Заказные политические убийства во Франции

Европарламент лишил Марин Ле Пен, лидера Национального фронта Франции, депутатской неприкосновенности. Теперь Ле Пен могут привлечь к уголовной ответственности.

Политику инкриминируют незаконное финансирование ее президентской кампании путем трудоустройства партийных активистов в аппарат Европарламента. Речь идет о жалких в масштабах кампании по выборам главы Франции 340 тыс. евро. Но, по-видимому, не надеясь доказать, что 340 тысяч пошли именно на президентскую гонку, Ле Пен предъявляют претензии за три твита, написанных в 2015 году. За них Маме Франции светит три года за решеткой и 75 тыс. евро штрафа. А пока суд да дело, ее будут мучить вызовами на допросы.

Марин Ле Пен взорвалась. На заседании парламента она произнесла самую резкую и неучтивую речь, которая когда-либо звучала в его стенах. Привожу ее часть. Интересно было наблюдать, как недовольно поджимала губы фрау Ангела Меркель и как нервно улыбался сидящий рядом Франсуа Олланд.

«Спасибо, Меркель, что явилась вместе со своим вице-канцлером - администратором провинции Франция. Явились вы на сессию Европейского парламента по очень простой причине: ваш Европейский союз коллапсирует, пытаясь спастись от гибели путем шантажа, угроз и унижений... Кто-то, наверное, скажет, что я анти-Меркель? И такое сравнение - честь для меня! Мадам, я тебя не признаю! Немецкие интересы не оправдывают вассализацию остальной Европы, и я - голос другой, свободной Европы - европейцев, которые повернулись спиной к Европейскому союзу, потому что им нужны нации, а не ЕС. И я голос французов, Олланд, тех французов, кто повернулся к тебе спиной точно так же, как они отвергли Саркози, ибо они преданы Франции».

«Социалисты используют юстицию против противников», - отметил генсек Национального фронта, однопартиец Марин Ле Пен Николя Бэ.

Отметил вполне справедливо. И ничуть не преувеличил. Использование социалистами юстиции против политических противников - давно отработанная методика.

Чуть ранее, чем преследования Ле Пен, начались преследования Фийона. Популярнейший республиканец Франсуа Фийон выиграл республиканские праймериз, опередив на них такого, к примеру, могущественного противника, как бывший президент Франции Николя Саркози. О неминуемой схватке между Фийоном и Ле Пен во втором туре говорили как о несомненной будущей победе Фийона. Мало кто сомневался, что Фийон станет французским президентом.

И вдруг появились сведения, что жена Франсуа Фийона Пенелопа была оформлена помощником депутата Фийона, а когда Фийон стал министром, по-прежнему числилась помощницей, но сменившего мужа депутата. По французским законам депутат имеет право устраивать на работу в свой аппарат родственников. Однако Минюст Франции утверждает, что Пенелопа лишь числилась помощником депутата, жалованье получала, а вот на работе ее никто не видел.

Так - по аналогии с американским Уотергейтом - возник французский Пенелопгейт.

Во французском парламенте прошел обыск в рамках расследования дела жены Франсуа Фийона. Появилась информация, что Пенелопу арестовали, но в дальнейшем арест не подтвердился. Глава предвыборного штаба Фийона подал в отставку. За ним уволился его заместитель. То есть крысы бегут с тонущего корабля. До сих пор союзный Фийону центристский Союз демократов и независимых приостановил свое участие в его предвыборной кампании. Региональные штабы Фийона рассыпаются.

38% французов соглашаются, что дело против Франсуа Фийона - политическое убийство (так назвал его сам Фийон), но что они могут сделать? Могут только наблюдать и сочувствовать. Потому что три четверти французов уже против участия Фийона в выборах.

Я перечислил второе и третье политические убийства кандидатов в президенты во Франции. А теперь напомню первое, бывшее одновременно и братоубийством, поскольку политически убили брата-социалиста. Оно случилось шесть лет тому назад. Я имею в виду знаменитое дело Стросс-Кана.

Доминик Стросс-Кан 1949 года рождения - популярнейший экономист и французский политик. С 2007-го по 2011 год Стросс-Кан был директором-распорядителем Международного валютного фонда. Его прочили кандидатом от социалистов на президентских выборах 2012 года. Лучшего кандидата у партии не было.

И вдруг 14 мая 2011 года Доминик Стросс-Кан был задержан в Нью-Йорке по обвинению в изнасиловании чернокожей горничной в отеле Sofitel. И хотя вскоре его освободили, а впоследствии было доказано, что политика заманили в ловушку, чтобы уничтожить, Стросс-Кан вынужден был уйти в отставку как директор МВФ и затем отказаться от участия в выборах президента Франции. Главой государства стал его однопартиец Франсуа Олланд.

57% французов считают, что Доминика Стросс-Кана политически убили его же однопартийцы - социалисты, убрали с дороги.

Но кому легче от того, что французы все понимают? Стросс-Кан канул в историю, потеряв репутацию, должность, будущее и даже жену Анн Синклер: она с ним развелась.

Я вторично процитирую высказывание Николя Бэ, генсека Национального фронта: «Социалисты используют юстицию против противников».

Под давлением ярчайших, только что приведенных доказательств - событий, происходящих во Франции накануне выборов президента (первый тур - 23 апреля), - мы убедились, что Бэ прав.

Но для кого же расчищают путь столь необычными, решительными и грязными методами? Ведь должен же быть кто-то, кто извлечет электоральную выгоду из политических убийств Франсуа Фийона и Марин Ле Пен.

Ему 39 лет. Его зовут Эммануэль Макрон. Макрон имеет облик вечно улыбающегося юноши, он женат на своей школьной учительнице, которая старше его на 24 года. Он был членом Социалистической партии Франции несколько лет, работал министром экономики в правительстве социалистов и заместителем генерального секретаря Елисейского дворца.

По своим взглядам экс-министр экономики близок к главе государства.

Говорят, что президент, которому в мае предстоит сложить полномочия, хотел бы остаться в политике и занять пост председателя Евросоюза. И Франсуа Олланд рассчитывает на помощь своего протеже.

Как писал дедушка Иван Крылов, «А ларчик просто открывался». Ну а если так писал не дедушка Крылов, то вы меня простите.

Почему победа Фийона на выборах президента Франции лучше, чем победа Макрона