Ложь тиражом сто тысяч экземпляров

С далекого 1943 года в нашем семейном архиве хранится хрупкая пожелтевшая четвертушка бумаги со штампом Борисоглебского военкомата, из которой следует, что мой дед красноармеец Степан Тимофеевич Попов «в боях за социалистическую Родину, верный воинской присяге, проявил геройство и мужество и погиб 14 июля 1942 года». Сохранившая похоронку жена Степана Тимофеевича и моя бабушка так никогда и не узнала об обстоятельствах его гибели, оказавшихся не такими, как сообщает казенная бумага.

Совсем недавно из далекого 42-го пришла иная, скорбная весть, не оставляющая сомнений в том, что обстоятельства гибели деда оказались иными. В волнении разглядываю копию некогда зеленого, а ныне изрядно выцветшего бланка размером 10 на 15 сантиметров, полученную благодаря любезности немецкого центра документации при объединении «Саксонские мемориалы в память жертвам политического террора» (Дрезден, Германия). Из документа явствует, что крестьянин Степан Попов из села Богана Борисоглебского района Воронежской области, рядовой 647-го стрелкового полка 216-й стрелковой дивизии 18-й армии был захвачен в плен 14 июля 1942 года у деревни Штеровка Ворошиловградской области. Вначале страдный путь его и его товарищей лежал в шталаг 338, размещенный фашистами в Кривом Роге. Оттуда красноармеец Попов был этапирован в шталаг VIIIA на западе Германии, где и скончался в августе 1943 года от туберкулеза легких и похоронен на братском кладбище вместе с шестнадцатью тысячами советских военнопленных, умерших здесь от непосильной работы, издевательств, голода...

Понятно, почему не оставила меня равнодушным публикация в тринадцатом номере воронежской газеты «Семерочка» от 7 апреля 2016 года «Компенсация вины». Из текста статьи следует, что немецкий бундестаг принял решение о компенсационных выплатах бывшим советским военнопленным: 2,5 тыс. евро на душу. Причем, как следует из публикации, «их смогут получить не только бывшие военнопленные, но и их дети».

Дав практические советы «Как можно получить компенсации?», автор за более подробной информацией отсылает заинтересованных читателей в региональный центр устной истории. Поскольку жива моя матушка, дочь сгинувшего в шталаге Степана Тимофеевича, я и решил, что тут наш случай.

Дело, разумеется, не в деньгах. Человеческую трагедию, страдания близких не измеришь в дензнаках. Но как не умилиться поступку современных немцев, все еще кающихся за преступления нацистов?

В центре устной истории, куда не без некоторых трудностей дозвонился, звонку не удивились, однако огорошили сообщением: компенсации полагаются только выжившим узникам, но не их родственникам и посетовали на то, что газета подложила им свинью.

Ознакомившись с ситуацией, я уточнил бы, что следует говорить о целом стаде свиней. Впрочем, обо все по порядку.

Новость, поданная «Семерочкой», как бы помягче сказать, второй свежести. Решение о том, что «бывшие советские военнопленные в признании причиненной несправедливости должны получить символическое денежное пособие», германский бундестаг действительно принял. Но дело было… 21 мая 2015 года. В официальном немецком сообщении, переведенном на русский язык, черным по белому сказано: «Денежное пособие выплачивается на добровольной основе, а не на основании законного притязания, оно не может быть выплачено третьим лицам или наследникам. С заявлением о выплате пособия может выступить только потерпевший либо уполномоченное им лицо».

И где же здесь упоминания о детях?

Достойно сожаления, что к непроверенной и плохо понятой информации пристегнули мнение председателя областного Совета ветеранов уважаемого Станислава Антоновича Ходаковского, поверившего журналисту на слово.

Остается добавить, что «Семерочка», распространяющаяся бесплатно почти стотысячным тиражом, - детище областного пропагандистского рупора - РИА «Воронеж», явившего в данном случае провинциальное невежество, граничащее с провокацией.