Министры и старшины. Почему Дональд Трамп уволил главу военного флота США

Министры и старшины. Почему Дональд Трамп уволил главу военного флота США
26 Ноября 2019

Министр военного флота Соединенных Штатов Ричард Спенсер ушел в отставку. Ушел со скандалом, громко хлопнув дверью. Когда глава Пентагона Марк Эспер по распоряжению президента Трампа потребовал у него уйти с занимаемой должности, тот оставил в секретариате военного ведомства официальное заявление, в котором, обращаясь к верховному главнокомандующему, написал: «Верховенство закона - вот что нас разделило». Кроме того, Спенсер не поленился разослать свое заявление в ряд газет и телеканалов.

Мейнстримная пресса расценила произошедшее как очередное доказательство хаоса в Белом доме и непредсказуемости 45-го президента США. Но влиятельные республиканские конгрессмены высоко оценили позицию главы государства, пошедшего на конфликт с собственным министром ради осужденного военным судом морского котика старшины Эдди Галлахера. Что же за дело Галлахера, которое рассорило верховного главнокомандующего и высокопоставленного военного руководителя? И что оно значит для внутриполитической борьбы в Вашингтоне?

Эдди Галлахер поступил на службу во флот в 1999 году, успешно сдал экзамен в морские котики и с тех пор восемь раз участвовал в загранкомандировках в Афганистан и Ирак. За свою службу он был удостоен нескольких наград, включая три медали «За достижения» и две бронзовые звезды со знаком «V» (отличительный знак за доблесть). К моменту ареста на базе Кэмп-Пендлтон в 2018 году он служил в звании главного старшины и работал инструктором в центре подготовки рекрутов корпуса морских котиков. Ему было предъявлено десять обвинений по пяти статьям, главным из которых было убийство пленного боевика ИГИЛ в Ираке в 2017-м. В состав уголовного дела были также включены материалы по прежним жалобам на Галлахера, которые поступали с 2010 года.

Согласно версии обвинения, старшина Галлахер прибыл с группой военных специалистов в Северный Ирак для участия в битве за Мосул. Изначально задачей группы было тактическое консультирование подразделений иракской армии. Однако на деле никакой армии Ирака к тому времени в окрестностях Мосула практически уже не было. Она в очередной раз разбежалась. С боевиками террористического Халифата, запрещенного на территории РФ, сражались американские части и различные добровольческие формирования, часть которых действовала под руководством иранских инструкторов из сил «Аль-Кудс». Шиитские добровольцы и их персидские патроны имели с бойцами «Исламского государства» особые счеты, круто замешанные на межконфессиональной ненависти. Штурм города превратился в хорошо организованный бардак, так что Галлахер и его подчиненные были задействованы непосредственно в боевых действиях.

В ходе зачистки одного из кварталов котики обнаружили брошенный госпиталь джихадистов. Среди его пациентов, оставшихся без врачебного присмотра, оказался боевик, которого спецназовцы разоружили и после короткого допроса убили. Галлахер ударил пленного ножом, после чего сделал фото на фоне тела и послал его своему товарищу из соседнего взвода, снабдив изображение подписью: «За ситуацией стоит хорошая история, я разобрался с ним своим охотничьим ножом». Во время суда некоторые сослуживцы старшины рассказали, что в ходе командировки 2017 года он увлекся игрой в войнушку. В частности, пехотинцы, которых Галлахер прикрывал в качестве снайпера, сообщили, что он стал неразборчивым, безрассудным и кровожадным. Согласно другим свидетельствам, он часто делал не оправданные с военной точки зрения выстрелы, убил или ранил несколько гражданских, а также любил стрелять по стенам домов из пулемета безо всякой видимой причины.

Казалось бы, дело вырисовывалось ясное. Когда-то Эдди Галлахер был хорошим солдатом, но страшная реальность войны сделала свое подлое дело - он превратился в монстра, жаждущего крови.

В конце концов Галлахер докатился до убийства раненого пленного, да еще хвастался убийством, снимаясь на фоне трупа, словно перед ним - охотничий трофей.

Военное преступление было налицо. Старшине грозило лишение звания и всех наград, а также приличный срок в тюрьме. Но тут в деле произошел неожиданный поворот. Один из свидетелей по делу, врач подразделения Кори Скотт заявил, что пленного убил не старшина, а он сам, перекрыв ему интубационную трубку. Сделал он так из соображений военного милосердия, поскольку шиитские ополченцы и приехавшие в освобожденный район города два иракских офицера намеревались пытать раненого.

Галлахер действительно использовал нож по время допроса, но его действия не привели к смерти боевика. Вскоре нашлось подтверждение слов врача - запись с нательной камеры одного из спецназовцев, на основании которой с подсудимого было снято обвинение в убийстве.

К тому времени в защиту старшины стали выступать республиканские конгрессмены. Их возглавил член Палаты Представителей Дэн Крэншоу, сам ветеран горячих точек.

В ходе парламентского расследования выявились грубейшие нарушения в содержании Галлахера под стражей - обвиняемому отказывали в медицинской помощи, постоянно лишали прогулок и, кроме того, держали в одной многоместной камере с людьми, осужденными в секс-преступлениях. И тогда к Крэншоу присоединились еще 17 конгрессменов, которые направили коллективное письмо министру обороны и президенту.

Обстоятельствами дела заинтересовались СМИ. Огромную работу проделал корреспондент издания «Navy Times» Карл Прайн. Он смог найти такие факты, что выглядевшая ранее стройной картина преступления стала рассыпаться на глазах. И тогда произошло нечто совсем странное. Адвокаты обнаружили, что главный обвинитель по делу коммандер Кристофер Цаплак отправил им и Прайну электронное письмо с подсаженным на него веб-маячком, чтобы следить за действиями как официальных, так и неофициальных защитников арестованного старшины. Военный прокурор оправдывал свое поведение стремлением найти виновных в утечке информации по делу, материалы которого были засекречены. Но нарушение было слишком серьезным, чтобы спустить его на тормозах. Галлахер был отпущен до суда на поруки, а Цаплака отстранили от процесса.

Доверие к стороне обвинения было полностью подорвано. Присяжные признали морского котика виновным только по одному пункту - фотографирование на фоне трупа врага. Его приговорили к четырем месяцам лишения свободы, которые он уже отбыл в предварительном заключении. В июле 2019 года ветеран вышел на свободу, но его разжаловали, отобрали все награды и лишили права носить значок морских котиков, так называемую булавку с трезубцем.

Семья Галлахера и его адвокаты знали, что сделать, чтобы привлечь внимание президента.

Они стали частыми гостями эфира консервативного телеканала «Fox News». Как выяснилось позже, хозяин Белого дома уже знал о деле и отдал распоряжение Минюсту рассмотреть возможность включения осужденного военного в список на помилование. Но так было в то время, когда подсудимому грозил серьезный срок. Летом 2019 года Трамп потребовал пересмотреть дело Галлахера. Формальный повод к тому был. В вердикте присяжных говорилось о понижении в звании на один чин (с главного старшины до старшины первого класса), а руководство корпуса морских котиков полностью разжаловало военнослужащего, тем самым лишив его пенсии и всех льгот ветеранов боевых действий.

На совещании с руководителем военно-морских операций адмиралом Джоном Ричардсоном глава государства отдал распоряжение пересмотреть дело. Однако Ричардсон вскоре был назначен на другую работу, и вопросом занялся адмирал Майкл Джилдэй.

Он частично восстановил Галлахера в звании, но награды возвращать ему не спешил. Вопрос о ношении трезубца Джилдэй отправил в специальную комиссию (она так и называется - «Наблюдательный совет трезубца»), где он и был, казалось, похоронен навечно.

В ноябре Трампу на подпись подали список на помилование нескольких военнослужащих, осужденных за военные правонарушения. Президент поинтересовался судьбой Галлахера и был взбешен тем, что тому до сих пор не вернули знак морского котика. Он взял смартфон и написал в Twitter, что старшина будет полностью восстановлен в звании и что «флот не отнимет у воина его трезубец».

Министр флота Спенсер, быть может, и подчинился бы, но комитет ООН по правам человека выступил с осуждением помилования американских военных и восстановления старшины Галлахера в звании. Официальный представитель комитета Руперт Колвилль назвал решение президента США посылающим весьма тревожный сигнал и нарушающим международные гуманитарные нормы. После того как слова Колвилла процитировали СМИ, в прессе поднялся большой шум.

Трампу, само собой, было глубоко безразлично мнение чиновника Объединенных Наций. Тем более мнение мейнстримных медиа. А вот Ричард Спенсер заколебался. Сначала он заявил, что не считает сообщение в Twitter официальным приказом. А затем - что восстановит в звании Галлахера только после прямого письменного распоряжения из Белого дома.

Однако министр не ограничился выражением стоического несогласия с непредсказуемым президентом.

Он занялся хорошо известным ему аппаратным делом - обивать кабинеты в Пентагоне и Белом доме. Ведя неофициальные беседы с коллегами, министр постоянно угрожал, что подаст в отставку, если президент не изменит своего решения. Но он ни разу не обсудил вопрос со своим непосредственным начальником, главой Минобороны Марком Эспером. Наконец он предстал перед Трампом и попросил его оставить в силе полномочия «Совета трезубца» в отношении Галлахера, пообещав сделать все, как нужно, то есть восстановить старшину в звании и вернуть ему знак морского котика, но уже по решению совета и через несколько месяцев. На что он получил решительный ответ: «Нет, мы закончили с ситуацией».

Тогда Спенсер отправился вовсе не в Пентагон писать прошение об отставке, а в канадский Галифакс на международный саммит по безопасности, где как ни в чем не бывало утверждал, что никогда не угрожал своим увольнением.

И тут уже переполнилась чаша терпения министра обороны. Он вызвал главу флота к себе и потребовал покинуть военное ведомство. И лишь тогда Ричард Спенсер заговорил о верховенстве закона.

Вот так выглядит история целиком. Подводя итог, можно сделать как минимум три важных вывода.

Во-первых, Соединенные Штаты по-прежнему настаивают на неподсудности своих военнослужащих иностранным и международным судам. А в собственной юрисдикции склонны прощать им инциденты, в которых не пострадали граждане США. При Дональде Трампе та же позиция стала более жесткой и принципиальной. Барак Обама пытался изменить правила вступления в бой американских военных, особенно на территориях, насыщенных мирным населением. 45-й президент резко критиковал, как он их называл, смертельные нормы (смертельные, конечно, для солдат армии США), и существенно изменил их, да так, что в загранкомандировках американские пехотинцы и летчики - не говоря уже о спецназе - получили гораздо бóльшую свободу действий, чем даже при Буше-младшем. Что скажут в ООН или в любой правозащитной организации, трамповской администрации совершенно безразлично.

Во-вторых, Дональд Трамп в очередной раз продемонстрировал, что в принципиальном споре между высокопоставленным генералом (тем более гражданским министром!) и простым солдатом он, скорее всего, встанет на сторону последнего. И тем самым он, конечно, радует свой ядерный электорат. Он на стороне старшины, простого человека, а не министра. Кроме того, хозяин Белого дома демонстрирует, что он свой для низового звена всех силовых ведомств и с предельной жесткостью реагирует на неподчинение или своеволие их высшего звена. Что особенно важно в нынешней непростой политической ситуации.

Ведь именно высокопоставленные бюрократы ФБР, ЦРУ, Минюста и других особых ведомств фрондировали ему с первого дня его президентства.

Не говоря уже о том, что некоторые представители генералитета заигрывают с идеей неподчинения неправильному президенту. Может быть, в конкретной ситуации со старшиной Галлахером Трамп и был юридически неправ, но он был абсолютно прав политически. Силовики низового уровня - не только избиратели, но и те, кто в конечном счете решит исход противостояния президента-бунтаря и его недругов, если ситуация начнет развиваться по непредсказуемому сценарию. 

Наконец, в-третьих, после первого этапа открытых слушаний в Конгрессе об импичменте Дональд Трамп явно обрел уверенность в своих силах. Его слово - закон. Если для подтверждения столь простого факта нужно уволить очередного министра, он медлить не станет. И Республиканская партия сегодня его полностью поддерживает. Восстановление старшины Галлахера в звании и статусе морского котика показывает консервативным законодателям, что они не зря сплотились вокруг президента. Не лишним будет упомянуть, что самым влиятельным конгрессменом, подписавшим письмо в защиту нарушившего закон старшины, был Джим Джордан, самый яростный защитник Трампа в Палате Представителей.

Что же касается собственно военных преступлений, то здесь очень сложный и болезненный вопрос, особенно когда дело касается не высокопоставленных политиков и бюрократов, а солдат, действующих на земле в непростой обстановке современного конфликта. США в данном вопросе строго придерживаются принципа абсолютного суверенитета. То есть судить подозреваемых в таких преступлениях можно только в Соединенных Штатах. А если какая-либо страна возражает, она рискует навлечь на себя суровое возмездие со стороны заокеанской сверхдержавы.

Трамп, разумеется, не привнес в старую концепцию ничего нового. Он просто дополнил ее важной деталью - что во всяком подобного рода деле старшина важнее министра.

Автор(ы):  Дмитрий Дробницкий, политолог
Короткая ссылка на новость: http://4pera.com/~EJYSr


Люди, раскачивайте лодку!!!
Яндекс Деньги: 410012088028516 
Сбербанк: 67628013 9043923014




Обращаем ваше внимание, что портал 

«Четыре пера» 

переехал на новую площадку 

4pera.com

   открыл, Электронная почта, конверт значок

 info@4pera.com