Северный ветер Новороссию не бросит

Александр Жучковский и Борис Рожин о ситуации в ополчении.

- На днях доставили партию снаряжения в батальон «Викинги» в Раздольном. Пообщались с командирами и бойцами, посмотрели работу подразделений. Очень хорошие впечатления. Командиром батальона с недавнего времени поставлен Боцман, бывший командир третьей роты, известный тем, кто следит за фронтовыми сводками из Новороссии. За полтора года войны, начиная с обороны Славянска, Боцман зарекомендовал себя как отличный боец, грамотный командир и управленец, умеющий взаимодействовать и с личным составом, и с кураторами.

На южных участках фронта Донецкой народной республики проходят серьезные перестановки - как в командовании, так и среди северян. Конечно, по-прежнему присутствуют тяжелая бюрократия и уставщина, рутинизация процесса армейского строительства, что иногда раздражает стариков (добровольцев, участвующих в войне с самого начала). Но, учитывая интенсивные учения, улучшенное снабжение (по крайней мере продуктами и ГСМ) и перестановки, ополченцы готовы мириться с неизбежной рутиной (хотя многие и отсеиваются через дисциплинарные меры).

Говорю в первую очередь о зоне ответственности Боцмана, где я часто бываю и вижу, как меняется обстановка. Есть и другие удачные участки фронта с толковыми командирами. Но нельзя закрывать глаза на бедственное положение других подразделений (их гораздо больше), которые курируют безграмотные и безответственные люди, где процветает пьянство и полно мертвых душ (номинальных военнослужащих, получающих зарплаты, или ополченцев, существующих только на бумаге, а на них приходят зарплаты, присваиваемые нечистоплотными командирами). Впрочем, негатива об ополчении и положении дел в ДНР в сети и так полно, поэтому нужно говорить и о положительных тенденциях.

«Викинги» зарекомендовали себя как боеспособное подразделение идейных и дисциплинированных добровольцев (костяк составляют герои обороны Славянска), в том числе из России. В данный момент под командованием Боцмана батальон избавляется от остатков неблагонадежных элементов (уволено около 20 человек), совершенствует систему связи, отрабатывает тактику противодействия ВСУ во взаимодействии с бронетехникой и артиллерией разных типов и калибров. В общем, там активно готовятся к прогнозируемым текущей зимой боевым действиям.

Конечно, ситуация в батальоне далека от идеальной, снабжение по-прежнему общевойсковое (нет необходимого снаряжения, средств навигации и так далее). Но радует, что положительные сдвиги в армейском строительстве на некоторых участках фронта все-таки происходят. Я давно сделал вывод, что состояние и боеспособность подразделений зависят не от общего военного командования (на уровне армейского корпуса и тем более Москвы), а профессионализма и сознательности местных командиров и работающих с ними российских специалистов. Батальон «Викинги» - пример именно таких командиров. Нашим военным на других участках стоило бы обратить внимание на его опыт и начать действовать в том же направлении. Когда я смотрю на подразделения в очень плачевном состоянии, отсутствие снабжения и зарплат, воровство на разных уровнях, устранение популярных командиров ополчения, политические и коммерческие разборки в ДНР и так далее, то иногда начинаю сомневаться в перспективах русского дела. Напротив, когда я вижу ответственных боевых командиров и боеспособные слаженные подразделения (которые поддерживаются вооружением, боеприпасами и ГСМ), я уверен, что никакого слива Донбасса нет и дело в том, какие именно люди командуют и курируют на конкретных участках.

Какой общий вывод можно сделать? При несогласии с текущим курсом ЛДНР (и Москвы соответственно) при критике происходящего в республиках не следует поддаваться критическому психозу, когда все плохо и все пропало. Следует лучше и глубже изучать ситуацию, понимая, что очень часто проблемы происходят не столько из-за решений в Донецке или Москве (хотя ответственность центра очевидна), сколько из-за столкновения интересов и типа взаимоотношений огромного количества людей на местах. Также следует помнить, что мы несем определенную политическую ответственность за свои слова. Во многом от нас зависит боеспособность и моральный дух ополчения, его поддержка российским обществом и российской армией. Можно подвергнуть все происходящее тотальной критике, испортить со всеми отношения, убедить себя и окружающих в полном сливе Новороссии, хлопнуть дверью и уйти. А можно адекватно оценить ситуацию, понять, в какой реальности мы живем и использовать имеющиеся возможности и ресурсы для того, чтобы потихоньку менять ситуацию и ожидать, когда откроется окно возможностей для действий в полную силу (и в военном, и в политическом отношении). Проще говоря, выбор остается всегда один - продолжать борьбу в существующих условиях или сдаться. Я вижу в ополчении тысячи людей, которые сдаваться не собираются - ни внутренним обстоятельствам, ни противнику.

Александр Жучковский, Национально-демократическая партия

- Пообщался со знакомым, вернувшимся на побывку из Новороссии. Его подразделение стоит на фронте под Донецком. В 2014 году он был добровольцем, в 2015-м стоит на довольствии в местной армии. Большая часть личного состава местные - ветеранов кампании-2014 практически нет, основная масса пришла осенью 2014-го - весной 2015 года по добровольной мобилизации и на волне эйфории после побед в Донецком аэропорту и у Дебальцево. Касательно животрепещущего вопроса, а не побегут ли при недостатке идейности, то, как он говорит, костяк у подразделения есть, люди в любом случае будут драться, хотя за всех такого сказать не может. Армия в ДНР - все-таки дело добровольное, и некоторые идут туда заработать, пока фронт имеет позиционный характер, а потери достаточно умеренные. Как поведут себя ополченцы в условиях масштабной мясорубки, хрен знает. Но у хунты то же самое. Есть обстрелянные части, о которых среди бойцов достаточно высокое мнение, а есть шлакоблок, который кроме как охранять тыловые районы и держать второстепенные участки фронта ни на что не способен. Напрягает, что укры у себя чего-то мутят, постоянно летают беспилотники, за передком противника регулярно слышно, как передвигается техника.

Обстрелы на участке моего знакомого идут не очень интенсивно - в основном стрелковка, иногда минометы и АГС, с конца октября двухсотых не было. Артиллерия применяется очень редко. Приказ «Не поддаваться на провокации» есть, но за его выполнением особо пристально следят только тогда, когда разные ОБСЕшники или другие пиндосы лазят, а так порой на стрелковые междусобойчики просто закрывают глаза. Строгость приказа подменяется необязательностью его выполнения. У киевской хунты все аналогично, что на фронте называют перемириваться. Еще запрещают фотографировать позиции, выкладывать фото расположения частей в Интернете и вообще трепать о подразделении с привязкой к местности. Цензура, так сказать, бдит, а враг, как говорится, не дремлет.

Моральное состояние, как он сказал, удовлетворительное - более прочего бойцов напрягает неопределенность с наступлением и перспективами ДНР. Политинформации недостаточно. Насчет минских соглашений в ополчении смеются, ждут, когда укроп полезет. Относительно северных ветров в случае чего у ребят стойкая уверенность, что бросить их не могут, мол, не для того весь огород городили. Люди в большинстве своем хотят в Россию, чтобы ДНР туда взяли, как и Крым, но сейчас уже все больше понимают, что в ближайшее время не получится, а на Украину ходу нет, поэтому люди в целом смирились с тем, что будет нечто свое - независимое и непризнанное. Что касается главы ДНР Александра Захарченко, то отношение к нему такое: «Мужик он лично смелый, но ничего не решает». Спикера парламента Дениса Пушилина кличут МММщиком - ну и отношение к нему соответственное. Игоря Ивановича Стрелкова в ополчении вспоминают добрым словом, но уже с ясным пониманием, что на Донбасс он не вернется. Спросил насчет убийства легендарного атамана Павла Дремова. Мой знакомый сам свечку, как говорится, не держал, но лично думает, что к убийству причастен либо кто-то из шишек в ЛНР, либо кто-то из местных, в подразделении говорят, что Пашу-вертолета завалили бандосы. Атаман Дремов срывал им какой-то бизнес.

Обувь и форма есть, а вот с дорогостоящими обвесами вроде тепловизоров, приборов ночного видения, целеуказателей, как обычно, напряженно. Кормят неплохо. Есть некоторый напряг с медикаментами. По боеприпасам - все ок. Касательно противотанковой обороны, то многое зависит от того, как скоро в случае чего из тыловых районов сосредоточения подтянется отведенная бронетехника. Под «в случае чего» в ополчении понимают попытки хунты резко двинутся вперед.

Криминала в прифронтовой полосе за последние месяцы стало значительно меньше, но по-прежнему идет борьба с пьянством. Люди скучают и пьют, даже несмотря на запреты. Недавно отловили одного товарища, который под мухой стоял в охранении, докладывать наверх не стали, проучили среди своих, ибо «Хрен с ним, что сам погибнет, так ведь и других людей под пулю подведет». Осенью был случай, когда один персонаж из недавно прибывших пытался сбывать боеприпасы в Донецке. Негодника вычислили и сдали куда следует. Донецк, по его словам, уже частично мирный город - особенно восточные районы, куда уже давно ничего не залетало и где лишь изредка можно услышать далекие бахи. Жизнь обычная, разве что дорогая. Отвечая на вопрос, почему все так, говорит: «Cпекулянты воруют и на нас наживаются». В целом, по его впечатлениям, война идет вялотекущая. Мира нет, но и полноценной войны - тоже. Ополченцы сидят и ждут, что будет дальше.

Борис Рожин, севастопольский блогер