Воронеж накрыла волна культурных перестановок

Воронеж накрыла волна культурных перестановок
1 Апреля 2015

Власти их никак не объясняют. Народ безмолвствует.

И.о. руководителя департамента культуры Воронежской области Эмилия Сухачева, не без ведома, надо полагать, вице-премьера облправительства Владимира Попова, курирующего социалку, и других влиятельных фигур, произвела на первый взгляд неожиданные, но в целом прогнозируемые и логичные, зная определенную подоплеку внутренней кухни, перестановки в культурных учреждениях Воронежа. Ольга Николаенко покинула Филармонию, Николай Попов ушел из Театра оперы и балета и вернулся в Филармонию, а Оперу доверили в ранге и.о. директора Александру Арнаутову, бывшему заместителем директора по художественно-творческим вопросам.

Первое, что бросается в глаза при попытке анализа кадровых изменений в культурных учреждениях Воронежа, - его абсолютное отсутствие в воронежских массмедиа. Практически всюду - сухая пресс-релизообразная информация. То ли настолько давит цензура со стороны вертикали (в том числе по причине возможности лишиться контрактов, «А вдруг прочитает супруга губернатора Татьяна Гордеева, ой, что будет, ой, что будет…»). То ли журналистам не хватает времени. То ли не позволяет формат («мелковато для темы»). Но факт остается фактом: анализа нет. Хотя, например, чтобы понять возможные причины возвращения Николая Попова из Театра оперы и балета в Филармонию, достаточно вспомнить обстоятельства его назначения в Оперу. Все делалось в спешке, кресло директора хранило тепло Игоря Непомнящего, а сам он был доставлен родственниками в больницу с болью в груди и онемевшей левой рукой. Оттуда его потом выставили по звонку из области.

На Николая Попова представители консервативной общественности возлагали определенные надежды - все же глава Филармонии, бывший директор Государственного академического Воронежского русского народного хора имени Константина Массалитинова и тоже, как и Непомнящий, критик беспомощного доклада «Воронежский пульс» от культуртрегера Эдуарда Боякова и персонажей вроде заукраинского еврея Антона Носика, больше известного в сети ником «dolboed», или не менее сомнительного англосаксонского культуролога Терри Санделла. Но, как показало время, Попов, во-первых, проявил себя как несамостоятельная фигура. А, во-вторых, попросту оказался не на своем месте.

Первый тезис легко иллюстрируется, в частности, конфликтом вокруг подсобки Театра оперы и балета у Центрального рынка Воронежа, за которую в свое время бился Игорь Непомнящий и которую пытались реквизировать в департаменте имущественных и земельных отношений области во главе с его руководителем Максимом Увайдовым. Как считается, под строительство бизнес-центра. Сначала летом минувшего года оттуда варварским способом вывезли реквизит на сотни тысяч рублей. Затем вернули в результате разгоревшегося скандала. Николай Попов никакого противодействия указаниям из департамента культуры не оказывал (дело было при министре Елене Ищенко). Хотя не мог, разумеется, не знать, что в подсобном корпусе театра располагаются поделочный, бутафорский, сапожный, столярный цеха, склады декораций и костюмов, а также находятся гаражи. Без вышеперечисленного деятельность Оперы по факту невозможна.

Минувшей осенью Максим Увайдов в сопровождении Николая Попова лично побывал на месте чрезвычайного происшествия. Декораторы восприняли их визит с возмущением - в духе «Че, нового покупателя привели?» Как рассказывают, Увайдов, не привыкший общаться с простым народом, был явно взбешен. Но принялся объяснять, что подсобку Театру оперы и балета придется освободить, а взамен учреждению будет предоставлено другое помещение. И вызвал еще большее возмущение. Одно дело - носить реквизит за пятьдесят метров от Оперы и другое дело - непонятные условия его транспортировки за тридевять земель. 

Другая яркая иллюстрация несамостоятельности директора - скандал вокруг постмодернистской постановки «Вечер одноактных балетов. Необарокко» молодого танцовщика Дмитрия Антипова. В конфликте, с одной стороны, участвовали супруга губернатора Татьяна Гордеева, Елена Ищенко и Николай Попов, а, с другой, - художественный совет. Вот его-то и переломили через колено. Члены худсовета, чтобы обсудить возможность постановки «Вечера одноактных балетов», собирались трижды. И все три раза сказали Попову твердое «нет». Тем не менее постановка была запущена в работу, так как за Антипова просила Татьяна Гордеева.

Второй тезис - о том, что Николай Попов оказался не на своем месте, - лучше всего подтверждается претензиями к нему со стороны ведущих солистов воронежской Оперы. Минувшим летом они обратились к нему с 18 актуальными вопросами, свидетельствующими о генеральной линии его и областных властей на разрушение классического русского репертуарного театра. Они касались не только творчества, но и хозяйственной части. Солистов интересовало, почему в Театре оперы и балета за время руководства Попова (с осени 2013 года) не состоялось ни одной большой премьеры, почему не рассматриваются варианты творческих поездок и гастролей труппы, как расценивать попытки чиновников списать подсобку. «На общем собрании новый художественный руководитель (Дмитрий Морозов, прибывший в Воронеж из киевского Театра оперетты. - ред.) при поддержке руководства театра заявил о традиционном постановочном курсе - опера, оперетта, балет! - констатировалось в обращении солистов к Николаю Попову. - Сейчас же политика театра больше похожа на концертно-филармоническую работу». Ну и т.д. Так что надо думать, что, покинув беспокойный театр, Николай Попов вздохнул с некоторым облегчением.

Однако уход Попова из Оперы, очевидно, нельзя рассматривать в отрыве от контекста обстановки в воронежской Филармонии. По некоторым сведениям, на нового директора Филармонии Ольгу Николаенко оказывалось давление со стороны областного руководства в части фактической передачи Дома офицеров Институту искусств, который возглавляет Эдуард Бояков. Она какое-то время отказывалась подписать навязываемый ей сверху договор. Возможно, им-то и заинтересовалась Контрольно-счетная палата Воронежской области, которая недавно проверяла Филармонию. Именно Филармония, как считается, оплачивает коммунальные и прочие платежи вместо Института искусств, подведомственного министерству культуры России. Другое дело, что, если вспоминать историю ревизии КСП деятельности Игоря Непомнящего, то складывается впечатление, что Контрольно-счетная палата при Вячеславе Олемском зачастую работает в режиме политического заказа. Есть задача убрать неугодного деятеля - и появляются ревизоры.

Относительно утверждения и.о. директора Театра оперы и балета Александра Арнаутова прежде всего надо отметить, что в Опере он человек свой, уважаемый, был и главным машинистом сцены, и главным администратором, и заместителем директора сначала по общим, затем - по художественно-творческим вопросам. Временное ли его назначение или постоянное - точно неизвестно. Кроме того, в кулуарах активно обсуждалась возможность назначения руководителем Оперы Алексея Дорохина, культурного деятеля, интересы которого вроде бы активно лоббирует его сестра - и.о. начальника департамента культуры Эмилия Сухачева. Но Дорохин в театр не перейдет: не позволяет закон о государственной службе.

Впрочем, главная интрига, касающаяся воронежской Оперы, заключается на данный момент отнюдь не в том, кто будет ее директором, а в том, кто станет ее художественным руководителем. Кандидатура нынешнего худрука Дмитрия Морозова, видимо, не устраивает областное руководство. В результате на недавнем заседании члены общественного совета при департаменте культуры рекомендовали Эмилии Сухачевой объявить всероссийский конкурс на замещение соответствующей должности. Сухачева пообещала согласовать идею конкурса с верхушкой губернского Олимпа и его объявить. Таким образом будущее театра туманно, оно упирается не только в выбор художественного руководителя и репертуарной политики, но и в возможность его реконструкции, которую обещал губернатор Алексей Гордеев. Переселяться в силу коммерциализации воронежского Концертного зала некуда. И здесь стоит напомнить, что культуртрегер Эдуард Бояков, выступая в 2013 году с презентацией доклада «Воронежский пульс», обосновывал необходимость отказа в Театре оперы и балета от труппы и внедрение постановочного процесса по принципу stagione: когда группа людей собирается, выпускает спектакль, показывает его несколько раз, а затем готовит следующий. Фактически Бояков предлагал схему разрушения русского репертуарного театра, культурной визитки Воронежа.

Характеризуя кадровые перестановки в культурных учреждениях в целом, надо, пожалуй, констатировать, что воронежскую культуру продолжает лихорадить. Идеологически в регионе сохраняется ставка на прогрессивную общественность в ущерб большинству, традиционной русской культуре, и в том же общественном совете при департаменте культуры заседают в основном рукопожатные люди с хорошими лицами. Нет внятной политики, основанной, как обещали власти, на докладе «Воронежский пульс», который собирался довести до ума Бояков. Потерпел фиаско проект арт-кластера на базе бывшего экскаваторного завода, о котором Бояков докладывал Гордееву. Сам культуртрегер, будучи явным раздражителем для националистически и консервативно настроенной общественности, после недавней продолжительной поездки в Индию, откуда выкладывал в соцсети видео, связанное с употреблением наркотиков, заметно снизил медийную активность. А между тем из департамента культуры, как говорят знающие люди, бегут специалисты, чем, возможно, и объясняется тот факт, что вот уже около полугода губернатор Алексей Гордеев не может найти замену Ищенко. Видимо, народ не особенно рвется работать в условиях бардака и сомнительного фаворитизма, продвигающего так называемое современное искусство за бюджетный счет. «Ситуация не изменится до конца срока Гордеева, - прогнозирует Игорь Непомнящий. - А если изменится, то только в случае, если центральная власть разберется с тем, что у нас происходит».

P.S. Случайно узнал, что есть на свете такой человек, как Хайрулло Амонулло. И что у него есть общие интересы с мэром Воронежа Александром Гусевым. Они оба возглавляют культурные столицы СНГ-2015. Но есть между ними и различия. Мэр Куляба (100 тыс. жителей) Хайрулло Амонулло - националист, правый (в Таджикистане правит Национально-демократическая партия, таджики строят национальное государство). Мэр Воронежа (1 млн человек) Александр Гусев, поскольку состоит в «Единой России», - многонационал, левый. То есть дружба народов, русских нет. Ну и т.д. Но вот что странно. Казалось бы, при официальной многонациональной политике РФ на открытие мероприятий, связанных со статусом культурной столицы СНГ, Воронеж должен был отправить в Куляб сборную бригаду из армян, украинцев, дагестанцев и прочих. Но нет. В Кулябе выступил Воронежский академический русский народный хор. И послушать его пришла четверть населения Куляба. Какой же отсюда можно сделать вывод? А очень простой: культура крупнейшего белого народа планеты и крупнейшего европейского народа - то есть русского - остается магнитом, к которому тянутся на евразийском пространстве, но она недостаточно поддерживается у себя дома. Во всяком случае в городе Воронеже.

Игорь Непомнящий: «Вопрос «Когда вы вернетесь?» сейчас звучит гораздо чаще, чем год назад»

Зачем Воронеж с Кулябом поравняли? Как дело Сороса с помощью Швыдкого живет и побеждает

Автор(ы):  Константин Чаплин
Короткая ссылка на новость: http://4pera.com/~ytHWt


Люди, раскачивайте лодку!!!
Яндекс Деньги: 410012088028516 
Сбербанк: 67628013 9043923014




Срочно требуется 
программист-разработчик игр 

для создания браузерной
многопользовательской игры
под ключ с последующим
сопровождением.
Возраст, образование, опыт работы
и пол значения не имеют.
Резюме на:

   открыл, Электронная почта, конверт значок

 info@4pera.com