Русский консервативный форум. Воспоминания участника

Заметки Константина Крылова.

Лично для меня мероприятие в Санкт-Петербурге началось со звонка. Звонок был утрешний, ранний, я досыпал последний сладкий сон. Однако ж дела делами, и телефончик я взял почти без раздражения.

- Здравствуйте, с вами говорит такая-то, - прожурчало в трубке, - я представляю (дальше было название почтенной бумажной газеты либеральной направленности. - авт.)... Как вы прокомментируете тот факт, что перед святым праздником в Петербурге собираются провести нацистское сборище?

- Перед Песахом, что ли? - буркнул я спросонок, мучительно пытаясь припомнить, что там за чем следует. - И что?

- Я говорю, - уже более нервно ответила журналистка, - что в Петербурге, городе-блокаднике, сборище фашистов и нацистов собирается!

- По-моему, очень странная идея, - тем же тоном буркнул я, надеясь завершить разговор и еще немного поспать.

- Русский консервативный форум! - журналистка повысила голос. Слово «русский» было произнесено таким тоном, каким прокурор приводит решающий аргумент в пользу виновности подсудимого.

Во мне же включилось занудство - я им вообще отличаюсь, особенно спросонья.

- Консерватор не может быть фашистом, фашизм - сугубо модернистская идеология, - начал я.

Девушка меня раздраженно прослушала и повторила вопрос. С тем добавлением, что в Питер «слетаются самые одиозные фашистские партии» и «зачем все надо Путину».

Тут у меня в голове, наконец, щелкнуло. Речь шла о мероприятии, неофициально организуемом (есть у нас в стране такая организационная форма) партией «Родина». На которое я вроде бы даже был приглашен - вместе с рядом других единопартийцев, включая мою супругу Надежду Шалимову.

- Ну а чего вы хотите? - спросил я. - Россия сейчас в международной изоляции, что неприятно. В таких случаях любая страна начинает искать контакты среди любых сколько-нибудь системных политиков другой стороны, чтобы показать: мы не одни, люди доброй воли нас поддерживают. Советские товарищи целые компартии для подобных целей содержали. А вообще такова стандартная техника.

Закончив разговор, я все-таки встал и пошел читать Интернет: что про мероприятие говорят и пишут. Минут через двадцать я оторвался от экрана и окончательно решил: «Да, надо ехать».

Забегая вперед. Я вообще человек не злой и коммуникабельный и считаю, что с людьми нужно разговаривать и людей нужно слушать. Разных людей. Мне нетрудно сходить и пообщаться с любой практически публикой. Правда, на официальные мероприятия меня зовут неохотно. Так как, при всей коммуникабельности и готовности соблюдать конвенции, у меня есть привычка говорить то, что считаю правильным, и не говорить того, что считаю неправильным. Не знаю почему, но такое воспринимается большинством организаторов всяких мероприятий как некомильфо и неформат. Так что, когда меня все-таки куда-то приглашают, я воспринимаю приглашение как признак того, что приглашающие как минимум способны выдержать хотя бы минимальный уровень дискуссионности. Что уже в плюс.

Кроме того, мне хотелось посмотреть на пресловутых европейских правых. Я когда-то читал о них в ранних девяностых в дугинских журнальчиках - о тонких интеллектуалах, эстетах и эзотериках, борцах с Евросоюзом и американской гегемонией, проповедниках традиционных ценностей, оклеветанных и оболганных силами мирового атлантизма. Впоследствии я познакомился с первоисточниками, почитал партийные программы и особого эстетизма и эзотерики в них не нашел, как, впрочем, и особых ужасов. Но посмотреть и послушать все-таки хотелось. Заодно и что-то сказать самому.

И, наконец, скандал, устроенный изряднопорядочной частью публики, меня окончательно убедил: если уж они подняли такой кипеш, точно надо ехать - как свободолюбцу и противнику шельмований и огульных охаиваний.

Пропущу бытовые подробности. Скажу только, что добираться до города на Неве, ежели не свезло с билетами на благословенный «Сапсан», как было делом непростым, так и остается. Тем более мы с Надеждой везли с собой огроменную пачку журнала «Вопросы национализма», с которой пришлось намучиться. Зато Петербург прекрасен, Царское село, куда меня наконец-то затащили друзья, - волшебно, а люди просто прекрасны собою изнутри, извне и ан масс.

Так что начну с того, как я, нервно поправляя галстук, вошел в фешенебельные недра отеля Holiday Inn, где и происходило действо. Надежда тут же занялась журналом, который надо было принести, доставить и разложить. Я тем временем встал в очередь на аккредитацию и разговорился с Михаилом Черновым, который с «Ленты.ру». Он мне, в частности, сказал, что мероприятие обещали бойкотировать антифашисты. Я не очень понял про бойкот - насколько мне известно, данное слово означает, что они на мероприятие не придут и других к тому же призовут. Из других источников, однако, выяснилось, что они, наоборот, собирались прийти и даже приходили, но были разогнаны и вроде бы даже побиты. Я им посочувствовал.

Ходя по фойе и здороваясь со знакомыми, я тихонько приглядывался к публике, надеясь опознать фашистов. Нет, я не надеялся, что они приедут в черных мундирах и начнут кидать зиги прямо в стеклянные глаза телекамер. Однако у меня все еще есть глупая привычка рассчитывать, что люди будут соответствовать хоть каким-то штампам и стандартам. Так что я очень надеялся увидеть хотя бы парочку тяжелых подбородков, немигающих стальных глаз, идеально прокачанных тел, а то и татуировочку с рунными символами. Однако ничего подобного не наблюдалось. Попадающиеся мне на глаза иностранцы были похожи на типических общественных деятелей средней руки. Каковыми они, судя по всему, и являлись. А такие товарищи никаких тату себе не набивают в принципе. Не та среда.

Забегая вперед: так оно и оказалось. Собравшиеся были европарламентариями, представителями - а то и руководителями - всяких фондов и центров и тому подобными понятными людьми.

Без театральных эффектов, однако ж, не обошлось: среди публики присутствовало несколько казачков в форме, несколько человек в камуфляже и т.п. Погоды они не делали, а картину оживляли.

Символом форума стал лебедь, плавающий в луже с очертаниями России. Правда, южная граница лужи-страны была какая-то не такая, что горячо обсуждалось собравшимися. Кто-то искал и не находил в луже Крым, кто-то, напротив, обнаруживал целый Казахстан. Меня же скорее заинтересовал сам символ: почему вдруг Россия затоплена и что скрывается в водах. Я свернул дискуссию к такому факту, и кто-то предположил, что в луже скрываются рак и щука. Тут-то все и разъяснилось: организаторы форума таким образом подчеркнули свое стремление к многополярному и многовекторному миру. Ибо лучшего символа многовекторности и многополярности, чем крыловские герои, покамест никто не придумал. Правда, осталось неясным, где же воз. Но, видимо, он был и ныне там, то бишь под водой.

Не столь веселыми были разговоры, связанные с пресловутым форматом неофициальной организации, а также с обычными российскими игрищами «кого пускать, кого не пускать». Люди спрашивали друг друга, приедет ли такой-то и пустили ли к нам того-то. Ответы обычно бывали отрицательными - «Нет, не будет, вы же понимаете» или «Нет, визу МИД не оформил, тут политика». Я, конечно, понимал, что организаторы совершенно ни при чем, а вся вина лежит на тех, кто сверху. Хотя все подобные разговоры обычно кончались словами «Спасибо скажи, что вообще разрешили». Я вспоминал либеральные крики о том, как Владимир Путин и его банда собирают со всего света фашистов, и мне становилось как-то совсем уж неловко.

Размышляя подобным образом, я сунулся было в зал, где и должно было все случиться. Но довольно быстро ушел, так как кому-то вздумалось запустить через колонки какие-то песни патриотического содержания. Меня, честно говоря, ситуация разозлила. Я и на митингах-то такого не люблю, а уж в ситуации, когда люди только собрались и им нужно познакомиться и поговорить… На мои расспросы, как все прекратить, отловленные мною организаторы отвечали «Не знаю». В конце концов кто-то мне объяснил, что «у нас тут накладки, опаздываем, вот и включили».

Я упоминаю столь неприятный момент, поскольку он был единственным. Остальное было подготовлено как следует. Начиная с размеров зала - поместились почти все, но и свободных мест не было - и кончая синхронным переводом речей иностранцев. Чувствовалось, что с оргресурсом у людей все в порядке, с возможностями - тоже. Даже пресловутая накладка с началом была, в общем-то, вполне штатной. Может быть, ждали кого-то из спикеров. В наших условиях, когда любая поездка на колесах по Москве или Питеру превращается в бег с препятствиями, - считай, «пустяки, дело житейское».

Открыл мероприятие организатор форума и координатор питерского отделения партии «Родина» Юрий Любомирский. Выступал он с огоньком, так что переводчик еле успевал. В конце он упомянул «имперский город Питер» и провозгласил тост (во всяком случае прозвучало как тост) «За свободу! За нацию! За Родину!» Ну что ж, если бы мне тогда принесли шампанского, я б удовольствием выпил.

Первым выступал бельгиец Крис Роман, руководитель исследовательского центра «Евро-Русь». Говорил он на русском и, что называется, душевно, хотя и поскальзывался на некоторых русских оборотах - например, сказал, что Россия и Европа суть орел, у которого две головы и одно перо. Образ орла с одним пером вызвал улыбки, но в целом речь понравилась: человек призывал к русско-европейскому диалогу, восхищался Петербургом, «городом мостов», и, что особенно характерно, не называл 86% населения России дебилами и уродами.

Дальше выступали прочие, в том числе и я. Если о себе, то я произнес речь о том, что современные консервативные ценности, в сущности говоря, восходят к ценностям довоенной Европы. То есть к ценностям века пара, электричества и промышленной буржуазии. Каковой век ни в коем случае не нужно идеализировать (колониализм, империализм и всякие прочие бяки тоже оттуда родом), но определенные принципы, институты и т.п. стоило бы почаще вспоминать, а то и реставривать. Впрочем, не буду увлекаться и писать здесь на соответствующую тему - хотя искушение, конечно, велико. Но я его преодолею и скажу вкратце о прочих выступающих.

Увы или ура, но ни одного фашиста, нациста или хотя бы религиозного фундаменталиста я среди них не обнаружил. Ни по смыслу, ни даже стилистически. Никто не впадал в раж, не кричал о превосходстве белой расы, не отрицал Холокост (увы, но столь важная тема была как-то забыта) и вообще ничего такого-этакого не выдавал. Речи их были гладкими, красивыми, обтекаемыми, касались в основном нынешнего состояния Европы и российско-европейских отношений. Острых мест присутствовало ровно два: очень теплое отношение к Владимиру Путину и крайне холодное - к гомосексуалистам и прочим половым хулиганам. Впрочем, тут надо делать скидку на то, что Путин им-то лично ничего плохого не сделал, а вот половые хулиганы, видимо, чем-то достали. Однако российским участникам форума проповедь традиционной нравственности показалась чересчур навязчивой, так что ведущий даже спросил у одного из выступавших (кажется, того же Криса Романа), точно ли на Западе происходят те сексуальные ужасы, о которых в России так наслышаны. Крис вроде бы подтвердил наличие таковых, но как-то невнятно. Зато пообещал, что в будущем на Западе можно будет жениться на пингвине. Прозвучало хлестко, но всю хлесткость портило будущее время.

Однако то было и все. Остальные речи могли бы - с небольшими поправками - произносить какие-нибудь еврочиновники лет пять назад, когда с Россией все было вась-вась.

Присутствующие журналисты откровенно скучали. Не то чтобы они всерьез рассчитывали на вкусную зигу или жирную паучью свастику на чьем-нибудь затылке. Но им ужасно хотелось хоть какого-нибудь фашизма. Ну или расизма. Или хоть капельку ксенофобии, которую можно было бы размазать на два абзаца в статье.

На некоторых выступающих возлагались в таком смысле особые надежды. Например, на американца Джареда Тейлора, который сильно провинился в глазах наших и ихних либералов тем, что написал книжку «Белое самосознание. Расовая идентичность в XXI веке». (Интересно, вызывала бы книжка с тем же названием, но заменой слова «белый» на противоположное, хотя бы тень возмущения?) От него почему-то ждали, что он зажжет. Однако тот в основном критиковал действия американской администрации вообще и ее политику по отношению к России в частности. Причем, надо отдать ему должное, целясь в американскую администрацию, он ни разу не попал в саму Америку. Учитывая, куда обычно ложатся пули наших либеральных критиков властей (почему-то почти вся обойма обычно достается русским, для которых не жалеют оскорбительных эпитетов, прежде всего расистски окрашенных), отсюда можно сделать некоторые грустные выводы… Еще один американец был более решителен - он вовсю честил Барака Обаму (разумеется, без единого расистского намека). Он же, перейдя на русский, сказал «Боже, царя храни!», что мне показалось очень верным, но, увы, запоздалым.

Еще одной несбывшейся надеждой стали греки: на мероприятии присутствовали представители партии «Золотая Заря». Ее лидер сидит в тюрьме по обвинению в создании преступной организации. Для тех, кто знаком с россиянским правосудием, а также читал хотя бы пару книжек о том, «как дела-то делаются», такое обвинение звучит как минимум двусмысленно. Тем не менее многие уверены, что греческое правосудие идеально, политического заказа не существует, а обвинение означает несомненно установленную вину. (Те же люди обычно говорят, что никого нельзя называть вором до суда и приговора.) Но так или иначе у организации действительно имеется репутация «такая, знаете ли, серьезная», так что от греков ждали многого.

И дождались. Греки говорили интересно и даже неожиданно. Например, весьма много рассказывали о перспективах взаимовыгодного сотрудничества между Россией и Грецией. Особенно они напирали на перспективы сельскохозяйственного экспорта в Россию. Я понял, что почтенные греки хотят продавать нам оливки и сыр. Может, даже много. И испытал приступ гастрофашизма: греческие оливки и особенно маслины я нежно люблю. И ежели их тут будет много и дешево, я готов простить тем, кто такое устроит, весьма многое. Даже если они выселят из страны всех нелегальных мигрантов и разрешат писать книжки, отрицающие Холокост. Вообще я бы на месте товарищей евреев опасался бы не тех, кто Холокост отрицает (они-то безвредные), а тех, кто его поддерживает… Но про Холокост опять не было ни слова, а все больше про сотрудничество.

Что касается меня, то я с особенным интересом слушал речь господина Удо Фойгта, бывшего председателя Национал-демократической партии Германии и нынешнего евродепутата от НДПГ. Меня, как руководителя Национально-демократической партии России, занимало, что скажет человек из организации со столь схожим названием. Историю НДПГ я, конечно, знал, однако меня интересовала именно нынешняя позиция.

Кстати уж скажу. Меня всегда раздражала понятная, но нечестная манера наших левых и либеральных товарищей судить о политических силах - особенно правых - по тому, что они представляли из себя когда-то давно. Причем сами левые товарищи себе самим благополучно прощают собственное прошлое, в том числе и весьма недавнее. Например, тот факт, что многие почтенные, респектабельные социал-демократические партии когда-то были коммунистическими и состояли в международной преступной организации, известной как Интернационал, считается предметом, за давностию лет подлежащим забвению. Перекрасившиеся коммунистические партии Восточной Европы шпыняют чаще, но понимают разницу. А вот о правых можно судить по книжкам 1980 года, например. Хотя за последние двадцать лет они очень сильно поменялись. Причем по-разному и в разные стороны. Но в основном - в сторону евроскептицизма, америкокритицизма и правого антиглобализма.

В данном случае так и вышло. Речь Удо Фойгта была речью типичнейшего евроскептика. Говорил он о двойных стандартах, весьма решительно ругал американское присутствие в Европе и все такое прочее. Возразить на его инвективы было довольно сложно. То есть можно, но только в ходе серьезной дискуссии. И не со мной, так как, с моей точки зрения, Фойгт был во многом прав.

В перерыве - во время раздачи журналов и обмена визитками - мне сказали, что антифашисты вовсе не разогнаны, а стоят на улице толпой и до сих пор негодуют на творящийся здесь фашизм.

Как я уже говорил, я человек не злой и коммуникабельный. Узнав, что люди до сих пор стоят и ждут фашизма, которого здесь не выдают даже по талонам, я решил с ними поговорить. Что, собственно, и сделал - вышел и поговорил.

Антифашистов оказалось человек двадцать, в основном - молодежь. Они бестолково топтались на небольшом пятачке и не знали, чем заняться. Поэтому я довольно быстро собрал их вокруг себя и принялся рассказывать печальную правду, что пришли они сюда зря, так как никаких фашистов здесь нет.

Молодые люди оказались вполне внятными, даже симпатичными. После нескольких попыток нагрубить они стали слушать, спорить и так далее. Завязался разговор, который, правда, несколько раз пытались прервать некие товарищи, поставленные, видимо, присматривать за рядовым составом. Однако все остальные слушали и даже стали мне жаловаться на то, что на них напал какой-то страшный националист и то ли побил, то ли вырвал какой-то плакат. Я им искренне посочувствовал, а неведомого мне хулигана осудил. Детей всерьез обижать нехорошо, даже если дети безобразничают.

В конце концов я замерз, потому что вышел на улицу без куртки. Молодые люди, в свою очередь, утомились от умственной перегрузки. Так что я ответил на несколько вопросов журналистов. Например, о том, разделяю ли я любовь к Путину, выказанную на конференции многими иностранными гостями (я, разумеется, ответил, что нет: у меня-то нет причин любить Путина), и где прячутся фашисты (я ответил, что не знаю, - наверное, в каком-нибудь грязном подвале, в котором им и место). И ушел, чтобы успеть хоть что-нибудь перехватить съестного на фуршете. Увы, мне достался только жиденький кофеек, в чем я усмотрел если не фашизм, то попрание своих законных прав на питание. Жаловаться, однако ж, было некому, так что я пошел в зал - греться и слушать.

Потом было много всякого интересного. Михаил Ремизов, президент Института национальной стратегии, выступил с великолепно подготовленным докладом (особенно мне понравилось, как он охарактеризовал всю экономическую политику постсоветской России: «Нефть в обмен на удовольствие»). Наталья Холмогорова, глава правозащитного центра РОД, призвала иностранцев к поддержке Донбасса (надеюсь, они услышали). Матвей Цзен, член РОД и НДП, несколько огорошил присутствующих путинистов своим выступлением на тему свободы слова в России (тут снова пригодился я, на сей раз в качестве живого примера). Шотландский националист Доусон, напротив, произнес восторженно пропутинскую речь и даже показал слайд с Путиным на коне, почему-то полуобнаженным. Француз ругал Марин ле Пен, лидера Национального фронта Франции, которая своих представителей на форум не прислала. А Надежда Шалимова презентовала журнал «Вопросы национализма», который присутствующие разобрали весь, так что нескольким хорошим людям пришлось выпрашивать номерки у тех, кто прихватил с запасцем. Кончилось же все неожиданным сообщением о заложенной в гостинице бомбе и свертыванием мероприятия.

По итогам. Мероприятие было интересным и небесполезным. Каких-то особенных прорывов - куда бы то ни было - ждать от него не следует, но некая польза от него может произойти. Хотя бы в плане просвещения, в коем наша публика весьма нуждается.

Ну а фашизм… увы.

Русские и другие европейские правые провели в Санкт-Петербурге общий форум

Проблемы объединения европейских правых вокруг России

Резолюция участников Международного русского консервативного форума

Изобрести национализм