К 200-летию уроженца Воронежа Виктора Аскоченского.
О Викторе Аскоченском знают в лучшем случае узкие специалисты-филологи, да и то лишь в качестве «знаменитого обскуранта XIX века». Его имя практически ничего не говорит современному читателю. Но сравнительно недавно была переиздана работа известного православного публициста начала XX века Сергея Нилуса «На берегу Божьей реки», где в «Добром слове памяти В.И. Аскоченского» последний характеризуется как борец «за коренные устои русской жизни», как «крепкий и бестрепетный стоятель за веру Православную, за Царя Самодержавного, за великий верою и смирением народ русский», как «подвижник русского духа». Там же Нилус иронически замечает: «Либеральные мамаши тех годов (50-70-х годов XIX века. - авт.) именем Аскоченского детей своих пугали, как в доброе старое время няни - букой».
Мнение Нилуса чрезвычайно характерно. Действительно, ныне забытый Аскоченский, с точки зрения либеральной и, тем более, революционной публики, был отъявленным «мракобесом», но в православно-консервативных кругах конца XIX - начала XX веков его деятельность и творчество традиционно оценивались весьма высоко. Для воронежцев его фигура интересна также тем, что он был уроженцем нашей земли.
Виктор Аскоченский родился в Воронеже 1 (13) октября 1813 года в семье священника, который был наставником в нотном пении всех церковнослужителей Воронежской губернии. Интересно происхождение фамилии Аскоченского. «Генеалогия моя вовсе не состоит из тех лиц, которые пузаты и знаменитостью и богатством, - писал он в дневнике, - мой прадедушка был поп; один из его сыновей… родился в селе Аскошном Землянского уезда Воронежской губернии… Из благодарности к месту… мой дедушка переменил фамилию Поповых на Аскошных и повелел именоваться так всему своему потомству. Первоначально наша фамилия была Аскошный; но батюшка мой, как человек грамотный, заметил тут слишком неизящную народность и, следуя правилам правописания, переменил Аскошный в Оскошный. Не знаю, как так случилось, только с течением времени батюшка стал подписываться: Отскоченский. С громким прозвищем я и брат поступили в школу. Прошло немного времени, и нас стали дразнить «отскочками»; с досады я решился еще раз изуродовать свое фамильное прозвание - и вследствие такого решения стал подписываться: Аскоченский».
Получив домашнее образование, которое ему дал отец, Аскоченский поступил в Воронежскую семинарию. На страницах его дневника подробно описаны нравы в семинарии, которые, судя по всему, мало в то время отличались от тех, которые были описаны впоследствии Николаем Помяловским в «Очерках бурсы». В семинарии Аскоченский впервые занялся литературной деятельностью: начал писать стихи. По окончании курса в 1837 году как один из лучших учеников перешел в Киевскую духовную академию, в которой приобрел серьезные познания в области богословских и церковно-исторических дисциплин. Академию он закончил в 1839-м, получив в 1840-м степень магистра богословия и словесных наук. Сразу же Аскоченский был назначен бакалавром (адъюнкт-профессором) сначала по кафедре польского и немецкого языков, затем, изучив творения святых отцов Церкви, с 1841 года преподавал патрологию.
В 1841-м Аскоченский на короткое время приезжал в Воронеж, где познакомился с Алексеем Кольцовым, о чем сохранились краткие воспоминания на страницах его дневника. В 1842-1844 годах Аскоченский переживает жестокий духовный кризис, связанный со смертью его младенца-сына и первой, горячо любимой жены. В те годы у 13-летнего молодого человека появились первые пряди седых волос. В 1844 году Аскоченский был приглашен в дом генерал-губернатора Юго-Западного края Дмитрия Бибикова в качестве воспитателя, что ввело его в высшее киевское общество. Ища забвения от пережитых страданий, Аскоченский начинает вести «рассеянный» образ жизни, не чуждый традиционных светских развлечений, сопровождавшихся большими денежными тратами. Впрочем, долги преследовали Аскоченского почти всю его жизнь. Из-за очередной личной драмы - Аскоченский пережил страстную любовь к девушке, которую в конце концов родители выдали замуж за богатого купца, - он принимает решение порвать с духовно-педагогической карьерой, в 1846 году оставляет Киевскую духовную академию и становится советником Волынского губернского правления в Житомире. Еще до отъезда на новое место он женится вторым браком. Но и здесь неблагосклонная судьба обошлась с ним жестоко: через год его супруга скончалась, оставив ему грудного ребенка, а сам Аскоченский стал жертвой конфликта с провинциальными чиновниками («Я перессорился со всем городом включительно», - запишет он тогда в дневнике) и вынужден был покинуть Житомир.
В дальнейшем он поселился в Каменец-Подольске, исполняя должность председателя совестного суда. Но неприятности продолжали его преследовать. Поселившись вместе с местным прокурором, он взялся обличать «распущенность» избалованной девушки, за которой тот ухаживал. В итоге прокурор вызвал Аскоченского на дуэль, от которой последний отказался.
В результате осужденный общественным мнением, лишившийся покровительства Дмитрия Бибикова Аскоченский вынужден был выйти в 1851 году в отставку в чине титулярного советника и, переехав в Санкт-Петербург, профессионально заняться литературно-публицистической деятельностью.
Впрочем, она началась еще раньше. С 1839 года он публиковался в православно-консервативных изданиях того времени - журналах «Воскресное чтение», «Маяк» и «Москвитянин». В 1846-м появилась его первая книга «Краткое начертание истории русской литературы», которая состояла из множества небольших характеристик творчества основных русских писателей - как светских, так и церковных. Далее появилась целая серия его художественных и исторических сочинений: стихи, басни, повести, драмы, религиозно-нравственные рассказы, пьесы, исследования по истории Киевской духовной академии.
В те годы Аскоченский окончательно вышел из духовного кризиса и стал убежденным консерватором и глубоко верующим человеком. Перелом нашел яркое отражение в романе Аскоченского «Асмодей нашего времени» (1851 год), который явился своего рода литературным предтечей «антинигилистического романа», более известного современному читателю по «Отцам и детям» Ивана Тургенева и «Бесам» Федора Достоевского. В «Асмодее» Аскоченский выступил в роли обличителя безнравственности и атеизма русского общества.
В 1858-1877 годах Виктор Аскоченский издавал в Санкт-Петербурге еженедельную газету «Домашняя беседа» (до 1866-го - «Домашняя беседа для народного чтения»), которая принесла ему всероссийскую известность. Газета стояла на крайне консервативных позициях, вела постоянную, доходящую до фанатизма, полемику с проявлениями атеизма, нигилизма, западничества, либерализма и революционности в русской периодике. В первом выпуске «Домашней беседы» Аскоченский так характеризовал себя: «Я человек православный и со всех сторон русский, учился… на медные деньги, грамоту всякую и церковную и гражданскую смекаю, а главное, искренно желаю добра всем своим соотчичам, пребывающим верными Церкви Божией».
С «Домашней беседой» сотрудничал великий русский святой Феофан Затворник. В 1868 году в ней был издан основной его труд - «Путь ко спасению (Краткий очерк аскетики)» - пожалуй, самое известное из всех сочинений Феофана. В «Домашней беседе» были также опубликованы самые значительные произведения Феофана Затворника, вошедшие в сокровищницу православного богословия - «Мысли на каждый день года по церковные чтениям из слова Божия», «Краткие мысли на каждый день года, расположенные по числу месяцев», «Письма о духовной жизни» (сейчас более известны под названием «Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться») и другие. Сам факт многолетнего сотрудничества Аскоченского с великим русским святым и публикации основных трудов Феофана в «Беседе» чрезвычайно многозначителен и не может быть случайностью.
За двадцать лет издания «Беседы» ее направленность и характер помещаемых материалов существенно не изменялись. Преимущественно то были «Богомудрые изречения», «Полезные советы», наставления родителям о воспитании детей в духе православного благочестия, рассказы о вреде пьянства, прелюбодеяния, воровства и т.д. Публицистический отдел «Беседы», называвшийся «Блестки и изгарь» (Аскоченский завел его с 1860 года), вплоть до закрытия журнала пользовался спросом у читателей, в том числе читался самыми непримиримыми противниками Аскоченского и неоднократно вызывал многочисленные отклики в периодических изданиях того времени.
Один из лидеров тогдашних левых радикалов Александр Герцен уничижительно называл «Домашнюю беседу» «духовным журналом иезуитского православного направления». А либерал Семен Венгеров даже утверждал, что «в сравнении с «Домашней беседой» даже «Московские ведомости» (издаваемые Михаилом Катковым, который стал в глазах тогдашних прогрессистов символом крайней реакции. - авт.), были верхом либерализма». Разумеется, не обходили глумливыми откликами публикации подобного органа и леворадикальные «Свисток», «Искра» и «Современник».
Впрочем, консервативно-православное направление тогда было не в чести у русского образованного общества, и даже относительно умеренные деятели русской культуры в целом отрицательно оценивали деятельность Аскоченского, хотя и отмечали его незаурядный талант. К примеру, Николай Лесков писал уже после смерти Аскоченского: «Вообще надо жалеть, что никто из знавших Аскоченского киевлян не напишет хорошей беспристрастной заметки о треволненной жизни и трудах человека с замечательными способностями, из которых он сделал едва ли не самое худшее употребление, какое только мог бы ему выбрать его злейший враг. Праху его мир и покой, но его жизненные невзгоды и карьерная игра характерны и поучительны».
Жизнь Виктора Аскоченского, наполненная коллизиями и напряженной борьбой с представителями противоположных ему по духу направлений, завершилась трагически. В конце 1877 года «Домашняя беседа» неожиданно прекратила издаваться. Дело в том, что Аскоченский попал в отделение для душевнобольных Петербургской Петропавловской больницы. Извещая о прекращении издания «Домашней беседы» в связи с болезнью Аскоченского, его третья и последняя жена Татьяна Владимировна отмечала: «Редактор-издатель журнала «Домашняя беседа» Виктор Ипатьевич Аскоченский, 19 лет прослуживший верой и правдой общественно-литературному делу в издании «Беседы», которая всегда была врагом духа века сего и стояла только на твердой почве святого православия и народности русской, вследствие усиленных занятий 23-го октября поражен нервным ударом (воспалением в мозгу) и на днях отправлен в больницу. Надежда на его выздоровление довольно сомнительна».
18 (30) мая 1879 года земной путь Аскоченского закончился.
Аркадий Минаков
