Стратегическая ошибка Кириенко

В российском информационном пространстве усиливаются признаки целевой кампании против Сергея Кириенко, первого заместителя главы администрации президента - куратора внутренней политики.

Она строится вокруг нескольких тезисов: обвинения в попытках вести автономную политическую игру, формировании собственной теневой вертикали и закреплении за ним роли серого кардинала. Один из ключевых элементов давления - продвижение нарратива о Сергее Кириенко как о потенциальном преемнике президента Владимира Путина.

Собеседники в политтехнологической среде считают, что акцент на теме преемника всегда используется как инструмент дискредитации. На официальном уровне и в придворной коммуникации вопрос о транзите власти не поднимается, а появление публикаций о Кириенко в СМИ и Телеграме рассматривается как элемент аппаратной борьбы.

Помимо Кириенко в числе возможных преемников регулярно упоминается Михаил Мишустин. В последнее время стало модным говорить об ослаблении российского премьер-министра, используя факты преследования его партнёров - бизнесменов Сергея Мацоцкого и Александр Галицкого. Особо активно кампания против Мишустина идёт со стороны западных медиа. Но блогер Илья Ремесло в интервью Ксении Собчак тоже обвинил Мишустина в организации перехвата власти.

Кампанию против Кириенко связывают с попыткой передела контроля за наследие специальной военной операции по демонтажу Украины, которое является приоритетом внимания Путина. Команда Кириенко активно работает с новыми территориями, проектами с участниками СВО и другими военно‑патриотическими инициативами. Источники утверждают, что серьёзная борьба развернулась вокруг министерства по делам ветеранов СВО: свои интересы представлены как командой Кириенко, так и Минобороны - Андреем Белоусовым, зампредом Совбеза РФ, председателем «Единой России» Дмитрием Медведевым и группой Тимченко, патронирующей фонд «Защитники Отечества».

Как пишут отдельные медийные площадки, Кириенко слишком динамично выходит из аппаратной тени, формируя образ публичного политика, который в перспективе способен претендовать на более значимую роль.

У ТГК из сетки политолога Евгения Минченко Кириенко, а не Антон Вайно - глава АП.

Источники отмечают, что сам Кириенко никогда не скрывал своих политических амбиций, но они всегда корректируются с настроениями Владимира Путина. Ранее он рассматривался как возможный кандидат на пост мэра Москвы; теперь Кириенко перемещают то на место первого вице‑премьера, то на место главы АП.

Кириенко заинтересован в сохранении аппаратной роли с ограниченной публичностью, параллельно работая над узнаваемостью и имиджем. Вероятно, отсюда формируются мифы о его конфликте с ФСБ. Источник напомнил, что с 2015 года конфликты ФСБ и внутриполитического блока Кремля стали системными. Речь шла о координации регионов. Конфликты всегда разрешались при вовлечении Владимира Путина. Сейчас глава государства старается максимально дистанцироваться, и приоритет - безопасность процессов. А их интерпретация является объектом конкуренции команды Кириенко и ФСБ.

Одним из направлений аппаратной борьбы называется возможный конфликт с Вячеславом Володиным. Сложилось мнение, что АП стремится сместить его с поста спикера Госдумы, однако у Володина - прямой контакт с Путиным, который хочет сохранить Володина в публичной сфере. Конфликт имеет шансы получить заметное отражение в медийной сфере.

Дополнительный фактор давления - активное продвижение мессенджера Max. Инициатива, рассматривавшаяся как достижение Кириенко, стала поводом для критики и снижения его аппаратных позиций. Кириенко допустил стратегическую ошибку, увязав продукт со своим именем и своей семьёй, и ею воспользовались его противники, позиционировав Кириенко как главного врага Телеграма.

По оценкам ряда источников, давление на Кириенко - часть разбалансировки модели управления, условно описываемой как военный кабинет. Меняются контуры полномочий, размываются границы контроля, усложняются процедуры компромиссов, высока степень автономности решений.