Новое крепостное право. Россия против обязательной вакцинации и куракодов

Новое крепостное право. Россия против обязательной вакцинации и куракодов
30 Ноября 2021

23-24 ноября аналитической группой телеграм-канала «Незыгарь» была проведена серия диагностических фокус-групп в Северо-Западном (город федерального значения), Поволжском (мегаполис, центр региона) и Центральном федеральном округах (один из городов областного значения). Участники исследования подбирались в соответствии с полом, возрастом и родом деятельности.

Целью исследования являлись диагностика текущего восприятия коронавируса и оценки качества антиковидной политики. Респондентам задавались вопросы об общей ситуации, связанной с распространением пандемии и вакцинированием населения, отношении к введению куракодов, возможных последствиях массового внедрения электронных сертификатов и ряд других.

Большинство участников волнуют социальные последствия распространения инфекции, о медицинских аспектах они думают в существенно меньшей степени. Люди рассуждают о результативности вакцин и мер по сдерживанию эпидемии, но, как правило, ссылаются на врачей или авторитетные для них источники.

Тем не менее оценки мер и вакцин вторичны по сравнению с опасениями того, что прежняя жизнь больше не вернется. То есть проблематика ковида как болезни и проблематика принимаемых мер по борьбе с ней четко разграничиваются - как не связанные друг с другом.

Качественное социологическое исследование показало, что у населения не сформировался четкий спектр информационных источников о распространении ковида. Люди активно используют как телевидение, так и Интернет, но степень доверия относительно низкая и к тому, и к другому.

Из тех источников информации, которым доверяют больше всего, подавляющее большинство называет неформальные источники (свое окружение, личный опыт, родственников, знакомых, связанных с медициной).

Многие респонденты дали понять, что получают информацию в результате межличностного общения с врачами. Ожидаемой оказалась тенденция, согласно которой молодежь больше ориентируется на Интернет, а люди старшего возраста - на телевидение.

Оценивая пандемию, респонденты часто уходят от размышления о вакцинации и введении куракодов, отмечая, что одним из главных итогов последних месяцев стали недостаточная организация работы по диагностике и лечению заболевания, а также общее снижение уровня медицинского обслуживания обычных больных.

Распространенным является суждение о том, что меры, принятые в начале эпидемии (весна 2020 года), были излишни, в то время как сейчас они недостаточны.

Такая позиция особенно характерна для жителей крупных городов.

Они же как заметную проблему отмечают низкий уровень санитарной гигиены самих граждан. В частности, несоблюдение масочного режима и мер предосторожности.

В то же время в мегаполисах люди отмечали, что уже привыкли к той эпидемиологической реальности, в которой они живут с весны 2020 года, в то время как в городе областного значения число тех, кто не адаптировался к новой ситуации, довольно велико.

Часть респондентов, в основном более старшего возраста, полагает, что статистика по заболеваемости коронавирусом в их регионе занижается.

Мнение респондентов относительно продолжительности ковидного кризиса разделилось. Некоторые участники, в основном люди старшего возраста, а также жители мегаполиса и большинство жителей города федерального значения, считают, что ковид, как любой другой вирус, останется навсегда и к нему необходимо адаптироваться. Среди молодежи, особенно в областном городе, присутствует надежда, что пандемия закончится в ближайшие год-два и ситуация нормализуется. Нормализация ситуации респондентам видится либо в прямой зависимости от решений властей, либо не видится совсем.

Большинство опрошенных граждан считает, что, несмотря на то что рассмотрение законопроектов об обязательных куракодах отложено до середины декабря, избежать их принятия не удастся.

Есть четкое понимание того, что в регионах сейчас происходит апробация механизма, хотя о конкретных региональных кейсах у респондентов очень поверхностные знания. В основном на слуху те случаи, которые попали в федеральную информационную повестку (куракодизация общественного транспорта в Казани).

Отношение к введению куракодов имеет прямую корреляцию с тем, вакцинирован человек или нет. Среди вакцинированных отношение к практике куракодов более лояльное, среди невакцинированных сторонников куракодизации почти нет. Но стоит иметь в виду, что зона коррекции позиции людей довольно велика и может изменяться по мере увеличения числа вакцинированных.

Часть респондентов считает, что введение куракодов, по сути, бессмысленно и не принесет никаких результатов.

Во всех фокус-группах звучали резкие оценки («новое крепостное право», «геноцид»), хотя они не были доминирующими. Скорее преобладает нейтрально-настороженное отношение.

Многие участники отметили, что практика введения куракодов приведет к росту коррупции. Причем значительная часть участников в мегаполисе заявила, что готовы приобрести сертификат за деньги. Моральной резистентности в обществе к проблеме нет: граждане терпимо относятся к теме.

В других городах доля таких респондентов меньше, но в целом покупка сертификата в случае введения обязательных куракодов не рассматривается большинством респондентов как отклоняющаяся от общепринятых норм форма поведения.

Большинство опрошенных считают, что если куракоды будут введены, то их уже никогда не отменят. Часть респондентов в городе областного значения отметили, что возможна отмена электронных сертификатов после завершения пандемии. Прослеживается тенденция, согласно которой женщины больше склонны верить в последующую отмену куракодов, мужчины настроены более скептически. Высказывалось мнение, что на принятие решения повлияет реакция общества.

В мегаполисах респонденты были убеждены в невозможности реально повлиять на позицию государства по вопросу введения куракодов. Но на всех фокус-группах высказывалось мнение, что может сказаться техническая неготовность обеспечить соблюдение ограничений, особенно в сельской местности.

В ходе всех фокус-групп респонденты выступали против принудительной вакцинации, в том числе те, кто уже вакцинировался.

Особое опасение опрошенных вызвала потенциальная возможность обязательной вакцинации детей. Никто из респондентов ее не поддержал, звучали резкие оценки и абсолютное неприятие соответствующего решения.

В ходе проведения фокус-групп выявлено, что у людей нет сомнений: ответственность не только за куракодизацию, но и за весь процесс борьбы с пандемией, включая вакцинирование населения и иные меры противодействия инфекции, несет российское правительство. Президента как субъекта, ответственного за введение куракодов, не назвал никто. Но именно глава государства рассматривается как субъект, который потенциально может остановить введение куракодов.

Другие властные институты аналогичным доверием не наделены, что говорит о восприятии президента как ключевой и едва ли не единственной субъектной фигуры в российской политике.

Симптоматично, что значительное число граждан считает, что пандемия - проект наднациональных сил, четко определить которые респонденты оказались не в состоянии. Теория заговора достаточно прочно присутствует в сознании людей старшего и среднего поколения, чуть меньше - в сознании молодежи. В качестве главной причины видятся экономические интересы определенных международных неинституционализированных структур.

Распространение конспирологических версий, прежде всего в настроениях жителей города регионального значения, можно считать характерным феноменом восприятия ковида российским социумом.

Точно определить природу настроений не представляется возможным, однако сам масштаб феномена является значительным и, возможно, косвенной реакций на ощущение несправедливости происходящего и отсутствие доверия официальным источникам информации.

Полученные данные позволяют говорить, что региональная власть лишь старается соответствовать принятой федеральным центром линии.

Те решения, которые принимаются на местах, не противоречат общей повестке, хотя и обладают региональной спецификой.

В целом отношение к власти на местах носит скептический характер, субъектностью она не наделяется. Деятельность региональных властей по борьбе с коронавирусом со стороны респондентов получила негативную оценку, усилия признаны недостаточными.

Люди не могут назвать сколько-нибудь значимые достижения региональных властей в борьбе с пандемией, оценивая их как имитацию бурной деятельности.

В мегаполисе и городе федерального значения отмечалось, что летом было проведено несколько международных мероприятий с большим числом иностранных гостей. Их организация расценена как провоцирование распространения коронавирусной инфекции и управленческая шизофрения. Именно непоследовательность многих решений в регионах (у федерального центра того же не отмечалось) и стало главной причиной скепсиса по отношению к власти на местах.

В ходе исследования фокус-групп проявились ряд ковидофобий, которые характерны преимущественно для лиц старшего и среднего возраста.

Оценивая образ возможного будущего, респонденты (в основном среднего возраста) порой дают резкие характеристики («новое крепостное право», «цифровой фашизм», «геноцид»).

Большинство подобных оценок, вероятно, являются следствием воздействия со стороны антиковидной пропаганды и имеют широкое хождение в среде противников вакцинации, главным образом в социальных сетях.

Сложившаяся ситуация свидетельствует о высоком потенциале социальной стигматизации, которая уже активно применятся в отношении как противников, так и сторонников вакцинации и введения куракодов. Но у большинства участников фокус-групп нет четкого понимания относительно того, как будет выглядеть мир в будущем в случае всеобщей куракодизации.

Мышление стереотипами и ярлыками преобладает над рациональным осознанием картины будущего.

Даже среди образованной части населения нет четкого представления о том, какое отношение куракоды могут иметь к установлению тотального контроля за людьми. Понятия «цифровизация» и «тотальный контроль» начинают восприниматься как близкие до степени смешения.

В мегаполисе настроение людей более протестное, чем в федеральном городе и городе областного значения.

Введение куракодов оценивалось жестко, но никто из респондентов не смог четко сформулировать возможное будущее в новых условиях, хотя в ходе всех фокус-групп респонденты согласились с тем, что наступает новая эпоха, связанная с цифровизацией.

Серьезных опасений о возможности разделения общества из-за введения куракодов не прозвучало.

Фобии носят неопределенный характер и больше апеллируют к возможному тотальному контролю над гражданами со стороны государства. Одновременно есть мнение, что вводимые ограничения могут быть формальными и не будут соблюдаться на низовом уровне, но общее восприятие образа будущего во всех группах скорее негативное.

Большинство респондентов в ходе фокус-групп убеждены, что куракодизация приведет к взрывному росту социального недовольства.

Мнения о характере акций недовольства отличаются только в оттенках. Но, ожидая и отчасти поддерживая недовольство, многие респонденты не верят в его результативность.

Причиной является общее скептическое отношение к возможности повлиять на власть посредством массового выступления граждан. В суждениях участников чувствуется убежденность в том, что политическая система способна подавить любые выступления.

Во всех фокус-группах отмечалось, что государство имеет опыт быстрого подавления акций протеста. Поэтому респонденты не видят разницы между политическим и социально-экономическим протестом.

Единственным заметным фактором, способным существенно радикализовать позиции населения, выступает насильственная вакцинация детей.

Абсолютное большинство выступает категорически против инициативы детской вакцинации, можно ожидать, что решение о ней, если оно состоится, спровоцирует более сильный протест, чем куракодизация взрослого населения. Неверие в успех протестных акций ведет к тому, что возрастает вероятность индивидуального (одиночные пикеты или отдельные акции неповиновения) и латентного протеста.

Последний может проявиться в игнорировании решений власти, в том числе на уровне низовых исполнителей.

Исследование показало, что отсутствие иностранной вакцины не является основным аргументом противников прививочной кампании.

Те, кто прошел вакцинацию, в большинстве одинаково доверяют отечественной и зарубежной вакцине. Одновременно невакцинировавшиеся в основном не доверяют ни одной вакцине - вне зависимости от места ее происхождения.

Вместе с тем высказывалось суждение, что иностранные вакцины могла бы повлиять на рост показателей вакцинации, так как у людей появилась бы возможность выбирать, но принципиального изменения ситуации респонденты не ждут.

Некоторые связывают доступ на российский рынок иностранных вакцин с признанием российских вакцин на Западе, что повысит туристический потенциал социума. Соответствующий запрос сегмент среднего класса и выше демонстрирует отчетливо.

Возможность использования иностранной вакцины в большей мере ожидают жители города федерального значения и мегаполиса, в несколько меньшей - областного города.

Симптоматично, что ни в одной из фокус-групп не прозвучало убеждение в том, что российская вакцина лучше иностранной.

В основном они рассматриваются как идентичные по своей пользе/бесполезности, существенно реже приоритет отдается иностранной вакцине.

В ходе всех фокус-групп респонденты неоднократно подчеркивали, что следует обратить внимание не только на вакцинацию, но и на другие меры поддержки больных, особенно в период реабилитации.

Подчеркивалось общее ухудшение качества медицинского обслуживания больных в связи с тем, что все усилия направлены на борьбу с ковидом, а на плановое лечение остальных больных не хватает ресурсов.

Таким образом, прослеживается недовольство граждан не столько конкретными эпидемиологическими мерами, сколько общим состоянием российской медицины.

Основные выводы по результатам проведения фокус-групп:

1. Ситуация с распространением Covid-19 оценивается как тяжелая. Участники фокус-групп считают, что реальное число заболевших и умерших может быть существенно больше, чем официально сообщается.

2. Респонденты в мегаполисе считают, что население в целом адаптировалось к новой реальности, связанной с пандемией. Но признают, что тяжелее всего людям старшего возраста. А фокус-группы в Северо-западном и Центральном федеральном округах показали, что здесь уровень адаптации граждан к новым условиям, связанным с распространением ковида, несколько ниже.

3. Все участники, включая тех, кто вакцинировался, выступают против обязательной вакцинации. Ряд оценок (в основном у лиц среднего возраста) носит очень резкий характер («новое крепостное право», «цифровой фашизм», «геноцид»), что свидетельствует о высоком потенциале социальной стигматизации.

4. Хотя в данный момент большинство респондентов высказались против внедрения куракодов, уровень отрицания во многом зависит от наличия/отсутствия прививки у опрошенного. Поэтому зона коррекции позиции людей довольно велика и может изменяться с течением времени, в частности, по мере увеличения числа вакцинированных.

5. Одновременно существует уверенность, что куракоды все равно внедрят. Среди женщин присутствует убеждение, что их введение будет временным, мужчины полагают, что их уже не отменят.

6. Респонденты убеждены, что стратегические решения о вакцинации и использовании куракодов принимаются на федеральном уровне (чаще всего апеллируют к правительству РФ). В мегаполисе сильны убеждения, что решения могут приниматься на межгосударственном уровне, но участники не смогли четко сформулировать субъекта. В качестве субъекта, который может остановить введение куракодов, упоминался только президент.

7. По мнению участников, региональные власти подстраиваются под федеральный центр при реализации антиковдных мер. Но действия властей на местах остаются непопулярными, оцениваются как имитация бурной деятельности. В городе федерального значения и мегаполисе недовольство вызывает проведение массовых мероприятий (летом).

8. Насильственное введение куракодов приведет к росту протестной активности. Но большинство респондентов полагает, что либо протест не станет массовым и будет быстро подавлен, либо окажется латентным и проявится в игнорировании решений власти, в том числе на уровне низовых исполнителей.

9. Информация о текущих акциях протеста до большинства населения не доходит. Значительная часть респондентов не слышала о введении куракодов для допуска в общественный транспорт в Казани. Об акциях протеста в других регионах обладает более низкой информированностью.

10. Иностранная вакцина, по мнению респондентов, может незначительно увеличить число вакцинированных, но не способна принципиально изменить ситуацию, связанную с доверием граждан к прививкам.

Третий вид лжи. Статистика по заболевшим и умершим от ковида во Франции и Италии в разы превосходила реальное число жертв

Автор(ы):  «Незыгарь»
Короткая ссылка на новость: http://4pera.com/~xMKab


Люди, раскачивайте лодку!!!




Срочно требуется 
программист-разработчик игр 

для создания браузерной
многопользовательской игры
под ключ с последующим
сопровождением.
Возраст, образование, опыт работы
и пол значения не имеют.
Резюме на:

   открыл, Электронная почта, конверт значок

 info@4pera.com