Курильская сделка может быть выгодной России

 

Японские издания сообщили, что премьер-министр Японии Синдзо Абэ запретит размещение американских военных баз на Курильских островах после их возвращения Японии в случае подписания мирного соглашения с Россией.

Их сообщение примечательно тем, что демонстрирует гибкость японского премьера, желающего войти в историю страны в качестве государственного деятеля, вернувшего ей потерянные в ходе Второй мировой войны северные территории. Причем территориальный момент для японцев куда важнее факта подписания мира с Россией.

По поводу мирного договора Абэ разговаривал с Владимиром Путиным в ходе недавнего саммита Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) в Сингапуре и, очевидно, снова будет общаться с российским президентом на заседании G20 в Аргентине 30 ноября. Японский премьер чувствует уверенность после недавнего переизбрания главой Либерально-демократической партии Японии и намерен украсить свое премьерство соглашением, которое готов преподнести в стране как крупнейший после 1945 года внешнеполитический триумф.

Казалось бы, исходя из приоритета национальной чести, Россия не может соглашаться на передачу Японии Курил даже в усеченном виде - в данном случае имеются в виду Шикотан и гряда Хабомаи, которые Советский Союз, согласно проекту мирного договора, в 1956 году был готов вернуть Японии. Руководителей государства, разбазаривавших родину, в России, как, впрочем, и в любой другой стране, никогда не уважали и не любили. Однако существует вариант соглашения, при котором с большой долей вероятности и волки будут сыты, и овцы целы.

Суть в том, что Абэ хочет во что бы то ни стало заключить договор и вернуть конкретно Шикотан и Хабомаи. На возвращение Итурупа и Кунашира особых надежд в Токио нет, к тому же именно педалирование желания заполучить два более крупных острова стало причиной срыва заключения почти готового мирного договора с СССР в 1950-е годы. Тот факт, что Абэ, невзирая на горячие призывы внесистемных японских националистов, готов ограничиваться лишь частью Южных Курил, представляет для России возможность выдвигать свои условия договора.

И здесь хотелось бы остановиться на вопросе, насколько России вообще нужен договор с Японией. Бесспорно, в мире с японцами, как и было раньше, можно жить и без него. Но сама по себе ситуация является прекрасным тестом для российских элит на геополитическую дальновидность. Россия в условиях изоляции со стороны западных стран вполне способна открыть вторые дипломатические двери - на Востоке, где открываются широкие торговые и экономические возможности. Нам вполне по силам поспособствовать выводу Японии из-под политического и военного протектората США, лишив японское общество причин видеть врага на северо-западе.

И тут не просто азиатский демарш в ответ на западные санкции, а геополитическая необходимость в сборке альтернативных Западу цивилизационных сил, которых объединяет стремление защищать свой национальный суверенитет. Отмечу, что помимо Японии подобная возможность для России открывается и в отношении Индии и Бразилии. Перейдем, однако, к требованиям, которые Россия может предъявить Японии в обмен на мирный договор и возвращение Шикотана и Хабомаи.

Несомненно, запрет на военные базы США на Курилах является даже не минимумом, а банальным стартовым пунктом. Впрочем, требовать от японцев изгнания американских военных и денонсации Сан-Францисского договора тоже не имеет смысла, хотя пустить как пробный шар в российскую и иностранную прессу соответствующее требование стоило бы - чтобы посмотреть на реакцию как самих японцев, так и американцев. Очень неплохо было бы выяснить истинное отношение большинства в Японии на условия соглашений, которые не иначе как унизительными и кабальными не назовешь.

Предметом договора могла бы стать ближайшая авиационная база США на севере Хонсю в Масаве (на Хоккайдо нет американских баз). В целом демилитаризация Южных Курил могла бы стать условием взаимного договора.

Признание Крыма частью России тоже можно было бы использовать как попытку прощупать японские настроения. Мол, мы признаем вашими часть Курил, а вы - Крым. На данный момент таков чуть более реалистичный ход, нежели выведение американских баз с архипелага, к тому же пополнение списка из шести стран-аутсайдеров, признавших Крым (Афганистан, Венесуэла, Куба, Никарагуа, КНДР и Сирия), высокоразвитой Японией произвело бы информационный и дипломатический фурор не только на Западе, но и во всем мире. Но и признание Крыма пока выглядит малоприемлемой идеей.

Менее статусная, но более плодотворная по значению вещь - предложить Японии снижение тарифов на некоторые группы российских товаров и приоритетное право на рыбную ловлю и торговое судоходство в регионе. Заодно можно выступить с инициативой по формированию совместных военно-технологических концернов: здесь японский спрос и российское предложение идут навстречу друг другу. Возможны договоры в топливном секторе. Тем самым Россия создаст страховку на случай снижения заинтересованности в отечественных нефти и газе в менее дружелюбных европейских странах.

Условия договора для России должны соответствовать двум обязательным требованиям: они не должны ставить под удар национальную безопасность и не должны выглядеть капитуляцией. Также очевидно, что богатый редкими ресурсами Итуруп не может выступать предметом договора в любом его виде. Но торги вокруг Шикотана и Хабомаи с сопутствующей информационной кампанией даже в случае, если стороны не сумеют договориться, преподнесут России бесценный опыт, на который мы сможем опереться в дальнейшем.