За нами должок

Двадцать лет прошло с начала военной операции НАТО против Союзной Республики Югославия. Бомбардировки тогда начались без санкции Совета Безопасности ООН. И что мы видим сейчас? Президент Сербии Александр Вучич предлагает простить обидчиков: «Сербия должна простить бомбардировки НАТО в 1999 году, хотя и не сможет их никогда забыть». Простить можно тех, кто просит прощения. Но Запад не раскаивается. Напротив, в годовщину трагедии в НАТО заявили, что бомбардировки Югославии были необходимыми и легитимными.

И все же страдания сербов не прошли даром. 24 марта 1999 года мир прошел точку перелома. До 24 числа для Запада все шло как по маслу: Советский блок и его основа - СССР - распались, Варшавский договор самоликвидировался, союзники были брошены Москвой на произвол судьбы и Запад мог забирать все, что пожелает, не встречая никакого сопротивления. Напротив, Россия даже подыгрывала Западу, сдавая все, что потребуется: дела, документы, агентуру, приговаривая устами министра Андрея Козырева, что, мол, «у России нет своих интересов, только общечеловеческие».

И вот в таких благодатных для Запада условиях, когда все и без всяких условий уходило им в руки по цене бутерброда, вдруг заупрямилась Югославия. Точнее - сербы в лице Слободана Милошевича, который в монотонном гуле одобрительных голосов неожиданно заявил: «А мы не желаем». Не желаем распадаться и сдаваться Западу, даже несмотря на помутнение рассудка в руководстве братской России.

То, что происходило в мире до ударов по Югославии, политический обозреватель международных отношений Чарльз Краутхаммер очень точно определил понятием однополярного момента. Однополярный мир уже виделся данностью и имел всецело всеобщую поддержку, по крайней мере никто явно и открыто не высказывался против. Мало того, с прекращением идеологического противостояния ввиду самоликвидации СССР остановилась история, как описывал соответствующий момент другой американский исследователь, Фрэнсис Фукуяма, в своей одноименной работе.

Машина глобализации, которая на тот момент казалась неизбежной, споткнулась о Югославию. Конец истории был отложен, и надо было еще немного повозиться. Бомбовые удары по Белграду со стороны НАТО - нервный срыв. Запад психанул и не сдержался, что сразу обнаружило эфемерность глобалистской неизбежности - однополярный момент завершился, а история не только вернулась, но и обернулась вспять, ворвавшись вместе с российскими десантниками в расположение аэропорта косовской Приштины. Сомнение в неизбежности глобализации, а на самом деле начало ее сворачивания - первый стратегический вывод, который сделало человечество 24 марта 1999 года.

Второй положительный эффект от варварских бомбардировок НАТО - разрушение мифа о благом Западе. В течение многих десятилетий после окончания Второй мировой войны Запад, США и НАТО рядились в овечьи шкуры, что эффектно изображала советская пропаганда, но что было отнесено к издержкам идеологического противостояния. Мир убеждался в том, что Запад - исключительно добро, демократия и права человека, а все зло, тоталитаризм, бесправие и насилие - Советский блок, империя зла, с разрушением которой зло и насилие исчезнут как явления.

На таком фоне, правда, США и союзники время от времени вторгались в независимые государства, особенно в Латинской Америке, но на их вторжение старались не обращать внимания в силу малой значимости - мол, что там дикари и индейцы где-то на окраине мира.

Югославия же, как назло, оказалась далеко не на окраине, а в самом что ни на есть центре Европы. Белград - типичный европейский город, такой же как Варшава, Бухарест, Будапешт или Прага с мостами, монументальными величественными соборами и памятниками истории. Нанеся первый удар по белградскому телецентру, а затем по родильному дому, по больницам, по мостам, по жилым кварталам без разбору, НАТО нанесло бомбовый удар по свободе слова, по правам человека, по демократии и мифу об империи добра в целом. В Югославии Запад разбомбил все свои химерические ценности, обнажив клыки напоказ.