Национальное чувство

 

Интереснейшая проблема, хотя и сугубо умозрительная, - вопрос о том, из чего все-таки состоят НашКрым и НашДонбасс, из русского национализма или из имперско-советского чувства?

Думаю, что правильный ответ сложнее, чем какая-то линейная позиция, та или другая.

Скорее всего, на уровне сознательной демонстрации, на уровне публичной риторики, всей той символики, которую человек легко и охотно несет во внешний мир, - там прежде всего работает имперское советское чувство, во многом ностальгическое.

Но таков именно внешний уровень. То, с чем люди привыкли себя отождествлять.

Внутри же советской оболочки находится новое национальное содержание.

И обнаружить национальное содержание можно, если смотреть, как создается негосударственная, добровольческая общность, которая там сейчас возникает и которая была почти невозможна в казенном советском мире.

Общность - именно национальная.

Владимир Путин может сколько угодно создавать евразийские союзы с Нурсултаном Назарбаевым или «уважать выбор украинского народа и целостность Украины», словом, воспроизводить казенные советские формы, но - люди не стали бы массово формировать группы военной или гуманитарной помощи, если бы речь шла о внутренних казахских, киргизских, молдавских или украинских проблемах.

Их бы не задело - хотя все тамошние земли были и в Российской империи, и в Советском Союзе.

Задело, вызвало сильнейшую эмоцию - именно то, что есть национальная связь. И на ее фоне так жалко, так нелепо выглядят либералы, которые повторяют, что там «территория Украины, и нельзя вмешиваться в дела другого государства».

Государство другое, а нация - одна.

Другое дело, что нация пока себя еще не вполне осознает и пользуется тем, что есть у нее в архиве - образами Российской империи или Советского Союза.

И пусть пользуется.

Но новое чувство, новая взаимосвязь - она скоро и новые формы себе найдет.

Уже находит.