Совпадения: за и против

 

Утечка в СМИ о том, что ФСБ хочет получить максимальный контроль над информацией в интернете, совпала по времени с новым терактом (в Волгограде смертница взорвала автобус). Знаменательное совпадение. Вспоминается реплика из последнего Бэтмена (на премьере которого, к слову, один псих устроил пальбу по зрителям) режиссера Нолана. «С тех пор, как я стал детективом, я не имею права верить в совпадения», - сказал там герой-полицейский. А как нам, верить?

Для начала об утечке, что просочилась в газету «Коммерсантъ». В распоряжении редакции оказалось письмо оператора связи «Вымпелком», направленное в Минкомсвязь. В документе оператор высказывает ряд замечаний к проекту приказа министерства об оперативно-розыскных мероприятиях в интернете. В соответствии с проектом приказа Минкомсвязи, с 1 июля 2014 года все интернет-провайдеры обязаны установить на свои сети оборудование для записи и хранения интернет-трафика на срок не менее 12 часов, причем спецслужбы получат прямой доступ к записям. Под контроль попадают телефонные номера, IP-адреса, имена учетных записей и адреса электронной почты пользователей социальных сетей.

Разумеется, некоторые положения проекта приказа министерства противоречат Конституции, но ей в нашей жизни набралось столько противоречий, что своим количеством они заткнут за пояс музей капитал-шоу «Поле чудес». Однако директор по аналитической поддержке взаимодействия с органами государственной власти «Вымпелкома» Алексей Рокотян не поленился в своем письме перечислить соответствующий ряд положений приказа. Например, приказ нарушает права, гарантированные статьями 23, 24 и 45 Конституции РФ. Причем два источника на телекоммуникационном рынке и сам менеджер «Ростелекома» подтвердили «Коммерсанту», что проект приказа Минкомсвязи был предварительно согласован с ФСБ. В ФСБ подготовку такого законопроекта ожидаемо опровергли. В самом деле, и кому мы должны доверять, каким-то «двум источникам на телекоммуникационном рынке»? Может, они вместе с «Коммерсантом» решили порочить мундиры сотрудников госбезопасности.

Однако другое издание - «Известия» - ранее сообщало, что ФСБ предлагает заблокировать доступ в русском инете к анонимайзерам (так называются программы для сокрытия информации о компьютере и пользователе в сети). Утверждалось, что законопроект разрабатывается по поручению директора ФСБ Александра Бортникова. Все вместе - данные «Коммерсанта» и «Известий», конечно, складываются в цельную картину.

Но картину, я бы сказал, не слишком ошеломляющую. Во-первых, ФСБ по суду может получить все ваши личные данные - такое положение действует лет пять, не меньше. Во-вторых, данные, скажем, о телефонных номерах и так доступны всем заинтересованным органам, и не только им, полагаю. И, в-третьих, ФСБ не была бы ФСБ, если бы не хотела большего контроля за всеми и каждым, и уж, конечно, она не была бы ФСБ, если бы открыто призналась в своих желаниях.

История, просочившаяся в отечественную прессу, несколько напоминает разоблачения подзабытого Эдварда Сноудена, который, напомню, в мае 2013 года передал газетам Washington Post и Guardian ряд материалов, в частности, касающихся слежки за пользователями в Интернете посредством секретной программы PRISM, позволяющей отслеживать электронные коммуникации на крупнейших сайтах.

Короче, документально подтвердил то, о чем и так толковал весь мир: за всеми нами следят! Вопрос в том - ради чего? В СМИ директор ФСБ толкует о противодействии идеологии экстремизма, что разрослась в Интернете пышным цветом. Идеология - вещь важная, но хотелось бы и противодействия самим экстремистским действиям. А лучше их предупреждения.

Ведь спецслужбы обязаны быть эффективными и без драконовских законов. Предотвращать, например, теракты в автобусах, а также взрывы домов, метро и поездов. Ждать эффективности от подлинных профессионалов не будет так уж чрезмерно. Методично и кропотливо работая над созданием агентурных сетей и превентивно локализуя опасность, они должны уметь устранять опасность без лишнего шума и пыли. Не хочется сравнивать, но после 11 сентября 2001 года в США был совершен только один теракт - вроде как нашими выходцами из Чечни. Остальных (если речь не идет о психах с пистолетами) они превентивно купируют, надо полагать.

Та же смертница, что взорвала людей в Волгограде, практически открыто, чуть ли не в хиджабе собирала деньги на террористов (якобы на лечение) в Интернете. Но ее почему-то недокрутили. Так для чего именно спецслужбам требуются сверхполномочия по вторжению в личную жизнь? Чтобы эффективнее шантажировать или как-то иначе прессовать тех, кто без санкции власти замахнулся на политическую систему? Если так, тогда я - против.

Если же для дела, для защиты нас, мирных и добропорядочных граждан от зверья и фанатиков, то - за. Но тогда полномочий уже достаточно. Бог в помощь, родные.

Виктор Лиходзиевский, «Берег»