Немецкое засилье при русской императрице Анне I - советский пропагандистский миф

Для русской историографии, особенно советского периода, характерно несколько штампов в определении периода царствования Анны I, племянницы Петра I, и их точно отразила заметка в Советском энциклопедическом словаре: «Бироновщина - реакционный режим в России 1730-1740 годов при императрице Анне Ивановне по имени Э.И. Бирона. Засилье иностранцев, разграбление богатств страны, всеобщая подозрительность, шпионаж, доносы, жестокое преследование недовольных».

Императрица Анна и иностранцы

Первым штампом является стереотип о том, что бироновщина - засилье иностранцев, преимущественно немцев, которые, по эффектному, но бессмысленному выражению В.О. Ключевского, «посыпались в Россию, как сор из дырявого мешка». 

Между тем хорошо известно, что немцы посыпались в Россию задолго до царствования Анны I и их количество никогда не угрожало национальному существованию русского народа. Пётр Великий широко открыл дверь иностранцам со всей Европы, поручая им ответственные посты, награждая за усердие чинами и орденами.

Особенного засилья иностранцев на службе в государственном аппарате и войсках не было. В 1729-м, накануне бироновщины, в русской армии насчитывался 71 генерал, в том числе 41 - иностранец, то есть почти 58%. В 1738 году иностранцев среди генералов было почти поровну с русскими - 31 и 30. 

К концу бироновщины резко уменьшилось число иностранных капитанов. Их заменили русские морские офицеры.

При императрице Анне I был отменён введённый Петром I указ о жалованье иностранцев, которое превышало жалованье русских вдвое. В результате повышения доходов русских офицеров документ потерял смысл.

Инициатором важной и справедливой меры был немец Бурхард Миних. Он же в 1732 году запретил брать на вакантные места в армии иностранцев, чтобы дать возможность вернуться в полки русским офицерам из армейской группировки, распущенной в Персии.

Из русской истории нельзя выкинуть блестящие имена великих учёных, художников, музыкантов, чьими трудами создавалась великая русская культура. Среди них в эпоху Анны I - академики Делиль, Эйлер, Бернулли, Байер, Гмелин, Крафт, архитекторы отец и сын Растрелли, Трезини, художники Валериани, Перезенотти, музыканты Ристоли, Арайя.

А разве возможно забыть, что немец Готлиб Байер основал первую русскую гимназию при Санкт-Петербургском университете, что француз Жан-Батист Ланде создал первую в России балетную школу, что датчанин Витус Беринг совершал выдающиеся плавания под русским флагом, а немец Герхард - Фёдор Миллер собирал сведения о русской истории и летописях?

Квалифицированных русских кадров на начало петровских реформ не имелось в наличии, и массово найти их в течении как минимум четверти века было просто негде.

Если перейти к придворной сфере, то мы действительно увидим, что на первых местах у трона закрепились иностранцы по происхождению - Бирон, Миних, братья Левенвольде, Остерман. Но кроме Эрнста Бирона они начали служить при Петре I, а отец братьев Левенвольде в их младенчество присягнул вместе с лифляндским дворянством на верность Петру и России.

Приближение иностранцев и преимущества, оказываемые новому Измайловскому полку, сформированному из однодворцев Малороссии и иностранных офицеров, объяснимы сложностью положения Анны I. После восшествия на престол, сопровождаемого заговорами в попытке ограничить императорскую власть, она не могла доверять природному российскому дворянству, подписывавшему проекты об урезанию её власти. Было бы странно, если бы Анна I поставила на первые места в государстве своих врагов - вчерашних верховников, членов так называемого Верховного тайного совета.

Нужно учитывать, что не каждый иностранец пользовался доверием при дворе и многие русские были сподвижниками Бирона - Павел Ягужинский, Артёмий Волынский, Андрей Ушаков, Алексей Черкасский, Гавриил Головкин.

«Несчастие быть немцем»

Второй стереотип сводится к тому, что при царском дворе якобы действовала некая немецкая партия, во главе которой стоял Эрнст Бирон.

Однако в те времена никакой германской общности не существовало: вестфалец Генрих - Андрей Остерман, ольденбуржец Бурхард Миних, лифляндцы Левенвольде и другие не были связаны как немцы. Их, как и русских приближённых Анны I, объединяло одно - ожесточённая борьба за власть, привилегии, пожалования, то есть то, что всегда было главным в жизни придворных.

Бирон и другие деятели эпохи, в том числе Миних и Остерман, отстраивали современную им Россию согласно планам Петра Великого. 

- Он имел несчастие быть немцем; на него свалили весь ужас царствования Анны, которое было в духе его времени и в нравах народа, - писал о Бироне великий русский поэт Александр Пушкин. - Впрочем, он имел великий ум и великие таланты.

Примечательно, что после смерти Анны Иоанновны Бирона арестовал лично фельдмаршал Миних, тоже немец на русской службе, проживший в России всю жизнь. Хорошо известно о вражде Эрнста Бирона с Андреем Остерманом. Так что никакой немецкой партии при дворе не было, а была вполне обычная вражда различных партий, в которых равно участвовали как русские, так и немцы.

Да, действительно, после Петра I на службе в России оказалось много немцев. Но причина их появления заключалась в том, что государство нуждалось в квалифицированных специалистах: военных, управленцах, инженерах, архитекторах, математиках, географах, художниках и т.д.

К тому же значительная часть немцев, о засилье которых в нашей стране переживают противники царского режима, была русифицирована в допетровские времена. То есть при Петре I служили те, кто приехал к нам при его отце - царе Алексее Михайловиче, и часто их дети, родившиеся уже в России.

А отечественные кадры готовились. Уже во второй половине XVIII века большую часть должностей при царском дворе, в армии, на государственной службе, в науке и промышленности занимали русские, и в дальнейшем их число только росло.