Радуйтесь, дети мои, с новым вас светом

Представьте себе далекие языческие времена. Холодно, темно, солнца нет - оно угадывается слабым пятном в далеком углу неба. День 21 декабря. (Сейчас-то и то, если над Сибирью летишь, бывает огоньков внизу часами же не видать. А в древнейшие времена, представьте, какой мрак стоял...)

Собралось укутанное в шкуры племя.

К ним выходил, вскарабкавшись с помощью юношей на холм, вождь племени - самый старый и опытный, он же верховный жрец и астроном, главный шаман, а в более поздние времена - жрец-король - и обращался к народу, озябшему и отчаявшемуся по причине мрака и невыносимо долгих ночей, с приблизительно такой вот речью: «Вы в отчаянии от затухающего солнца, дети мои? Вы устали от тьмы? Вы боитесь, что ночь будет длиться вечно? Вашему терпению приходит конец?

Дети мои! Я пришел объявить вам радостную весть. Наступил Йоль - и отныне свет будет прибавляться, день пухнуть и возрастать, а ночь съеживаться и худеть. Станет теплее и светлее. Приближается весна, несущая зелень, а там и зерна завяжутся в земле, станет плодиться тучный скот. Радуйтесь, дети мои, радуйтесь! Прыгайте через костры, веселитесь, высшие силы не оставили нас!»

Вождю-жрецу безоговорочно верили в те древнейшие времена, потому что его полуслепые очи, завязанная в узел седая борода, отличный от простых смертных наряд несли чистейшую сакральность, историческую мистику всего народа, его судьбу, трагизм его жертв и ликование его жизней.

После язычества пришло христианство. Древние ребята-монахи, создавшие для нас обычаи северного христианства, были люди умелые и ловкие. Они понимали, что плетью в один раз обуха не перешибешь, что язычество в одночасье не умрет, - и потому установили христианские праздники совсем рядом с языческими. Чтобы народы вначале путались бы, а затем привыкли бы к христианским обрядам и не сомневались. Особенно они старались угодить северным народам, поскольку им и так было невмоготу поверить в легенду Христа, распятого в набедренной повязке на горячем Ближнем Востоке.

Современники мои, мы-то с вами прочно знаем, что жрецы были правы: астрономический новый год наступает в день зимнего солнцестояния (21-22 декабря), что, кстати, было известно астрономам древнейших времен - жрецам с тех самых древнейших времен.

В дни зимнего солнцестояния солнце (как правило, за плотными тучами) как бы зависает в холодном небе. Потому и солнцестояние.

Дни зимнего солнцестояния - самые короткие пару-тройку дней в году - сопровождаются самыми длинными несколькими ночами. К тому времени психологическая атмосфера в северных народах неизбежно накалялась и появлялись признаки отчаянья.

Древние ребята-монахи, приспосабливавшие для нас с вами ближневосточную христианскую религию, сблизили как можно теснее языческий Йоль и рождение своего нового человекобога Христа - и запихали все вместе в исторический мешок.

Йоль (наименование древнего языческого обряда звучит для русского уха созвучно с нашими «ёлка», «ель», не правда ли?) как языческий праздник сохранился до наших дней. И даже выжил частично обычай праздновать Йоль в скандинавских и германских странах (йольское полено, обычай иметь новое изделие из шерсти - да хоть носки, хоть варежки - и прочие детали). Но обывателя успешно запутали в дебрях последних дней декабря.

Он, ничего не подозревая, послушно празднует Новый год на десять дней позже астрономического, и с устаканившимся, по правде говоря, обманом человечество и живет.

Когда будете лицезреть 31 декабря главу государства, поздравляющего вас с бокалом в руке с Новым годом, то понимайте, что через века все тот же вождь племени вышел успокоить вас. Правда, на десять дней позже. Но как получилось - так уж и вышло.