Дети посла Войкова

Неосоветисты, кажется, не поняли, как их жестоко подставили с идеей сохранения в Москве метро с названием «Войковская» в честь цареубийцы и как тактическая победа - запугали московские власти - превратилась в катастрофическое стратегическое поражение.

Одним махом рухнул весь дискурс отделения мух от котлет применительно к большевизму и советской власти.

Десятилетиями выстраивался миф о плохих коммунистах и хороших большевиках. О том, что большевики царя не свергали, его свергли подлые либералы, а большевики, напротив, собрали после них страну по кусочкам. О том, что да, были, конечно, коммунисты-космополиты типа Лейбы Троцкого и Иудушки Свердлова, но настоящие большевики были за русский народ и его развитие, а 1937 год был против таких вот космополитов, когда простые русские мужики и старая спецура объединились, чтобы перестрелять всех чекистов-инородцев и восстановить золотые погоны и Великую Империю.

Над созданием соответствующего дискурса в тех или иных вариантах потрудились Вадим Кожинов, Сергей Кара-Мурза, Игорь Фроянов и многие другие. В какой-то момент идея, что царя ударом в спину свергли подлые буржуи-либералы, страна рухнула в пропасть, а истинно народные большевики страну собрали, барам за царя отомстили, промышленность построили, германца побили, японцу отомстили, к звездам полетели, стала практически общепризнанной и, казалось, могла послужить основанием некоего нового русско-советского консенсуса.

Но у мифа было одно слабое место - Николая II и его семью зверски убили именно большевики. И чтобы как-то обойти данный факт, изобреталось, в свою очередь, множество легенд. Про товарища Сталина, клявшегося матери, что не повинен в царской крови. Про товарища Ленина, который сообщил членам Совнаркома о расстреле бывшего царя с изменившимся лицом.

В конечном счете все было свалено на Свердлова, за которым маячили Троцкий и мрачный банкир-сионист Шифф с Уолл-Стрита. Мол, сам, без разрешения Ленина и вопреки святому Сталину распорядился тайно каббалистически убить царя.

Так цареубийство было списано со счетов большевистского режима и перенесено в графу эксцессов масонско-иудейского заговора, сопровождавшего большевистскую революцию и исключавшего из своих рядов даже дедушку Ленина, не говоря уж о святом - в кавычках - Сталине.

Московская войковиада вприсядку перечеркнула все десятилетия строительства мифа. Выяснилось, что в сердцевине неосоветского мифа - не солнечный Юрий Гагарин, одну руку протянувший к звездам, а второй - восстанавливающий Триумфальную арку и Храм Христа Спасителя, не кровавый Сталин, который, стоя по пояс в русской крови, пьет за здоровье Великого Русского Народа и протягивает ему нововыделанную ядерную дубинку. В центре неосоветского культа - кровавый шестирукий Войков, пляшущий на трупах царских детей со склянкой кислоты, зажатой в каждой ладони. И не иначе возможно причаститься советскому духу, чтобы войти в «СССР 2.0», кроме как отпив кислоты из его склянок и плюнув ею на царственные трупы.

Если ты советский человек - ты причастен Войкову. Если ты не причастен Войкову - ты не советский человек. Если хочешь обойтись Гагариным и космонавтом Волковым (его имя рассматривается как один из вариантов для нового названия метро - «Волковская». - ред.), то нет, «активные граждане» собянинского разлива («Активный гражданин» - столичный сайт, где идет голосование о переименовании или не переименовании «Войковской». - ред.) запихают тебе Войкова в гланды.

Оказалось, что все годы необольшевики, говоря о «единстве нашей истории», о «необходимости преемственность царского, советского периода и современности», имели в виду именно неприкосновенность Войкова и необходимость принятия нами именно цареубийства как центра неосоветской картины мира, а Войкова - как эталонного революционера.

Я давно удивлялся, что позорное и одиозное имя цареубийцы десятилетиями остается на карте Москвы и точно какая-то невидимая рука защищает от всех попыток его стереть. Было даже время тяжелого когнитивного диссонанса, когда ты приезжаешь на «Войковскую», заходишь в храм, где стоит икона убитых им царственных мучеников, а потом опять вынужден ехать с «Войковской». Лишь бы избежать такой необходимости, я заставлял себя дойти до «Сокола».

Казалось нелепым, что столь мелкий винтик в большевистском механизме как Войков, который, скорее всего, ушел бы в тюрьму или под расстрел, если бы его не сразила пуля Коверды, может оказаться настолько несмываемым с Москвы пятном. Но оказалось, что не пятно, а клеймо. Клеймо рабства на русских.

Имя Войкова на карте нашей Москвы напоминает нам о том, что, с точки зрения верховодящих современным миром сил, у русских нет и быть не может никакой собственной государственности, никакой своей власти, никакого своего царя. А весь мир еще сто лет назад отлично понимал, что власть русского царя есть власть как таковая, власть по преимуществу, метафора самой идеи власти.

Но, оказалось, что можно взять и убить русского царя и долго катать по его палатам как на карусели местечковых ашкеназов, дремучих горцев, латышских, прости Господи, стрелков, украинцев с кукурузой, полчища авантюристов и самозванцев, каждый из которых на свой лад утверждал несуверенность России, лишившейся даже имени, отмененность царского звания.

Особенно смешно здесь выглядят путинисты, которые защищают Войкова во имя некоей стабильности. Станция «Войковская» как бы намекает на то, что кого угодно из тех, кто может быть сочтен русскими царем и великим властителем со сколь угодно заоблачным рейтингом, можно просто скинуть и шлепнуть в подвале, найдя очередных Войкова и Юровского.

Не нужно длинных пугающих трелей о судьбе Милошевича, судьбе Хусейна, судьбе Каддафи. Они - лишние апелляции к странам третьего мира. При чем тут племенной ливийский шейх, если государя величайшей империи залил кислотой в яме сын Лазаря? Достаточно сказать любому из наших зиц-председателей слово «Войков» - и они растворятся в воздухе со звуком тише хлопка одной ладонью. Не спасут ни суверенная демократия, ни рейтинг, ни удвоение ВВП, ни партнер Петя, ни друг Обама. «Войков!» Пссст! Ни шуб, ни домов, ни дач, ни счетов.

Разумеется, они не могут выковырять Войкова с карты Москвы, как нельзя смыть рабское клеймо. Но мы - не они. Единственным законным наследником последнего царя является русская нация. Весь тот ресурс государственности, которой собран был за столетия под рукой русских государей, русское самодержавие, целиком и нераздельно перешли в достояние русской нации, и только она вправе им воспользоваться.

Оказалось, что никакие договоренности с детьми посла Войкова себя не оправдывают. Ни Гагарин, ни Жуков, ни - на худой конец - солнечный Сталин евразийского бреда никогда не будет в центре их самосознания. Из-за декораций все равно вылезет Войков с кислотной склянкой.