Трамп, любовь и голуби

 

Когда Дональд Трамп стал президентом, в хоре комментирующих столь неожиданное событие были слышны три голоса.

Восторженный: какое счастье, что наконец-то на смену многим умеренно и радикально русофобским администрациям пришла если не русофильская, то хотя бы вполне конструктивная команда. Ну, теперь заживем!

Огорченный: в России народ не тот, думает не то, голосует неправильно, но мы уже привыкли. И вот теперь фашизм победил и в Америке. Что же делать? Куда бежать?

И еще третий, циничный: ну-ну, вы не очень-то радуйтесь (да и не огорчайтесь). Система власти в Америке устроена таким образом, что она быстро отредактирует программу Трампа, да и его собственные выступления. Вы еще удивитесь его превращениям.

И уже через несколько недель после воцарения Дональда Фредовича - возникли первые намеки на то, что прав был именно третий голос: сначала отставка обвиненного в связях с Россией генерала Майкла Флинна, а затем и официальное сообщение Белого дома, что Крым, мол, надо вернуть.

Конечно, отступление - неизбежно.

Трамп ведь имеет дело не только с леворадикальными агитаторами на улицах и демократическим меньшинством, но и с республиканцами, многие из которых, мягко говоря, не поддерживали его во время выборов.

А образ плохой, злой России - момент абсолютного согласия между демократами и республиканцами, и атаковать Трампа по поводу России начали так солидарно, как никого со времен Ричарда Никсона не атаковали.

Естественно, что сдавать русскую тему своим врагам - коль скоро им надо что-нибудь сдать - для Трампа будет проще всего.

Его избиратель - голосовавший за возвращение рабочих мест, за блокировку миграции, за безопасность - более или менее равнодушен к тому, как у нас там с русским медведем, дружба или вражда.

Так что в списке на принесение в жертву во имя политического компромисса Россия наверняка под номером один.

Но таков их, американский сюжет.

А что у нас?

Что для России значит возможная замена вроде бы только что прилетевших трамповских голубей на стандартных ястребов?

И тут надо спросить себя: а они нам нужны, их голуби?

В русской прессе о гипотетических соглашениях с американцами говорится как о чем-то заведомо хорошем, но - так ли все на самом деле?

Каким мог бы быть результат соглашений с американцами?

Снятие санкций с нашей олигархии - и убийство всяких надежд для нашей промышленности и сельского хозяйства?

Приглашение наших чиновников на разного рода саммиты?

Новые уступки Москвы в отношении наших ближайших соседей, которые нас ненавидят?

Выполнение для американцев грязной военной работы на Ближнем Востоке, которую они желали бы переложить на других?

Понятно ведь, что компромисс - решение, для принятия которого уступить должны обе стороны.

Но дело в том, что России уже некуда отступать.

Сейчас не восьмидесятые годы прошлого века, когда - будь на месте Горбачева и Ко хитрые и национально мотивированные политики - мы могли бы бесконечно выторговывать что-то полезное, жертвуя по кусочку нашим огромным имперским хозяйством.

Но его больше нет.

У России уже не осталось рубежей, с которых можно благополучно уйти без больших военных или репутационных потерь.

Наоборот, есть много мест, где не мешало бы усилить свое присутствие.

Много мест, где старая добрая внешняя угроза заставила бы наших чиновников вздрогнуть - и начать что-то делать, тогда как в условиях мира и дружбы они просто заснут.

Что мы можем продать - так, чтобы не потерять самих себя?

Зато обманутыми - можем оказаться в любую минуту.

Поэтому ничем хорошим трамповские голуби для нас бы не обернулись.

Дипломатия - опасная, скользкая дорожка, и нужно иметь очень сильные исходные позиции, чтобы потом, на переговорах, успешно поторговаться за них.

А нам сейчас лучше не торговать.

Нам сейчас лучше покрепче держать то, что у нас есть.

Так что пусть администрация Трампа отступает себе от прежних комплиментов в адрес России.

Пусть ястребы заклюют голубей, и любовь с Америкой не состоится.

Уж очень опыт у нас негативный.

Мы слишком хорошо знаем, к чему такая любовь приводит.

Россия - США: назад к Борису Ельцину?