Нагорный Карабах-2020. Обострение или война

Нагорный Карабах-2020. Обострение или война
28 Сентября 2020

В Азербайджане и Армении уже давно не утруждают себя лишней политкорректностью и называют линию соприкосновения их сил в Нагорном Карабахе линией фронта. Но нынешнее военное обострение выходит за рамки привычного. Информсообщения говорят о сбитых вертолетах, беспилотниках, ракетных ударах.

Настолько стремительной эскалации военных действий там не было с апреля 2016 года. Достаточно сказать, что и в Азербайджане, и в Армении, и в непризнанной Нагорно-Карабахской республике объявлены военное положение и мобилизация, чего не было четыре года назад. К тому же тогда не обстреливали Степанакерт.

Тем не менее нынешние события трудно назвать полной неожиданностью. После обострения в июле, которое - вопреки обыкновению - произошло не на линии соприкосновения, а на армяно-азербайджанской границе, осталось ощущение, что вооруженное противостояние просто поставлено на паузу.

Карабахский маятник, когда военные эскалации сменяются раундами переговоров, как будто дал сбой. В отличие от четырехдневной войны в апреле 2016 года, когда уже на пятый день обострения ситуацию начали активно возвращать в дипломатическое поле, минувшим летом ничего подобного не произошло.

Конечно, можно вспомнить активность прежде всего российской дипломатии, направленную на то, чтобы минимизировать риски от военной тревоги на границе. Были задействованы контакты и по традиционной линии МИДа, и каналы Минобороны. Усилия России получили фактическую поддержку со стороны Запада, и даже обе стороны конфликта восприняли посредничество Москвы в целом позитивно.

Однако возобновления армяно-азербайджанских переговоров хотя бы на символическом уровне так и не произошло. Ссылки на коронавирус звучали не слишком убедительно - в те же дни пандемия не мешала другим зарубежным контактам представителей Азербайджана и Армении. Хотя вряд ли их можно было рассматривать как усилия по возобновлению переговоров.

У нынешней масштабной эскалации есть и другие особенности. Например, усиление турецкой активности. Вскоре после июльских столкновений на границе прошли совместные учения вооруженных сил Азербайджана и Турции. Представители Анкары стали активно высказываться о неэффективности мирного процесса, а турецкий президент Реджеп Эрдоган, выступая на 75-й Генеральной Ассамблее ООН, и вовсе назвал Армению главным препятствием для долгосрочного мира на Южном Кавказе. Активность Эрдогана не означает, что новую эскалацию спровоцировала Турция, но свой вклад в ужесточение позиции Азербайджана на фоне застоя в переговорах она определенно внесла.

Изменения в дипломатической линии Баку действительно оказались значительными. Во время июльской эскалации на границе ушел в отставку многолетний глава азербайджанского МИД Эльмар Мамедьяров. На смену ему пришел бывший министр образования Джейхун Байрамов, не имеющий значительного дипломатического опыта. Также усилилась аппаратная роль помощника Ильхама Алиева по внешнеполитическим вопросам Хикмета Гаджиева.

Однако дело тут не столько в новых назначениях, сколько в уходе Мамедьярова. В последние два года он был главным оптимистом относительно того, на какие уступки готово пойти новое армянское правительство Никола Пашиняна. После того как власть в Армении сменилась в ходе бархатной революции 2018 года, в Баку появились надежды, что новый премьер Пашинян, не связанный с Карабахом и враждующий с карабахским кланом (существует ли он в реальности - отдельный вопрос), может найти какую-то новую линию в урегулировании многолетнего конфликта.

Справедливости ради надо сказать, что надежды появились не только у Мамедьярова, - их разделяли многие влиятельные эксперты и дипломаты на Западе. И даже внутри самой Армении оппоненты Пашиняна пытались прилепить ему ярлык предателя национальных интересов за соросовские деньги.

Однако в действительности новый глава армянского правительства занял во многом еще более жесткую позицию по Карабаху. Чего стоят, например, его требования, чтобы представители непризнанной Нагорно-Карабахской республики напрямую участвовали в переговорах. Или его громкое заявление, что Карабах есть Армения.

Действия Никола Пашиняна не могли привести ни к чему кроме укрепления позиций ястребов в Баку. После июльских столкновений на границе внешнеполитическая линия Азербайджана стала жестче. Тем более что азербайджанскую сторону категорически не устраивает существующий статус-кво, где она чувствует себя проигравшей. Баку никогда не исключал, что может попробовать решить проблему территориальной целостности военным путем.

Нынешняя эскалация - прямое следствие замораживания полноценного переговорного процесса. В армяно-азербайджанском конфликте не было столь коротких перерывов между масштабными военными обострениями. Даже четырехдневной войне 2016 года предшествовало почти четыре месяца затишья. Сейчас мы видим два пика противостояния: один на границе в 300 километрах от линии соприкосновения, второй - в самом Нагорном Карабахе.

Дальше сценариев может быть несколько. Самый вероятный - борьба за небольшие и не особо важные участки, чтобы можно было символически обозначить свою победу и создать благоприятный общественный фон. Но такая стратегия выглядит безупречно только в теории, а на практике, поднимая планку конфликта, бывает очень трудно остановиться там, где хочется. У оппонента на сей счет может быть совсем другое мнение, и тогда новый виток противостояния неизбежен.

Впрочем, нельзя исключать, что эскалация - часть подготовки к переговорам, которая нужна, чтобы подкрепить дипломатические позиции силовым ресурсом и начать диалог с жесткого давления на оппонента.

В любом случае, какая бы логика ни стояла за военным обострением, очевидно одно: значение фактора военной силы в процессе карабахского урегулирования нарастает с каждым днем. Дефицит переговоров становится критическим. Если не исправить карабахский маятник в ближайшее время и не перевести его от военной к дипломатической точке (пускай и с возможным движением обратно после), он может окончательно сломаться. И тогда перспектива возобновления новой региональной войны перестанет быть предметом одних лишь сценарных разработок экспертов.

Автор(ы):  Сергей Маркедонов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра евро-атлантической безопасности Института международных исследований МГИМО, Московский центр Карнеги
Короткая ссылка на новость: http://4pera.com/~xvdGC


Люди, раскачивайте лодку!!!
Яндекс Деньги: 410012088028516 
Сбербанк: 67628013 9043923014




Срочно требуется 
программист-разработчик игр 

для создания браузерной
многопользовательской игры
под ключ с последующим
сопровождением.
Возраст, образование, опыт работы
и пол значения не имеют.
Резюме на:

   открыл, Электронная почта, конверт значок

 info@4pera.com