Плата за усложненность жизни

Катастрофа в московском метро, 22 человека погибли.

Оттого, что следственный комитет найдет кого-то из обслуживающего персонала, кто приблизительно окажется виновным в халатности, найдет одного человека или группу людей, погибшие не восстанут из мертвых.

Дорожный рабочий или мелкий чиновник пойдет в тюрьму и потом в лагерь, но в огромном, стальном и каменном, подземном организме московского метрополитена все равно будут время от времени неполадки, сколько не сажай.

Тотальной безопасности не существует.

Увы, техногенные катастрофы - плата за все большую усложненность современной жизни. Время от времени происходят крушения самолетов, вода сметает машинный зал Саяно-Шушенской ГЭС, цунами повреждает атомную электростанцию в Фукусиме, радиация заражает воды и воздух вокруг, «Бритиш Петролиум» не может устранить утечку нефти в Мексиканском заливе, и нефть месяцами выжигает все живое. И так далее.

А тут сорвало стрелку на рельсах поезда метро - и вот, до свиданья мама, 22 трупа.

В таком огромном и сильном городе, как Москва, на самом деле нужно быть готовым к мысли, что, уйдя утром из дома, вечером ты не вернешься домой.

В XIX веке тоже были катастрофы, кораблекрушения, кто-то ломал себе хребет просто оттого, что лошадь внезапно понеслась, одичав.

С тех пор жизнь усложнилась. В московском метро за день путешествуют миллионы.

Когда после катастрофы на Фукусиме я предположил в Живом Журнале, что нужно остановить прогресс, меня обложили матом сорок тысяч человек. Хотят жить при прогрессе.

Ну, тогда терпите.

Хватит рыдать, как дети.