Интересная ситуация сложилась в стране вокруг выборов. И интерес, конечно, не в том, что 8 сентября первая проба единого дня голосования. Есть три связанных меж собой указания на уникальность момента.
Во-первых, она в том, что все политические силы в унисон заявляют: придите и проголосуйте. Гениально, да? Ха, как будто так последние двадцать лет и было, скажет информированный избиратель. Как будто - да. А в деталях - нет. С представителями правящего класса, которые ратуют за приход на избирательные участки, все ясно. Так им положено. Но ведь аналитики-эксперты в один голос заявляют, что низкая явка - залог победы кандидата от власти. И, тем не менее, и Сергей Собянин в Москве, и Алексей Гордеев в Воронеже, да вся властная вертикаль зовет народ на избирательные участки в унисон с оппозицией. Со стороны последней тоже, кажется, можно было рассчитывать на ритуальные заклинания: «Почему у нас отняли графу «против всех»?! Давайте игнорировать спектакль, в котором чуровцы посчитают голоса, как им надо».
Но из заметных в медиа фигур я наткнулся только на Эдуарда Лимонова, что призывает сидеть 8.09.2013 по домам и ковать революцию. «Власть в России не передавалась выборным путем никогда… В 1613 году ее хитростью присвоило семейство Романовых. В 1917-м ее силой взяли большевики, в 1991-м ядовитой хитростью и ценой убийства СССР вырвала себе буржуазия. Власть от группы Путина не перейдет в другие руки путем выборов. Не перейдет. Оставьте свои туповатые мечты», - ностальгирует Лимонов по декабрю 2011 года, когда, по его мнению, «был шанс взять власть силой».
Тут второе указание. Эффект декабря 2011 никуда не исчез. Просто затаился на время. Выборный сезон в постперестроечной России - как правило, только формальный повод для политических метаморфоз. Однако в ходе стабильно предсказуемых «нулевых» в метаморфозы перестали верить даже те стойкие мечтатели, что восторженно аплодировали медведевской модернизации, заявленной под слоганом «Россия, вперед!». В людях тогда поселилось четкое представление о российской политике, как о стоячем болоте. Однако в 2011 году его похоронило оживление, которое стало не только неожиданным, но и радостным (для тех, по крайней мере, кто не на контракте с властью).
Любопытно, что протестный всплеск получил вскоре имя «Болотной площади». В новейшей политической истории вообще значимы водные символы. Двадцать лет назад всплеск интереса к политике приходился на Озеро. Лебединое. А между Озером и Болотным был период, что ознаменовался емкой фразой «мочить в сортире».
Но и при всплесках оставались актуальны три вечных вопроса русских выборов: «как считают?», «сколько вбрасывают?» и «а судьи кто?». Впрочем, их перебивала сильная эмоциональная реакция.
Потом Владимир Путин многих охладил. В марте убедительно взял и выиграл. Как обычно, в привычном для него стиле. Президентские выборы 4 марта 2012 года не стали закреплением тренда перемен, вызванных парламентской неожиданностью. Сейчас не будем долго говорить о причинах неудачи «революционеров». О том, что требовалось строить коалиции (а не Координационный совет оппозиции), ходить чаще в народ (а не играть в Pussy Riot), завоевывать симпатии в массах (а не среди геев и правозащитников). Все и так было предрешено для той оппозиции, что народилась.
Ведь она явилась произвольной, но сильной реакцией на событие. И характерно, что на сегодня из всего кагала застрельщиков митингов главным (а может, и единственным) лидером оппозиции стал Навальный. Он ведь типичный «реагирующий».
«Есть ли какие-нибудь убеждения у Навального по итогам Йеля, «Русских маршей», ЖЖ-расследований и дела «Кировлеса»? Если он здоровый человек, а таким он кажется, - замечает по поводу него внимательный обозреватель Леонид Бершидский. - Думаю, что нет. Есть просто реакции обычного сильного мужика на яркие внешние раздражители».
Реакции на происходящее другого «сильного мужика», Путина, - третье указание, что ловят (с разными чувствами) участники и наблюдатели процесса. Есть ощущение, что зреют события, сопоставимые с тем, что были во времена лебединых озер. В частности, выборы (не результаты, а их событийный контекст) стали действительно напоминать барометр, показывающий атмосферное давление в обществе.
В противовес тому, что описан у Джерома К. Джерома и стремился показывать только «великую сушь». Тот не балующий разнообразием барометр работал в тучные годы народного кредита власти. Декабрьские выборы 2011 года, как говорилось выше, ничего существенного в политических реакциях первого лица не изменили. Однако аналитики отмечают поступки, которые президент явно не стал бы совершать в первые два «сухих» срока. Например, Путин не стал бы проводить реформу Российской академии наук, как она делается сейчас. И не пошел бы на публичное объявление о разводе с супругой. Его поступки более однозначны (они, да еще недавний котик на виде сзади, нарисованный в школе, вызвали наибольшие эмоции), чем чисто политические шаги.
К примеру, не ясно, сверху или снизу у нас идет «Перестройка-2»? Владимир Путин попеременно подает сигналы и тем, и другим. С марта 2012 года в политике был отлив. Сейчас, пока вся вертикаль борется с большой Амурской водой (что уже символично), не исключен прилив. Новый, политический. Короче, - все на выборы!
Виктор Лиходзиевский, «Время Воронежа»
Между тем. А вот свежее мнение по поводу того, стоит ли идти 8 сентября на выборы, от писателя и публициста Эдуарда Лимонова, чтобы было, как говорится, с чем сравнить:
«Матвей Ганапольский на «Эхе Москвы», как заправский политрук, агитирует идти на выборы мэра столицы. Вот думаю, что с ними всеми, с либералами произошло.
Ведь выборы несвободные, из 38 заявивших о себе кандидатов власть помогла пройти муниципальный фильтр четверым (Собянин и Мельников собрали подписи депутатов сами). Осуществила селекцию, выбрала тех, кто выгоден ей.
Либералы счастливы, что их кандидату Навальному власть дала 55 подписей от «Единой России».
На всех остальных либералам положить от души.
Отмели 32 кандидата, ну и х... с ними! Если наш Навальный прошел, - значит, демократия!
Ну ваша философия, господа либералы, нам знакома.
Руководствуясь той же философией политического эгоизма, вот уже двадцать лет бесстыдно участвуют во всех выборах и избираются в Госдуму ЛДПР и КПРФ.
Ну и чего, Матвей Юрьевич?
Душой кривите, вот что...
Пошел Навальный под покровительство власти? Пошел.
Что называется, под ее жесткую охранительную длань.
Имеет право Путин презирать Навального за то, что пошел под покровительство власти? Имеет и презирает. А вы выборы проповедуете. Нечестно. И нечисто».
