Скорость освобождения. Как в Воронеже наступило время Косберга

Чтобы вырваться из объятий притяжения, покинуть по завету Константина Циолковского Землю и оказаться пленником Солнечной системы, требуется развить скорость 11,2 км/с. 

Вторая космическая скорость, она же - параболическая, она же - скорость освобождения и убегания, была недостижима вплоть до 2 января 1959 года. 

Первые попытки разработки баллистических ракет для запуска в околоземное пространство, предприняли в 1927-м немецкие инженеры из Общества межпланетных путешествий. Им руководили будущие создатели «Фау-2» Вернер фон Браун и Вальтер Ридель.

В СССР системная работа в том же направлении началась 31 октября 1933 года - вслед за решением Совета труда и обороны об организации в составе Наркомата тяжёлого машиностроения Реактивного НИИ и письмом заместителя начальника вооружения РККА Николая Ефимова, которое он в 1932-м отправил в секретариат ЦК ВКП(б). 

Создание института курировал заместитель наркома по военным и морским делам Михаил Тухачевский. РНИИ объединил лучших ракетчиков, два передовых конструкторских коллектива. Его начальником был назначен руководитель ленинградской Газодинамической лаборатории Иван Клеймёнов, а его заместителем - руководитель московской Группы изучения реактивного движения Сергей Королёв. 

В письме Ефимова среди перспектив реактивного двигателя первым делом указывалось создание сверхдальнобойной артиллерии для стрельбы на сотни и даже тысячи километров снарядами в несколько тонн. А шестой, последний пункт читается как цитата из Константина Циолковского: «Ракетные аппараты для полётов в межпланетное пространство».

К 1935 году в РНИИ работало 580 человек. В 1937-м институт передали сначала в Наркомоборонпром, а затем в Наркомат боеприпасов. Он получил название НИИ-3, которое сохранял до февраля 1944 года. 

Успешному труду ракетостроителей помешал большой террор (1937-1939). Как враги народа были расстреляны директор НИИ-3 Иван Клеймёнов и его заместитель Георгий Лангемак. А будущие главные конструкторы Валентин Глушко и Сергей Королёв за якобы вредительскую деятельность получили во восемь лет лагерей.

После запроса депутата Верховного Совета СССР, военного лётчика и героя Советского Союза Михаила Громова и с подачи Лаврентия Берии «осуждённого С.П. Королёва как специалиста-авиационного конструктора, подавшего заявление с предложением об использовании», перевели в Особое техническое бюро при НКВД, так называемую шарашку. Только 27 июля 1944-го на основании письма Иосифу Сталину за подписью Берии Королёв и 34 его коллеги были освобождены со снятием судимости.

После войны 13 мая 1946 года Сталин завизировал постановление совета министров СССР «Вопросы реактивного вооружения». Оно предписывало создать специальный комитет по реактивной технике. Первоочередной задачей научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ на 1946-1948 годы определялось «воспроизведение с применением отечественных материалов ракет типа ФАУ-2 (дальнобойной управляемой ракеты) и Вассерфаль (зенитной управляемой ракеты)». 

Для изучения и работы по реактивному вооружению в Германию было решено послать специалистов различного профиля, а к концу 1946 года перевести КБ и немецких специалистов из Германии в СССР. Для них предусмотрели выделение 150 разборных финских и 40 рубленых восьмиквартирных домов. Параллельно в вузах организовали подготовку инженеров и научных работников по реактивной технике и переподготовку студентов старших курсов других специальностей. В совокупности - не менее 300 человек к концу 1946 года.

Пуск «Фау-2» (от нем. Vergeltungswaffe-2, оружие возмездия), первой в мире баллистической ракеты дальнего действия, состоялся в марте 1942-го, а первый боевой пуск по Великобритании - 8 сентября 1944 года. Ракета являлась одноступенчатой, имела жидкостный ракетный двигатель с дальностью полёта 320 км. Боевая часть вмещала до 800 кг тротила. 

После взятия Берлина американцы вывезли из немецкого ракетного центра в Тюрингии детали ракет и чертежи. Вернер фон Браун вместе с другими учёными перешёл на службу США. Как признавался генерал Хольгер Тофтой, ракета «Фау-2» сэкономила Вашингтону 50 млн долларов и пять лет исследовательских работ.

Уже в 1947 году была создана первая советская тяжёлая баллистическая ракета Р-1 с максимальной дальностью 270 км и мощностью заряда 785 кг. Ею стали вооружать новые ракетные соединения - инженерные бригады резерва верховного главнокомандования. В 1950-м на вооружение поступила Р-2 с максимальной дальностью 550 км. Её головная часть отделялась от корпуса после завершения активного участка полёта. И, наконец, в августе 1957 года ТАСС передало, что в СССР создана многоступенчатая межконтинентальная баллистическая ракета. 

Знаменитая семёрка - ракета Р-7 с пятью глушковскими ЖРД имела максимальную дальность 8-9,5 тыс. км. Она стала нашим главным ракетоносителем - шедевром конструкторской мысли команды Королёва.

Между тем началась космическая гонка. 26 июня 1955 года США объявили о своём намерении в 1957-1958-х построить и запустить спутник. 5 августа СССР сделал аналогичное заявление. Именно в тот день Никите Хрущёву и Николаю Булганину была подана докладная записка. Она начиналась фразой: «В связи с появившимися в американской печати сообщениями…» Далее шла констатация: «Современное состояние ракетной техники и её смежных областей позволяет в ближайшие годы создать искусственный спутник». 

Там же называлась цена вопроса - до 250 млн рублей без учёта стоимости Р-7. А уже 30 января 1956 года совет министров СССР выпустил постановление «О создании объекта Д», которое предусматривало разработку автоматического спутника массой от 1000 до 1400 кг, в том числе от 200 до 300 кг - под научное оборудование.

Но, чтобы опередить американцев, работу по Д отложили. Было решено создать упрощённую версию «ПС-1» (простейший спутник). Он представлял собой герметичный шар из сплава алюминия диаметром 58 см и весом 83,6 кг, оборудованный четырьмя антеннами, и 4 октября 1957 года его вывели на орбиту с космодрома Байконур. 

Он летал 92 дня. Около трёх недель радиостанции, которые располагались внутри, передавали в эфир радиосигнал, известный как «Бип! Бип!» Мощности передатчиков обеспечивали его уверенный приём широким кругом радиолюбителей.

Затем Хрущёв поручил осуществить запуск второго аппарата. И меньше чем за месяц Королёв его подготовил. 3 ноября 1957 года СССР вывел на орбиту второй спутник Земли массой до 508 кг. Кроме научной измерительной аппаратуры на борту в специальном отсеке размещалась Лайка.

Она погибла от перегрева. Целую неделю ТАСС передавало данные о самочувствии уже мёртвой собаки, после чего было сказано, что Лайку якобы усыпили. На самом деле у неё не было шансов. Второй спутник запускали к дате, 40-летию Октябрьской революции, в авральном режиме, и к тому времени аппарат не был разработан. 

Гибель собаки вызвала вал возмущений зарубежных защитников животных. Они присылали протесты в Кремль с предложением послать в космос вместо Лайки самого Хрущёва.

Американцы планировали запустить первый спутник 6 декабря 1957 года на мысе Канаверал, в торжественной обстановке и с прямой трансляцией. Однако ракета, едва поднявшись, рухнула на бок и взорвалась. В итоге «Исследователь-1» (от англ. explorer) удачно стартовал только 1 февраля 1958 года. 

На фоне фиаско в США начали громко ратовать за обновление образования. А Альберт Томас, конгрессмен-демократ от Техаса, глава подкомитета по ассигнованиям на оборону Палаты Представителей, заявил, что советский прогресс - самая грозная угроза, которую позволяет воображение. 

7 ноября 1957 года американский президент республиканец Дуайт Эйзенхауер в обращении к нации назвал советский спутник достижением колоссального значения и предупредил, что США рискуют потерять лидерство в технологической сфере.

Время Воронежа и Семёна (Шолома) Косберга, главного конструктора ОКБ-154 (КБХА), который в 1946-м вместе с коллективом переехал в наш город из Бердска, наступило в июле 1958 года. 

Установлено, что Королёв встретился с Косбергом 10 февраля 1958-го. В предварительных соображениях Сергея Королёва и начальника отдела проектирования искусственного спутника ОКБ-1 Михаила Тихонравова от 5 июля 1958 года ставилась задача «обеспечения нормальных условий существования человека на всех этапах космического полёта, включая его спуск и подъём с поверхности Земли и планет». Первый раздел в документе назывался: «Исследования на базе межконтинентальной ракеты Р-7 с третьей ступенью».

Королёв на тот момент исходил из несколько задач. Среди них - модернизация Р-7 с целью получения дальности полёта 12 тыс. км (Р-7А), превращение Р-7 из двух- в трёхступенчатую, проектирование тяжёлого спутника для фоторазведки (будущего «Востока»), покорение Луны, Марса и Венеры. 

Живым свидетелем обстоятельств получения заказа воронежским ОКБ-154 на разработку и изготовление двигателя третьей ступени был доктор технических наук, профессор, академик Российской академии космонавтики им. К.Э. Циолковского, крёстный отец футбольного клуба «Факел», почётный гражданин Байконура Виктор Скачилов. 

Будучи выпускником Московского авиационного института, он по приглашению самого Косберга начал работать в КБХА с апреля 1958-го.

- Мне довелось, - вспоминает он, - случайно побывать на историческом совещании у Королёва в начале 1959-го (Семён Ариевич взял с собой), на котором Сергей Павлович поставил задачу: за год сделать двигатель третьей ступени ракеты-носителя для вывода на орбиту корабля с человеком на борту.

Алексей Исаев, конструктор ЖРД различного назначения (возглавляемое им ОКБ-2 разработало тормозную двигательную установку для «Востока»), выразил мнение, что настолько сложную задачу решить нереально. 

Валентин Глушко, генеральный конструктор ОКБ-456, где были разработаны ракетные двигатели на боковые блоки (первая ступень) и центральный блок (вторая), промолчал, и тогда Косберг сказал: «А я как ученик Алексея Михайловича [Исаева] обещаю, что КБХА сделает двигатель в срок». 

Решение было принято. По приезду в Воронеж закипела работа. Днём приходилось трудиться за доской, во вторую, а иногда в третью смены - в механических и сборочном цехах.

А вот что написал в мемуарах Борис Черток, в 1957-1963 годах - заместитель главного конструктора ОКБ-1: 

«Для достижения Луны автоматическим аппаратом, начинённым аппаратурой, двух ступеней Р-7 уже не хватало. Третья, чисто космическая, была необходима для разгона посылаемого к Луне аппарата до второй космической скорости 11,2 км/с. Она была названа блок «Е». Требовался двигатель... 

Мишин (первый заместитель главного конструктора. - авт.), окрылённый успехами по созданию рулевых двигателей для Р-7 силами ОКБ-1 на нашем заводе, уговорил Королёва не обращаться за помощью к Глушко. Отдел нашего главного специалиста по двигателям Мельникова обладал неплохой стендовой базой и достаточным кадровым составом для разработки самого двигателя - камеры сгорания с высотным соплом. Но требовался турбонасосный агрегат, опыта создания которого у нас не было. Времени на обучение тоже не было.

Выручила авиационная промышленность. Я уже говорил, что она попала в немилость к Хрущёву. Высвобождались не только производственные мощности заводов, но и КБ искали интересную работу. Очень энергичный, инициативный и талантливый Семён Ариевич Косберг - главный конструктор Воронежского КБ опытных реактивных авиационных двигателей и агрегатов - предложил свои услуги Королёву. 

Невысокого роста, полный, но очень подвижный, быстро и выразительно жестикулировавший, всегда пребывавший в оптимистическом настроении Косберг, сын кузнеца, имевший типично еврейскую внешность, с первой же встречи понравился Королёву».

Воронежское ОКБ-154 справилось с поставленной перед ним задачей, по одним источникам, менее чем за семь месяцев, по другим - за девять. А 2 января 1959 года сработанный в Воронеже двигатель РД-0105 обеспечил автоматической межпланетной станции «Луна-1» достижение второй космической скорости. 

4 января «Луна-1» пролетела на расстоянии 5-6 тыс. км от лунной поверхности и стала спутником Солнца. 14 сентября РД-0105 вывел «Луну-2», которая доставила на Луну вымпел с изображением герба СССР. Он упал в кратер, который назовут именем Косберга.

4 октября 1959 года двигатель РД-0105 использовался в составе третьей ступени для вывода в космическое пространство станции «Луна-3», облетевшей естественный спутник Земли и сделавшей фотографии его обратной стороны.

Во время экскурсии на КБХА преемник Косберга Александр Конопатов рассказывал мне, что один французский винодел обещал вагон вина тому, кто первый сделает фотографию обратной стороны Луны. 

Когда и здесь мы обогнали американцев, вагон с вином действительно прибыл в Москву. И Конопатову удалось привезти в Воронеж несколько бутылок. 

Постановлением ЦК КПСС и совета министров СССР от 22 мая 1959 года был дан старт программе «Восток». А 3 марта 1960-го в Союзе появилась новая профессия - космонавт. В её названии соединили два греческих слова - kósmos (вселенная) и nautēs (мореплаватель).

На протяжении 1960 года было три беспилотных запуска корабля «Восток» с подопытными животными - крысами и двумя собаками, Белкой и Стрелкой. Из пяти полётов, предшествующих гагаринскому, три оказались неудачными. Однако последние два - успешными. 

9 марта 1961 года на орбиту слетали манекен в скафандре (Иван Иванович), собака Чернушка и другие подопытные животные. 25 марта успешно приземлился аппарат с собакой Звёздочкой, а манекен был катапультирован. 

К полёту человека подготовили шесть космонавтов. О том, что полетит именно он, старший лейтенант Юрий Гагарин узнал 9 апреля. Германа Титова было приказано готовить запасным. По моему наблюдению, многих современников - конструкторов и инженеров решение комиссии разочаровало. Они считали, что Титов больше заслуживал чести быть первым. 

Группкомсорг отдела, вырос в учительской семье, он был эрудитом. В нём отмечали исследовательскую жилку. Зачёты Титов сдавал с общим баллом 5, тогда как крестьянский сын Гагарин - 4,8.

Но, на мой взгляд, сомнения на первой встрече Гагарина с журналистами развеял американский корреспондент журнала об НЛО и паранормальных явлениях «Fate» Фрэнк Эдвардс. Он воскликнул: «Чёрт бы вас, русских, побрал! Я могу допустить, что вы точно рассчитали свой космический корабль и космическую ракету. Но как вы смогли точно рассчитать человека? Как рассчитали своего несравненного Колумба Вселенной?.. Красив. Умён. Мил. Обаятелен. Образован». 

Внеочередное воинское звание майор Юрию Гагарину присвоили перед самым полётом. Не после, а до. О своём новом звании он узнал только после посадки.

Окончание следует