Шах иранский, судья израильский

Состоявшаяся на днях встреча премьера Израиля Биньямина Нетаньяху с Владимиром Путиным прошла тепло, но была, в сущности, посвящена одной теме. Лидер Израиля приехал жаловаться российскому президенту на Иран.

«Иран прикладывает огромные усилия для того, чтобы упрочить свое присутствие в Сирии, - сказал Нетаньяху. - Ситуация представляет угрозу для Израиля, Ближнего Востока и, я считаю, для всего мира. Иран находится на продвинутой стадии контроля и влияния на Ирак, Йемен, во многом на практике реально контролируется Ливан… Господин президент, мы все совместными усилиями побеждаем «Исламское государство», но отрицательная вещь в том, что там, где ИГ побеждается и исчезает, туда входит Иран. Мы ни на минуту не можем забыть, что Иран каждый день продолжает угрожать уничтожением государству Израиль. Вооружает террористические организации, поощряет и инициирует террор… Иран развивает ракеты».

Владимир Путин ответил на жалобы Нетаньяху миролюбиво и конструктивно, тем более что панегирик имперской мощи Ирана прозвучал скрытой похвалой успеху внешней политике России.

Одновременно речь Нетаньяху прозвучала настоящим панегириком новой имперской мощи Ирана.

И в самом деле, за последние годы исламской республике удалось создать грандиозную всевосточную империю, какой Иран перестал быть… после арабского завоевания.

Можно сказать, сбылась мечта свергнутого шаха, Иран превратился в один из влиятельнейших мировых центров. И огромную роль здесь играет российско-иранское стратегическое партнерство, курс на которое оставался неизменным всю путинскую эру.

Наши страны, взаимодействуя по широкому спектру вопросов, усиливают друг друга.

Хотя и вклад американцев в иранские успехи тоже не следует недооценивать, хотя и производился он по формуле «Что ни делает дурак». Именно американцы раскурочили Ирак и уничтожили собиравшую его диктатуру Саддама Хусейна, после чего большая часть страны, населенная шиитами, естественно, перешла под иранское покровительство. Именно американцы затеяли революционную трясучку, именуемую Арабской весной, после чего Иран, поддержавший своих в кровавых мясорубках в Сирии и Йемене, укрепился еще и там. Именно американцы, наконец, организовали дружный арабский демарш против Катара, в результате чего страна так же оказалась буквально прижата к Ирану.

Развязав холодную геополитическую войну с Россией, американцы буквально вытолкнули нас с Запада, заставив искать новых союзников. Иран оказался для России лучшим вариантом, поскольку ему не надо ничего нашего.

К тому же большинство мусульман нашей страны - сунниты, Иран даже не имеет возможности распространять у нас свою идеологию (как небезуспешно делает Саудовская Аравия). Если в наших отношениях с Китаем навсегда останется определенная двусмысленность, поскольку в чем-то мы друзья, а в чем-то - конкуренты, то с Ираном таких трений минимум. В результате именно в Иране придумали идею совместного освободительного похода против «Исламского государства» в Сирии, который многократно поднял геополитические ставки России. Владимиру Путину удалось по полной использовать ошибки американцев на Ближнем Востоке и создать там новую геополитическую конфигурацию.

На фоне иранских успехов дела у Израиля шли в последние годы, мягко говоря, не очень. Давно прошли те времена, когда Израиль защищал свою безопасность с молодой агрессивностью, играя не по правилам и служа примером для националистов всего мира в том, как нужно беззастенчиво защищать свои интересы. Отвага базировалась на уверенности в прочности американского тыла. И при Шлессинджере и Киссинджире, и при Рейгане и бушевских неоконах Израиль был уверен, что Штаты его не сдадут.

С приходом Барака Обамы ситуация начала меняться радикально - новая волна западного либерализма включает в себя наряду с феминизмом и ЛГБТ-ценностями напряженную арабо- и исламофилию. В окружении Обамы поддержка палестинцев и антиизраильские настроения были нормой. Собственно, Арабская весна и была задумана для того, чтобы вместо Израиля США могли опереться на Ближнем Востоке на новых демократических арабов, да вот незадача - никакой демократии не возникло, а возникло «Исламское государство». Впрочем, для Израиля тут был и известный плюс - впервые за десятилетия арабо-израильский конфликт вышел из фокуса ситуации на Ближнем Востоке. В последние годы о нем, говоря по совести, все просто позабыли из-за игиловской катастрофы и сирийской войны.

Наконец в США избран откровенно произраильски настроенный президент, дочь и зять которого однозначно воспринимаются как произраильские лоббисты.

Однако Дональд Трамп с самого начала настолько обложен враждебностью и настолько скован в действиях, что будет ли он полезен для еврейского государства - еще большой вопрос. Его враждебность к Ирану вкупе с внутриэлитным расколом в Штатах может скорее повредить Израилю, так как Трампа может хватить на то, чтобы спровоцировать конфликт, но не чтобы его выиграть. А значит, израильтяне останутся крайними. Кроме того, не забудем, что Европу тоже накрывают левацкие, проарабские и антиизраильские настроения, так что и тут поддержки не дождешься. Вспомним недавнюю общемировую истерию, когда Израиль попытался упрочить меры безопасности на Храмовой горе. Да еще и Турция, бывшая долгие десятилетия важным партнером Израиля, при Реджепе Эрдогане стремительно исламизируется.

На таком фоне, нравится то израильским элитам или нет, Россия оказывается для Израиля одним из важнейших партнеров, а, может быть, и ключом ко всей ситуации, если еврейское государство хочет выжить и сохранить влияние в новых условиях.

О том, что в Израиле все понимают, говорит та сравнительная бесконфликтность, с которой израильтяне отнеслись к появлению в Сирии российской военной группировки. Ситуация тем более важна для Израиля, что наше присутствие отчасти ограничивает присутствие Ирана.

Но Израиль не может не нервничать из-за того, что сирийская война неизменно усиливает одного из главных и наиболее грозных врагов Израиля - движение «Хезболла».

С одной стороны, пока война длится, «Хезболле», которая, по сути, играет роль надежной асадовской пехоты, есть чем заняться помимо обстрелов и налетов на территорию Израиля. С другой, если она кончится победой Башара Асада (а его победа уже практически не вызывает сомнений), то партия Аллаха вернется в Ливан в ореоле победителя и с громадным боевым опытом, который будет превосходить боевой опыт израильских солдат. Есть от чего занервничать.

На самом деле для Израиля выход есть. Во многом парадоксальный и прямо противоположный тому, о котором говорит Нетаньяху. Не усиливать враждебность с Ираном, а напротив - пойти с ним на диалог и компромисс, уйти от ситуации, когда израильски-иранское противостояние является осью ближневосточного конфликта.

Само израильско-иранское противостояние имеет не геополитические, а идеологические истоки. Иран и Израиль были ближайшими союзниками, пока аятоллы не свергли шаха. В геополитической логике дружба двух стран совершенно естественна и исторически запрограммирована еще с тех пор, как Кир Великий разрешил евреям вернуться в Палестину.

Враждебность проистекает из непримиримой идейной позиции, завещанной аятоллой Хомейни. Однако Иран 2017 года - отнюдь не Иран-1979. Современный Иран - страна, в большей степени ориентированная на прагматичную амбициозную политику, которая куда ближе к программе шаха, чем к фанатизму первых лет исламской революции. Сегодня Иран - скорее Персидская империя, нежели Халифат, и естественная идеологическая эволюция Ирана будет идти именно в соответствующую сторону. Иран сегодня уже не нуждается во враждебности к Израилю как в основе своей внешнеполитической картины мира. Поэтому на месте израильских властей я бы работал над сближением с Ираном, над преодолением взаимной иррациональной враждебности, тем более что есть отличный посредник в виде России.

Попытки же найти на Иран управу на современной политической карте бессмысленны.

Американцы попросту не в силах такого сделать, а Россия в таком не заинтересована, поскольку усиление Ирана еще долгое время будет автоматически означать и наше усиление. Но сам тот факт, что управу на Тегеран ищут даже не в Москве, а в Сочи - добрый знак. Свидетельство того, что внешняя политика Владимира Путина реально работает, как работает и метод искать доброжелательного диалога со всеми сторонами, не превращая никого в объект ритуальной ненависти. Роль России в мире становится уже настолько значительной, что без нее бессмысленно даже думать о решении противоречий, подобных ирано-израильским.