Вызывающая предсказуемость

Владимиру Путину исполняется 65 лет. Когда-то в одной известной кинокартине советских лет шеф гестапо говорил русскому разведчику: «Вам исполнится семьдесят, и вы будете играть свою партию. Семьдесят - возраст расцвета для политика». Возраста своего расцвета президенту осталось ждать пять лет. Вроде бы небольшой срок, но если отмотать пять лет назад и вернуться в 2012-й, то можно подивиться, сколько всего произошло, и сделать вывод, сколько еще всего может произойти до 2022-го.

Тем не менее с 2000-го прошло уже 17 лет, и все прошедшие годы Путин находился у власти. Уже выросло новое поколение, которое и не помнит, как было без Путина, и именно они - главный фактор возможного колебания рейтинга первого лица, поскольку взрослая часть населения помнит, что до Путина было гораздо хуже. А те, кто говорит обратное, говорит для и от имени от силы 10%, как выражался один знакомый историк, хорошо устроившихся в хаосе.

Между тем следует признать, что постепенно в образованном сообществе, причем, что важно, в его патриотическом сегменте, появляются новые недовольные, которые вроде бы готовы согласиться с лидерством Путина, но не долголетием целого ряда чиновников пониже и тем более с отсутствием их ротации.

Мне часто приходится слышать от разных людей рассуждения о новом застое, отсутствии динамики, необходимости обновления.

Любопытен, однако, не стандартный набор претензий. Любопытно то, что они признают в качестве безусловного и неоспоримого достоинства нашего президента, которое - при всех претензиях к внутренней ситуации - делает его уникальной фигурой в русской истории. Главное основание уникальности - то, что он очень выгодно смотрится на фоне других мировых лидеров.

Вот тут все обвинения отступают перед непробиваемым аргументом: в мире нет таких лидеров, мир, во всяком случае Западный мир, стал скуден на политические таланты.

Ну не с неуравновешанным же Дональдом Трампом сравнивать российского президента, не со свежеиспеченным в политтехнологических лабораториях Эммануэлем Макроном, не с какой-то вечно приниженной по отношению к Вашингтону Ангелой Меркель. А если посмотреть пристальным взглядом на других вождей - что на популистов, что на глобалистов, то тоже нечем будет порадоваться. Аксакалы социалистической эпохи типа Нурсултана Назарбаева еще могут держать какую-то личностную конкуренцию, но рожденные эрой расширяющейся демократии Михаил Саакашвили и Петр Порошенко уже производят однозначно печальное впечатление. К сожалению, и революционный подъем Латинской Америки после внезапно угасшего Уго Чавеса не дал сопоставимых фигур. Был один Лула де Сильва. И где он теперь? Реджеп Эрдоган и Биньямин Нетаньяху, конечно, оба сильные лидеры, но от них исходит какое-то дух тайного коварства, который, конечно, приписывается и Путину, но никак реально с его имиджем не сочетается.

Лидеров современного мира можно разделить примерно на четыре группы. Первые три - слабые и предсказуемые, слабые и непредсказуемые, наконец, сильные и непредсказуемые. К первым относится большая часть руководителей европейских государств - мало кто из них отважится совершить какой-то резкий и неожиданный поступок на мировой арене, но, с другой стороны, понятно, что от каждого из них мало что зависит. Такие, как Николя Саркози, - исключение. Лидер второй группы - конечно, Ким Чен Ын, но к той же категории можно причислить и Эрдогана. В третью группу войдут не только Трамп, а, пожалуй, и все президенты Соединенных Штатов последних лет. В общем-то, каждый из них немного косил под никсоновского сумасшедшего, готового при случае стереть с лица Земли какую-нибудь страну-изгоя (кстати, куда исчез злополучный мем?). Конечно, в лице Трампа тип неуравновешанного гиганта с ядерной дубинкой нашел блестящее личностное воплощение, и боюсь, что нынешний обитатель Белого дома слишком вошел в роль параноика и выйти из нее ему будет непросто.

Группа сильных и предсказуемых лидеров по существу состоит из двух фигур - Владимира Путина и Си Цзиньпина. Про Си Цзиньпина никто, наверное, спорить не станет, но относительно российского лидера, возможно, многие будут указывать на Крым и события 2014 года в целом. Разумеется, отлично понимая, что не было у президента России в феврале-марте 2014-го другого варианта действий, кроме присоединения восставшего полуострова. То есть был - гораздо более агрессивный по отношению к Западу. Но Путин избрал - и прогнозируемо избрал - наименее авантюрный из двух возможных вариантов.

Все, кто ожидал в течение последних лет от Путина каких-то резких переломов во внешней политике, резко просчитались.

В 2003 году многие ждали, что Путин если не активно, то косвенно поддержит вторжение США в Ирак: пресса была просто переполнена статьями, как выгодно будет для России присоединение к антисаддамовской коалиции. Путин поступил взвешенно и предсказуемо: вместе с Францией и Германией осудил интервенцию по абсолютно надуманному предлогу. В 2011 году многие надеялись, что Путин промолчит по поводу интервенции в Ливию и не станет обозначать свою позицию по конфликту: расчет опять провалился, Путин выступил очень резко и внятно и опять оказался прав. Сегодня, когда Трамп то порывается окончательно разобраться с Северной Кореей, то разорвать ужасную иранскую сделку, лидер России кажется человеком, который всегда и во всех случаях поступит если не стопроцентно правильно, то разумно и осторожно.

Последний раз я видел президента России вживую два года назад на Валдайском форуме, там он полемизировал с бывшим послом США Джеком Мэтлоком, который в общем выступал неплохо и с некоторым основанием говорил, что Россия сама виновата и в распаде СССР, и в последующих своих бедах. Путин говорил, что даже если все и так, то США слишком воспользовались слабостью и наивностью России, искренне повершившей, что посткоммунистический мир - мир без победителей и побежденных. Потом в конце основного заседания я задал вопрос лично президенту, считает ли он, что категории «голубь» и «ястреб» не применимы к нему лично, имея в виду, что сочетание силы и предсказуемости всегда выходит за рамки двух категорий. В ответ я услышал, что Путин сам себя относит к стану голубей, но у голубей должны быть крепкие крылья.

На Валдайском форуме Путин всегда создавал у иностранных участников ощущение разума, спокойствия и предсказуемости, дефицит которого странным образом ощутим в современном мире.

Странное сознание, что наш лидер выигрывает на фоне других мировых лидеров, абсолютно уникально для путинской эпохи. Если не считать разнообразные тоталитаризмы и культы личности, то последний раз такое было в эпоху Александра Благословенного, главного победителя Наполеона и создателя Священного Союза. Но после того, как Александр I либо скончался, либо добровольно покинул трон и отправился в странствие, русские люди всегда были склонны принижать своих начальников на фоне начальников чужеземных. Сегодня ситуация поменялась: либо мир деградировал, либо Россия по какой-то причине взялась за ум. Таково, пожалуй, самое несомненное из всех наших достижений.