Интеллигенты и интеллектуалы

 

Помню, как однажды Людмила Улицкая назвала мои взгляды антиинтеллигентскими.

Несколько месяцев спустя Татьяна Толстая корила меня за то, что я «презираю интеллигенцию».

Насколько я понимаю, Людмила Евгеньевна и Татьяна Никитична относятся друг к другу сложно - а тут, надо же, сошлись.

На самом деле к интеллигенции я отношусь с огромным почтением - но, к сожалению, такой класс русских людей, сумев пережить даже советскую власть, не смог пережить 90-е и нулевые годы. Частью интеллигенция была деморализована и развращена, частью маргинализирована, а оставшиеся в прямом смысле слова - вымерли.

За интеллигенцию себя выдают теперь те, кого мы любовно называем прогрессивной общественностью. Сами себя они именуют либералами.

А теперь послушайте, что писал Юрий Олеша про интеллигенцию: «У нас есть специальность - интеллигент. Тот человек, который сомневается, страдает, раздваивается, берет на себя вину, раскаивается и знает в точности, что такое подвиг...»

Здесь - внимание. Тот класс людей, что мнит себя сегодня интеллигенцией, и те, кого совместно считают интеллигенцией Т.Н. Толстая и Л.Е. Улицкая:

а). не сомневаются в своей правоте;

б). не страдают в том смысле, о котором говорил Олеша;

в). не раздваиваются, а последовательно отстаивают исключительно собственную правоту;

г). никогда не берут на себя вину;

д). никогда не раскаиваются - даже в тех вещах, в которых виноваты самым очевидным образом;

е). и, наконец, если представления о подвиге, скажем, Антона Павловича Чехова (будет война - поеду врачом на войну) не вступали в противоречия с представлениями о подвиге в народе, то нынешние представления о подвиге в среде «интеллигенции» в самом лучшем случае могут вызвать в народе удивление.

Путать либеральных интеллектуалов (и либеральных антиинтеллектуалов) с русским интеллигентом - очень серьезная и грубая ошибка.

У Татьяны Никитичны Толстой хороший вкус.

Если она подойдет к зеркалу и серьезно объявит: «Я русский интеллигент!» - она первая захохочет в своей замечательной манере. До слез нахохочется и потом будет долго приговаривать негромко, смахивая счастливую слезу: «...ох, ты, Господи... угораздит же такое сказать... ох...»

Действительно смешно.

(Теперь по очереди подводите к зеркалу всю либеральную рать и заставляйте громко произносить фразу: «Я русский интеллигент!» Всякий раз можно хохотать до колик. Удар может хватить от смеха. Даже не будем перечислять их фамилии, уже смешно.)