«Работайте, братья!» В ответ на хамскую эпистолу Зеленского Владимир Путин обратился к русской армии

5 июня, выступая на пленарном заседании Петербургского международного экономического форума, Владимир Путин отреагировал на открытое письмо наркофюрера Зеленского, в котором тот предложил ему личную встречу и завершение русско-украинской войны. Просроченный указал, что Украина готова к полному прекращению огня на время переговоров и обмену пленными по формуле «Всех на всех». Переговоры, как сообщил наркофюрер, должны пройти при участии США и европейских стран как возможных гарантов будущих договорённостей.

Ответ президента России Зеленскому:

«Автор письма упомянул о моём возрасте. Конечно, о возрасте должны думать все. Но в моём свои функции осуществляют многие политические деятели, и некоторые постарше меня. 

Главное - не возраст, а дееспособность и работоспособность. И некоторые мои коллеги, которые, повторюсь, постарше, демонстрируют вполне достаточную энергию. Хорошо или плохо - оценка политического характера. Но в целом работают они активно.

Он обратил внимание на время пребывания у власти на выборных должностях. Вопрос, безусловно, важный. Но на выборы надо идти, не бояться и действовать всегда в рамках Основного закона. Потому что удержание власти вне рамок Конституции называется её узурпацией и карается как уголовное преступление. 

Не надо бояться, надо идти на выборы. Я бы всем посоветовал. Тем более что на Украине говорили о том, что выборы предстоят уже скоро, и чего-то замолкли. Непонятно, почему.

Автор указал, что не нужно следовать договорённостям в Анкоридже. Более того, нужно искать настоящих гарантов возможных договорённостей между Россией и Украиной, и искать в Европе. Наверное, надёжные гаранты всегда не помешают. Но почему в качестве гарантов отказывают американской администрации и президенту Трампу, мне не очень понятно. 

Оружие получать из Соединённых Штатов хотят, а видеть администрацию США и президента Трампа в качестве гарантов почему-то не хотят. Странная позиция, которая вызывает вопросы.

Мы видели, как Дональд на глазах у всего мира занимался воспитанием автора письма и указывал ему на дресс-код. Давать всё время «Рэмбо: Первую кровь», конечно, где-то, может быть, уместно. Но не везде. А что касается манер автора, то хочу поблагодарить Дональда за его работу. Она была, очевидно, полезна. Но там есть что доработать. Надо бы продолжать.

Поскольку украинская сторона посчитала возможным придать нашим отношениям публичный аспект, то её действия дают мне возможность и право сказать о некоторых вещах, о которых мало кто знает или вообще пока никто не знает.

О чём идёт речь? Три недели назад один представитель наших бизнес-кругов позвонил мне и задал вопрос. В принципе, я знаю его давно, у нас нет близких контактов. Но я ему доверяю, он порядочный человек. Позвонил и говорит: «Владимир Владимирович, меня приглашают в Киев». Я говорю: «Ну, пожалуйста, поезжайте, я-то здесь при чём?» - «Я хотел обязательно вам сообщить, потому что наверняка речь пойдёт о каких-то вопросах, связанных с отношениями между двумя странами».

Я ему говорю: «Послушайте, я не могу вас посылать ни в каком качестве, темой должны заниматься серьёзные, специально обученные люди из МИД, Минобороны и других служб - так, как было в ходе наших переговоров в Стамбуле. А вас я не могу ни на что уполномочивать». Он говорит: «Я хотел просто вам рассказать, что меня приглашают. Я бы поехал, послушал, а потом бы вам рассказал, о чём там речь». Я говорю: «Пожалуйста, я не могу вам запретить, поезжайте».

Он поехал в Киев и встречался с автором письма, у него в резиденции, не на Валдае. Вернулся, и я с ним встретился. Кроме всякой шелухи, самое главное: господин Зеленский просил о встрече. Я говорю: «Я никогда не отказывался». Но встречаться, чтобы из пустого в порожнее переливать, - увольте.

В письме, по-моему, есть ссылка на Минские соглашения. Мы их формулировали целую ночь, а потом устами первых лиц ФРГ и Франции нам заявили, что соглашения - пустая история. Они были посвящены одному: выиграть время, чтобы перевооружить Украину. Ну и зачем нам аналогичные пустые соглашения?

Так вот, я говорю: «Я не вижу смысла встречаться». Смысл есть для украинской стороны - остановить наступление наших Вооружённых сил. Нам нужны договорённости не на полгода, не на три месяца, а на длительную историческую перспективу. Пускай специалисты поработают, выработают какое-то решение, а потом уже можно встретиться, поприсутствовать. Но сначала нужно найти решение.

Разговор был, по-моему, 21 мая. А 22 мая украинские войска нанесли ужасный террористический удар по общежитию колледжа в Старобельске ЛНР, где погибли дети. Там не было ни военных объектов, ни даже военной машины рядом.

Теперь уже я утром позвонил коллеге, который ездил в Киев, и спросил: «Что происходит?» Они просят о встрече и совершают ужасные преступления - убийство детей. Он говорит: «У меня объяснений нет. Они мне звонят опять, я с ними переговорю и дам вам знать, проинформирую». Я говорю: «Ну, пожалуйста». Больше я с ним не разговаривал.

Письмо мне написано с элементами хамства. Чтобы что? Создать условия для личных встреч и переговоров или обстановку, при которой никаких личных встреч невозможно? Я думаю, что второе. Поэтому обращаться нужно не к авторам письма, не к любителям эпистолярного жанра, а к нашим бойцам на линии боевого соприкосновения. И, обращаясь к ним, я хочу сказать: «Товарищи солдаты и матросы! Товарищи старшины и мичманы! Товарищи офицеры, адмиралы и генералы! Вся страна смотрит на вас, вся страна гордится вами и надеется на вас. Работайте, братья!»

Комментарий сооснователя и редактора проекта «Ватфор» Сергея Полетаева:

«Займусь гаданием на Путине. Почему он называет действия Зеленского террористическими, но не отзывает своё приглашение в Москву? Почему постоянно твердит о готовности к переговорам, но, отвечая на вопрос о личной встрече с Зеленским, обращается не к нему, а к русской армии, причём обращается словами с Парада Победы? Почему стрелка договорнячкометра скачет от максимума до нуля и обратно за пару минут?

На самом деле у Владимира Путина довольно последовательная позиция, хотя и непростая для понимания. Путин - юрист по образованию и законник по образу мышления. Всё, что он делает, должно соответствовать формальной процедуре, беспредел противоречит основам сознания. Да, по существу может быть издевательство. Но по форме должно быть верно.

Формально Украина - суверенное государство, и мы его признаём. Здесь коренное отличие от, скажем, чеченских боевиков, у которых не было никакого формального статуса, они не имели права на разговор с президентом России и подлежали уничтожению. У Украины пока что статус есть, а значит, Киев нужно заставить принять определённые условия Москвы.

Как заставить? Силой. Аккуратно бить до тех пор, пока власти Украины не подадут сигнал: всё, начальник, хватит, сдаюсь. Тогда и только тогда их следует отряхнуть, посадить за стол, дать ручку и лист бумаги. Стакан воды и сигарету.

Дальше - сложный момент. Подписать нужную Путину бумагу должны законные власти - Верховная Рада (частично), но не Зеленский, полномочия которого истекли. Поскольку фактическая власть у Зеленского, разговор с ним по существу возможен. Однако подписывать он в глазах Путина ничего не может: у Зеленского нет формальных полномочий, несмотря на наличие фактической власти.

А как быть с обвинениями Украины в терроризме? Путин украинское государство террористом не назвал. Он дал квалификацию конкретных действий, удару по Старобельску и убийству детей, как террористических, но её недостаточно, чтобы приравнять Украину, например, к ИГИЛ*.

Хорошо, а почему тогда не встретиться с Зеленским, раз Путин готов к диалогу? Почему не запустить разговор с Европой? Дело в том, что попытку остановить огонь в обмен на переговоры российский лидер воспринимает как уловку, чтобы получить передышку, третью уже по счёту передышку после Минска и Стамбула. Если клиент действительно готов к разговору по существу, он выйдет прямо на Путина здесь и сейчас и скажет то, что тот хочет услышать.

Доверие в глазах Владимира Путина есть только у Трампа. Справедливое или нет - другой вопрос. Но когда Трамп в феврале 2025 года позвонил в Кремль и сказал то, что Путин хотел услышать, с ним состоялся диалог. Все уступки, на которые шёл Путин, - уступки Трампу, и только ему. Но каждая из них была обставлена рядом выгодных России условий, а так как условия не выполнялись, то и разговор вышел бесполезным, и уступки Путина президенту США остались на словах.

Главную уступку - прекращение огня - Путин обставил условиями формального юридического признания Крыма с ЛДНР и очень болезненного для Украины ухода с Донбасса. Если бы в Киеве на них пошли, у президента России появился бы признак, что клиент поплыл. С ним можно было бы работать и давить дальше, угрожая возобновлением боевых действий, но уже при юридически закреплённых территориальных изменениях. 

Твой главарь тебя сдал, так что пиши всё, что требуется следствию, иначе отберу сигарету и снова начну бить ногами.

Хорошо, но что же Европа? Как и Украина, доверие Владимира Путина она утеряла, стало быть, и переговоров никаких не ведётся. Нет смысла тратить время. Вот когда и если они передумают и скажут что-то, что Путина заинтересует, тогда можно и поговорить. Но сам по себе разговор ничего не означает.

Разумеется, дело не только в формальной бумаге - не надо считать Путина совсем уж наивным. Нужна система гарантий, но чтобы она соблюдалась. И вот тут главный затык. Ни Украина, ни Европа, ни США гарантий не дают и дать не могут. Поэтому приходится воевать дальше и обеспечивать их силовым путём».

*ИГИЛ - международная террористическая организация, которая запрещена в РФ.