Лучшее место для доноса - мусорная корзина

 

Большой конфликт, случившийся между режиссером Алексеем Учителем и депутатом Госдумы Натальей Поклонской, - оставляет странное, двойственное впечатление.

С одной стороны, все вроде бы очевидно.

Депутат, которому сам Бог велел заниматься подлинно драматическими проблемами нашей жизни - несправедливые суды, бедность, образование и медицина, поборы государства с граждан и прочее, - преуспевает в монархическом пиаре, атакуя фильм, который еще никто не смотрел, и требуя запретов, прокурорских проверок и цензуры.

Что нам хочет сказать Учитель - более или менее понятно.

Он явно создает очередную развесистую клюкву на вечную тему «Долг или чувства» - ту самую, что в Англии пользуется популярностью в виде истории про короля Эдуарда и мисс Симпсон.

Но там история кончилась победой чувств - а здесь, наоборот, якобы победил долг.

Костюмы, декорации, любовь, медведи и балалайки.

Довольно скучно на самом деле - тут явно не та история, которая должна будоражить умы.

И непонятно, почему император Николай, которого уже неоднократно представляли в самом разном кино, - вдруг должен стать предметом какой-то восточной цензуры, на манер культа Туркменбаши.

Мы все-таки в светском государстве живем - и факт канонизации императора, вне зависимости от того, как мы относимся к данному факту, еще не накладывает на все общество обязательств сопровождать его фигуру исключительно благоговейным молчанием.

Ну а уж когда начинаются разговоры неизвестных православных активистов о том, что «ваши кинотеатры будут гореть», - тут уже наступает пора самому Учителю обращаться в прокуратуру.

Печальная свара - и, повторяю, скорее всего, на пустом месте, поскольку господин Учитель, судя по его прежним картинам, не производит впечатления великого потрясателя основ и принципиального кощунника и безбожника.

Зато куда больше похож он на заурядного воспроизводителя известных мифов.

Но есть у нехорошей истории и другая сторона.

Дело в том, что наш мир давно уже стал сценой, на которой действуют разного рода оскорбленные меньшинства и пострадавшие сообщества.

Правила политической корректности фактически требуют от представителей любой расы, нации, класса, гендера, конфессии и так далее - для того, чтобы добиться успеха, - сначала извлечь из исторической памяти связанную с ними трагедию, а затем, размахивая ей на манер знамени, начать требовать преференций для себя и цензуры для всех остальных.

Шаг в одну сторону - и вы обидели инвалидов.

Шаг в другую сторону - евреев.

Еще один шаг - и вы задели чувства мусульман.

А теперь женщин.

А теперь - гомосексуалистов.

Список длинный.

Обид у всех много.

И запретить надо тоже много кого.

Ведь неосторожные людишки то и дело снимают неправильные фильмы, пишут неправильные книги, неправильные статьи, шутят неправильные шутки, - ну и скажите, как не написать на них донос в прокуратуру?

Рука так и тянется.

И вот теперь она тянется уже не только у тех, с кем мы привыкли ассоциировать западную политкорректность, но и у местных активистов, выступающих в том же жанре.

Да, с точки зрения светского государства, император Николай - исторический персонаж, и не более того, но если мы формируем оскорбленное сообщество и берем императора себе на знамя, - разве можем мы допустить разговоры о нем в каком-то фривольном тоне? Разве можем мы допустить упоминания о том, что у него мог быть с кем-то роман?

И подобно тому, как либеральная общественность совсем недавно требовала привлечь к ответу Петра Толстого за его неудачное воспоминание о черте оседлости, - так и сейчас православная общественность начала охоту на Учителя за его неудачное воспоминание о романе Николая с Матильдой Кшесинской.

Что делать с прекрасными людьми, которые так любят охотиться друг на друга?

Что делать с потоком доносов, которые они теперь пишут по каждому поводу, да еще и гордятся им.

Одна надежда.

Может быть, там, где доносы поневоле читают, - еще остался здравый смысл.

А он подсказывает, что лучшее место для политкорректности - мусорная корзина.

Толстой и раскаяние евреев