальный популизм с элементами государственного патернализма, и к тем, кому ближе его более правая, респектабельная и приглаженная версия национализма. Условно говоря, она ближе к Виктору Орбану, он - к Джордже Мелони.

Окончание следует