Президент Сербской Боснийской

Президент Сербской Боснийской
21 Марта 2019

 

20 марта Гаагский трибунал усугубил приговор бывшему президенту Сербской Боснийской Республики Радовану Караджичу, заменив приговор от 2016 года (40 лет за решеткой) на пожизненный срок. Я выражаю свое возмущение подлостью трибунала.

1992 год. Горный поселок Пале в горах над Сараевом.

В моем окне в отеле в стиле шале в столице Сербской Боснийской Республики я видел красно-ярко-зеленую пинию. Она такое выделывала своей вершиной - хлестала по пейзажу всеми способами: снизу, сбоку, сверху... И снежные вершины, которые только заливал красный рассвет.

Там было дико красиво!

И дико холодно. Отопление не работало, канализация не работала, ничто не работало.

Пить кофе я ходил к соседке, к пожилой профессорше в вязаной кофте, к Билане Плавшич - она была членом Государственного совета республики. Профессорша нагревала песок с помощью керосиновой горелки и мастерски, варварски и очень по-сербски варила кофе. Сербы не могут жить без кофе. И развлекала меня по-английски.

Плавшич потом отсидела восемь лет в гаагской тюрьме. Вообще все, кого я там встретил, в том отеле в Пале, впоследствии оказались в гаагской тюрьме. Между тем Плавшич придерживалась скорее либеральных взглядов, Воислав Шешель (кстати, добровольно явившийся в Гаагу) - националист.

Офицеры округа Вогошча подарили мне пистолет фабрики «Червона звезда» и нанесли ко мне в номер свое постельное белье из своих номеров. Бельем я укрывался, но его слой согревал меня мало. Лучшим обогревателем служила сливовица.

В тот день я собирался уже уезжать. Пошел в офицерскую столовую пожрать чего-нибудь перед дорогой. Похрустывая снегом, шел, благо офицерская столовая была рядом.

Мне помахали из-за соседнего столика, их там сидело четверо. Один, высокий, в очках и остриженный как хорват (сербы все были заросшие), подошел и представился: фильм-директор BBC Пол Павликовски.

Сказал, что снимает документальный фильм о Сербской Боснийской Республике, предложил, чтобы я интервьюировал Караджича.

- А вы? - задал я встречный вопрос.

- Ну что, все будет банально, во всех документальных фильмах режиссеры интервьюируют своих протагонистов. Другое дело вы - русский писатель, президент Караджич... Кстати, ведь поэт - и мне говорили, что неплохой.

- Я собрался сегодня уже уезжать...

- Слушайте, у вас будет возможность трое суток сопровождать Караджича, общаться с Караджичем. Да журналисты всего мира мечтают о таком шансе.

Я выслушал его, понял, что у меня появился уникальный шанс, и остался.

Трое суток я участвовал в съемках фильма «Сербская эпика» и общался с Караджичем.

В фильме есть сцена, где, стоя на горе над Сараевом, он показывает мне свой офис психиатра (он же - его дом, где он жил с семьей). И по просьбе Павликовски читает свои стихи. Трагизм сцены состоит в том, что его дом в тот момент пылает. В фильме также есть сцена, где мы присутствуем на дне рождения воинского подразделения полковника Бартолы, тот бледен и худ после ранения. Сидим за армейскими столами под тентом, солдаты и офицеры. Где-то глубоко в горах, раннее утро. Все величаво и пронзительно, и холодно очень.

Пересмотрев недавно «Сербскую эпику», я пришел к умозаключению, что британский режиссер польского происхождения снял просербский фильм. В 2015 году Павликовски получил «Оскара», но за другой фильм, игровой. По правде, я думаю, «Сербская эпика» тоже заслуживает «Оскара».

Я стал боснийским сербам настолько близок тогда, что однажды присутствовал на заседании Государственного совета, - правда, до тех пор, пока сербы не спохватились, что сидит и слушает их планы не член совета.

Я успел в них разобраться. По стандартам политики того времени Радован Караджич считался голубем, а его генералы - ястребами.

Караджич, например, противился взятию Сараева в момент, когда военная помощь Германии и США мусульманам еще не началась и сербы удерживали 69% территории.

По воле Гаагского трибунала и голубь Караджич, и ястреб генерал Младич, как видим, получили пожизненное заключение, и тот и другой. За то, что оба сербские герои.

Герои обычно заняты тем, что ведут свой народ по дороге ярости и гнева. В резне югославской гражданской войны сербы, как государствообразующая нация, и не могли вести себя иначе. Большая несправедливость совершена по отношению к ним и по отношению лично к Караджичу.

Успешный профессор-психиатр, он приехал из далекой Америки, чтобы возглавить свой народ. И вот поплатился за свою жертву.

Европейская версия югославской истории девяностых в значительной мере подтасована и сфальсифицирована США, Германией и другими европейскими странами.

Есть книга французского тележурналиста (одно время он был замом главного редактора канала France 2) Жака Мерлино - «Югославские правды не все хороши, чтобы о них говорить...»

Мерлино раскрыл в своей книге, как Запад превратил трех женщин, сфотографированных в гимназии в Тузле, в сотни тысяч изнасилованных мусульманок. Он задокументировал присутствие среди мусульман Сараева исламских боевиков из Пакистана и Афганистана, рассказал о деятельности американских пиар-агентств - таких, к примеру, как Hill and Knowlton.

Голоса таких, как Мерлино, не захотели услышать.

Результатом фальсификаций и подтасовок правды послужили зверские приговоры для сербских вождей - и для Караджича в частности.

Для своего народа он герой, и статус его как героя будет только возрастать со временем.

Герой и мученик.

Автор(ы):  Эдуард Лимонов
Короткая ссылка на новость: http://4pera.com/~xEucu


Люди, раскачивайте лодку!!!




Переходи! Подписывайся! ... пользователей

   открыл, Электронная почта, конверт значок

 [email protected]

вконтакте