Шоу преемников. Исламабад чётко зафиксировал связь между войнами на Ближнем Востоке и Украине

Заявления США и Ирана (о сперва принятых, а затем выброшенных в мусорку десяти пунктах персов, срыве переговоров, расширении числа американских пунктов до 15) были борьбой за повестку. Кто её продавит в свою пользу, тот уже получит половину победы.

Когда улёгся информационный шум после оглашения десяти пунктов Исламской Республики, стало ясно: баланс сил обеими сторонами считается нестабильным, и поэтому военные действия станут рычагом влияния на переговоры. Они остаются ширмой для ведения войны, поскольку соблазн дожать противника у каждой стороны - выше необходимости фиксировать статус-кво.

Тот факт, что в Пакистане ожидаются американо-иранские переговоры, которые от США возглавляет вице-президент Джей Ди Вэнс, а от Ирана - глава МИД Аббас Арагчи и спикер парламента Мохаммад-Багер Галибаф, говорит о многом.

Первое. Обеим сторонам требуется передышка, но главным остаётся требование сохранения лица. Потому что на шахматной доске ирано-американской партии фиксируется временная ничья, которую никто не признаёт. Её выдают за победу.

Второе. Иранская сторона хочет не допустить сговора главы своей переговорной группы с США и сформировала условия взаимного контроля. Два переговорщика с её стороны - не только требование консенсуса в команде ИРИ, но и шанс на доминирование внутри страны. В Иране идёт борьба за контроль в новой конфигурации власти, и Штаты её используют.

Третье. Иран понимает, что у делегации Вашингтона свои ловушки. Ди Вэнс хочет быть удачливее на мирном треке, крайне востребованном внутри Соединённых Штатов и в мире в целом. Успех позволит ему резко нарастить авторитет в гонке преемников Дональда Трампа в Республиканской партии с госсекретарём Марко Рубио, который временно ушёл в тень. 

Джей Ди Вэнсу очень нужен результат, и как следствие - у персов есть возможности давления на него. Хотя они, конечно, ограничены. Ди Вэнс выступает с позиции силы, но степень её мягкости для персов имеет решающее значение. Они тоже выступают с позиции силы. Поэтому стороны должны нащупать возможность оставаться, с одной стороны, сильными, с другой - великодушными без обвинений в чрезмерных уступках.

Ди Вэнсу предстоит играть на разногласиях внутри иранской команды. Персы понимают реалии и поэтому им нужно демонстрировать монолитность. Тут всё зависит от гибкости и терпения Ди Вэнса. Он рискует и одновременно получает шанс. 

Но то же самое - у персов. Им важно получить результат и одновременно не допустить усиления кого-то из своей группы. Осознавая, что впоследствии с главным переговорщиком или против него - в зависимости от позиции - США выстроят работу.

То есть нынешние переговоры - первый раунд дипломатической разведки. Обе стороны завысили требования и намерены торговаться, блефуя и давя друг на друга. У каждой из них свои слабости, которые создают нужду в договорённостях. Но их цена важнее. 

Тегеран намеренно вставил в свои десять пунктов невыполнимые требования. В обмен на смягчение формулировок он пытается выжать из США встречные уступки. Впрочем, Трамп, формулируя переговорную позицию, сделал то же самое.

Так или иначе, в Пакистане мы имеем шоу преемников. У них может что-то получиться или нет - в зависимости от вмешательства третьих сил. Если после первого раунда последует второй, Ди Вэнс уже достигнет определённого успеха. А успехом для персов станет недопущение срыва переговоров, потому что силовой потенциал сторон всё же несопоставим. Им предстоит решать дело хитростью, тогда как американцам - силой.

Для Дональда Трампа успех Джей Ди Вэнса был бы личным спасением. Он позволил бы ему разрушить антитрамповскую коалицию внутри США и за их пределами, создав возможности вернуться к Кубе и переговорам с Россией по Украине. 

Успех или провал Ди Вэнса покажет возможность возобновления переговоров на украинском треке. Но уже в новой реальности, и её главным признаком станет кратно возросшая конфликтность между Трампом и Европой.

Однако всё решит ситуация на поле боя. Летняя битва русской армии на краматорско-славянском направлении и в Запорожье в совокупности с мерами по усилению защиты тыла России остаются решающим фактором будущих дипломатических решений. Здесь связь событий в Иране и на Украине проявляется особенно чётко.