В новое и новейшее время узурпаторские режимы легитимизируются не столько квазиправовыми процедурами (референдумы, династические браки и т.д.) - они спорны и никого не убеждают, сколько историческими задачами, которые решают или не решают. И делегитимизируются из-за того же. И Якобинский режим, и Наполеон и укрепились, и пали от того, что они делали, - а не из-за каких-то правовых оснований или их отсутствия. К большевикам все относились серьезно, пока социалистический эксперимент казался важным для всего человечества и пока мировая революция казалась может быть нежелательным и ненавистным, но реальным направлением движения. Когда же все прояснилось, коммунизм стал казаться бесмысленной растратой сил и времени.
У Владимира Путина в первые четыре-пять лет были очевидные исторические задачи, которые он решал. Путин восстанавливал управляемость государства, уменьшал влияние крупного бизнеса на политическую систему, ликвидировал налоговые льготы, снижал налоги, централизовывал системы управления. Согласно американскому социологу и политологу Чарльзу Тилли, своими мерами Владимир Владимирович даже готовил некоторые предпосылки демократии, поскольку демократия не бывает в слабом государстве, где есть центры силы, неподконтрольные правительству. В рамках тех изменений, которые инициировал Владимир Путин, даже процесс Михаила Ходорковского был в некотором смысле оправдан, поскольку речь шла о преодолении политической силы крупного бизнеса. Но повестка дня нулевых годов была исчерпана, и ничего не пришло ей на смену.
Самое смешное - я бы даже сказал, беспрецедентно смешное и беспрецедентно странное, - что благодаря декоративному президентству Дмитрия Медведева мы увидели, каким примерно должно было бы быть правильное политическое развитие России, легитимизируемое с точки зрения исторических задач. Нужно было сделать так, чтобы Путин, выполнив свою историческую миссию, ушел бы, и на его место пришел президент, который бы стал заботиться о модернизации, институтах, гражданском обществе и т.д. То есть на уровне риторики Медведев почти исчерпывающе озвучил ту повестку дня, которой действительно надо было бы заниматься. Но Дмитрий Медведев ушел, почти ничего не сделав, а на его место пришло нечто, у которого вообще нет идей, программы и повестки, кроме задачи сохранения личной власти. Высшим выражением исторической беззадачности стало то, что иногда власть Владимира Путина пытаются легитимизировать сказками о том, что он якобы устал и хочет уходить. То есть Путин в душе - истинный Сулла.
Константин Фрумкин, журналист, философ, культуролог
Фейсбук Константина Фрумкина
