Балканская редакция тандемократии. Вучевич - потенциальный кандидат Вучича в сербского Медведева

Объявив вечером 27 сентября об отставке, Александр Вучич запустил в Сербии машину уже вторых досрочных выборов. Парламентские в республике - 25 октября, президентские - не позднее 26 декабря. Вучич на третий срок в главы государства не пойдёт - не позволяет Конституция. На выборах в Народную Скупщину он возглавил коалицию правящей Сербской прогрессивной партии «Александр Вучич - Объединённая Сербия», чтобы пересесть в кресло премьер-министра. А Сербия, похоже, стоит на пороге рокировки, напоминающей ту, что Россия увидела полтора десятилетия назад. С подробностями - международный обозреватель «Четырёх Перьев», эксперт-балканист и профессор Владимир Сапунов.

Анатомия путинского сценария

Чтобы понять логику сербского лидера, достаточно вспомнить схему, которая сработала в России. По завершении второго срока Владимира Путина съезд «Единой России» выдвинул в президенты Дмитрия Медведева. Путин на четыре года перешёл в премьерское кресло, а когда два предыдущих срока обнулились - вернулся в Кремль. Медведев в мае 2012-го сменил Путина на посту председателя «ЕР» и занимает его 14 лет. 

Сам Владимир Владимирович после знаменитого выступления Валентины Терешковой в Госдуме 20 марта 2020 года - во время обсуждения поправок в Конституцию - получил возможность обнулить предыдущие сроки. Терешкова предложила заложить в Основной закон право действующего президента вновь избираться. Так и сделали, проведя общероссийское конституционное голосование. После чего Путин победил на выборах главы государства - в марте 2024 года.

Теперь перенесёмся в Белград. Александр Вучич в мае 2023 года передал кресло председателя Сербской прогрессивной партии Милошу Вучевичу, короновав его как партийного преемника. Совпадение с российской моделью поразительное: лидер уходит с поста главы государства, оставляет партию доверенному лицу, сам берёт премьерское кресло - и выжидает. 

Вопрос о том, не планируется ли камбэк Вучича в президенты по русскому варианту, напрашивается сам собой. На него намекает даже слово «объединённая» в наименовании коалиции правящей СПП на досрочных парламентских выборах. 

Разница в деталях: белградский сценарий разворачивается в условиях более жёсткого западного давления, прежде всего Берлина, Брюсселя и Лондона. «Единую Сербию» в название коалиции вставлять, видимо, постеснялись. Но логика тандема - преемник в Кремле (в сербском случае - в Андричевом дворце), лидер в Белом доме (правительственном) - просматривается отчётливо.

Почему не Брнабич

Политический транзит превратил спикера Народной Скупщины Ану Брнабич в первое лицо Сербии. Приняв бразды правления в статусе и.о. президента, она закрыла институциональный вакуум. Но взлёт Брнабич, скорее всего, формальность. Председателька едва ли станет кандидатом в главы государства от СПП. В большой игре ей, похоже, отведена роль дублёра, но не временного преемника а-ля Дмитрий Медведев.

Главная причина в том, что её либеральная и гендерная ориентация (Брнабич - лесбиянка, ЛГБТ-движение признано в РФ экстремистским и запрещено) делает её крайне непопулярной в сербском обществе. Внутренняя социология СПП, на которую ссылается «The New York Times», показывает: рейтинг и.о. - 5-7%, недоверие - 55%. Она никогда не участвовала в прямых выборах как самостоятельный кандидат. Отсюда прозвища Икебана и Фикус - как характеристики декоративности её фигуры.

В политической системе Вучича Брнабич выполняла роль надёжного технократа, кризис-менеджера и доверительного посланника для Запада. Судя по всему, её миссия - обеспечить правовую стабильность в течение отведённых законом 90 дней. 

Сербское общество консервативно. Пока Брнабич работала премьером, партийные низы скрипя зубами мирились с её лесбиянством и западным бэкграундом. Но попытка навязать большинству Ану Брнабич как национального лидера для СПП, как представляется, равносильна электоральному самоубийству. Она токсична, и её личные особенности - не признак прогрессивности, а уязвимое место, которое оппозиция превратит в оружие, направленное против Вучича и Вучевича.

За годы премьерства (2017-2024) Брнабич накопила багаж непопулярных решений. В 2017 году её кабинет запустил жёсткую пенсионную реформу - урезание выплат спровоцировало массовые протесты. А в пандемию ввёл одно из самых суровых и хаотичных карантинных ограничений, парализовав малый и средний бизнес. 

Ну и šlag na torti - поддержка Вучичем руками Аны Брнабич проекта британо-австралийской Rio Tinto по добыче лития в Мачве. В январе 2022-го под давлением манифестаций лицензию компании аннулировали. Но, когда в июле 2024 года правительство Аши (детское прозвище, которое Брнабич раскрыла на сербском ТВ), возобновило сотрудничество с Rio Tinto, общество расценило его шаги как предательство и ответило протестом на площади Славия в Белграде. 

Дипломат с рейтингом на уровне погрешности

Марко Джурич, глава МИД Сербии, - фигура для тех, кто ценит лояльность партийной линии. В роли шефа дипломатии он был компромиссным кандидатом: молодой технократ, умеющий искренне аплодировать вождю и нравиться коллективному Западу.

Путёвку в высшую лигу Джурич ковал в Вашингтоне, где был послом Сербии в США (2020-2024), налаживая связи с Белым домом, расширяя сербский кокус в Конгрессе и закладывая фундамент Американо-сербского делового совета. Его многолетнее руководство Канцелярией по Косову и Метохии запомнилось жёсткой риторикой и задержанием косовским спецназом ROSU в Митровице в марте 2018 года. 

Вице-председатель СПП имеет шансы стать временным преемником Вучича. Но сербские националисты относятся к его наследию со скепсисом. Правые не прощают ему Брюссельские соглашения 2013 года: под его кураторством шла тихая ликвидация сербских институтов в Косово. Его реляции о победах со счётом 5:0 над Приштиной на фоне реального ухудшения положения сербского меньшинства - национальный мем. А когда он работал при вашингтонском обкоме, его обвиняли в заигрывании с американским истеблишментом и готовности поступиться традиционным союзом Белграда с Москвой.

Главная проблема Джурича та же, что у Брнабич: не хватает народного признания. Опросы Faktor Plus фиксируют его рейтинг в районе статистической погрешности.

Доктор словацких наук и пустые холодильники

Синиша Мали позиционируется как архитектор экономической стабильности и один из наиболее эффективных технократов в команде Вучича. Министр финансов и бывший мэр Белграда, он записал в актив удержание макропоказателей, привлечение иностранных инвестиций и флагманский проект «Белград на воде». Но гораздо чаще Мали - объект жёсткой критики. Белградский университет дважды аннулировал его диссертацию за тотальный плагиат, заставив добывать степень доктора наук в Словакии.

Для Брюсселя и Вашингтона Мали - удобная фигура: образцовый исполнитель за ширмой технократической риторики, готовый подписать любые финансовые соглашения и гарантировать безопасность западного капитала. Пока министр рапортовал о небывалом росте ВВП, сербы ощущали двузначную инфляцию и обесценивание реальных доходов. Мысль о выдвижении Мали в президенты вызывает усмешку: трудно продать образ лидера, чьи успехи сводятся к жонглированию цифрами в бюджете на фоне пустеющих холодильников.

От Конституции до волейбольной сетки

Владан Петров, председатель Конституционного суда, - профессор Белградского университета, член Венецианской комиссии, сильный теоретик. На первый взгляд - академическая безупречность. Но в реальной политике его пуризм - объект иронии. Патриоты называют Петрова лидером института, скроенного под нужды режима Вучича. Его экспертные толкования в медиа, неизменно оправдывающие инициативы СПП, лишают образ Петрова признаков судейской независимости. Для массового избирателя он выглядит как слишком стерильная, кабинетная фигура.

Министр спорта Зоран Гайич мог бы сойти за козыря - благодаря статусу легендарного волейбольного тренера, приведшего сербскую сборную к олимпиадному золоту в Сиднее-2000. Но в президентской гонке физкультурный нимб тускнеет. Медиа критикуют его за урезание субсидии Теннисному союзу - всего 50 млн динаров (425 тыс. евро) - на фоне феноменальных успехов Новака Джоковича, который в одиночку годами заменяет государственную систему продвижения республики за рубежом. Министру ставят в вину, что он ведёт себя как послушный исполнитель партийной воли, а не спортивный лидер.

Сербский Медведев

Наиболее вероятный кандидат Вучича в президенты - Милош Вучевич. Его биография подходит для консервативного большинства: руководил Нови-Садом, был министром обороны, весной 2024-го возглавил правительство. Премьерская карьера оборвалась 28 января 2025 года. Но балканский многовекторный гроссмейстер принёс его в жертву как фигуру на доске, чтобы угомонить студенческие протесты после трагедии в Воеводине.

(1 ноября 2024 года в Нови-Саде обрушившийся бетонный козырёк недавно отремонтированного железнодорожного вокзала унёс жизни 15 человек).

Важнейший фактор: повторимся, именно Вучевичу Вучич в мае 2023 года передал кресло председателя СПС, короновав как преемника. Совпадение с российской моделью 2008 года очевидно. Вучевич - лояльный, понятный народу, системный. Он не раздражает консервативное ядро, транслирует патриотические нарративы, балансируя между национальными интересами и европейской интеграцией.

Но у него есть уязвимости. Правый электорат ставит ему в вину Охридское соглашение 2023 года - как фактическую капитуляцию перед Приштиной. Будучи вице-премьером и министром обороны, он публично сглаживал острые углы, убеждая сербских националистов, что никакого судьбоносного дня Д не случилось, а потом заявлял в Брюсселе, что Сербия показала себя максимально конструктивным партнёром. На фоне прежних пассажей его воинственные заявления в адрес Приштины воспринимаются как риторика для отвлечения электората.

Что дальше

Для Вучича, который переходит в премьеры ради удержания исполнительной вертикали, лояльный и системный президент Вучевич - надёжная гарантия сохранения монополии на власть. Сценарий, при котором сербский лидер повторит путь российского, уйдя в председатели правительства, оставив преемника в президентском кресле и вернувшись, выглядит как балканская редакция тандемократии. А в дальнейшем никто не мешает поменять Основной закон, особенно если СПП получит конституционное большинство на досрочных парламентских выборах 25 октября. Главное - не привлекать Ану Брнабич на роль Валентины Терешковой. Сербы могут не понять Вучича.