О послании Владимира Путина

Скорее всего, к ожидающей нас реальности послание президента России Владимира Путина Федеральному Собранию имеет мало отношения. Здесь не тот случай, когда пацан сказал - пацан сделал. Но некую информацию извлечь из текста послания можно.

Сначала подведу некий итог. Выражается он словами «денег нет». Собственно, «денег нет» и есть то, что Владимир Путин хотел сказать и сказал. Причем оную мысль он пытался выразить в позитиве. Что требует гораздо больше слов.

Теперь подробности.

Ну, во-первых, Путин вроде как определился с отношением к русскому народу, признал его и обозначил его место в РФ. Не очень большое, зато с хорошим климатом.

Все радуются тому, сколько раз упомянул Путин слово «русские» и как он назвал русских «нацией». Радуются, в общем, правильно, но надо понимать, что о русских Путин говорил только в связи с Крымом (если не считать цитаты из философа Ивана Ильина). Слово «нация» тоже отсылает к понятию национальной территории - без нее (пусть даже воображаемой) нацией никого называть нельзя. Так вот, похоже, русским в Российской Федерации, которых никуда нельзя было приткнуть, теперь выписали место. Крым.

Увы, прав титульной нации нам в Крыму не дали - и не намерены давать, я так полагаю. Но хотя бы признано, что в Крыму русские все-таки живут (то есть там они хотя бы существуют и могут не называться россиянцами). Более того, на территории Крыма у них есть как минимум две святыни: Херсонес и Севастополь. Зафиксировано и то, что у русских есть какие-то святыни, что значит довольно много. Не Кремль, конечно, русским такого не положено - но античный город с европейской историей плюс «город русской славы». На безрыбье очень неплохо. Для остальных русских, рассеянных на пространстве России, то есть в состоянии диаспоры, «тут тоже ясность просматривается» - Крым должен восприниматься как историческая родина, религиозная святыня. «Наша малая родина», ага.

Все изложенное, разумеется, нисколько не противоречит тому, что в Крым завели чеченцев и дагов и они уже отжали самую лакомую собственность, и будут еще отжимать. Думаю, будут также всячески закармливать украинцев и татар. Но у русских крымчан хотя бы есть возможность сопротивляться, потому что любые волнения в Крыму отзовутся на международном уровне, тут тебе не Воронеж бомбить. На Воронеж миру насрать, а на Крым - нет. Так что впервые за всю постсоветскую историю у русских есть некие шансы не совсем уж лечь под чужой сапог. И Путин не то чтобы прямо такое разрешил, а все-таки: русские есть, ага.

Ну а вот теперь начинается про то, чего нет. То есть про деньги.

По украинскому вопросу Путин прямо и открыто заявил, что Украина священна, ее незалежность мы будем оберегать и деньгами закармливать, как и раньше закармливали. Единая Украина - наш стратегический партнер, украинцы - братушки, а никакой «Новороссии» и «Русской весны» [1] нет, есть «трагедия на Юго-Востоке». А если у братушек трагедия, значит, братушкам надо дать денег.

Однако интересно вот что. Публично и подчеркнуто названы цифры, выделенные Украине только за последнее время: 33 млрд долларов. Причем газпромовский кредит, выданный прямо сейчас, в ходе войны, составляет 4,5 миллиардов. И тут же фоном: «А почему западники не платят своей доли?»

То есть публично поднят весьма неприличный вопрос. Я имею в виду своеобразный механизм репараций, взымаемых с России после ее условного второго поражения.

Россия в 1917 году в результате удачного переворота получила статус проигравшей стороны по отношению к англичанам, немцам и вообще всем. Побежденным, как известно, горе: их мучают, унижают и в особенности грабят. Из бывшей России были вывезены невероятные ценности, но вывозом ценностей грабеж не ограничился. На СССР взвалили особенно унизительную и мерзкую епитимью - разгуливать и раскармливать национальные республики, одновременно готовя их к отделению от СССР и передачу под контроль Запада. Возможно, многие посвященные в указанные материи верили, что после отделения нацреспублик Россию перестанут мучить и выпишут ей какие-то права в рамках западной системы (о чем и был весь Михаил Горбачев). Однако произошло иное - был заново подтвержден статус России как проигравшей и капитулировавшей стороны, снова были вывезены все накопленные ценности, а обязанность кормить националов, в том числе отделившихся, сохранилась. Россия морила русских нищетой, но «нашим партнерам по ближнему зарубежью» сыпали в глотки шоколад. Особенно дорого обходились Украина и ее благополучие. Так вот, вполне возможно, что одна из реальных причин конфликта с золоторотой страной как раз и состояла в том, что нынешние российские власти хотели или уменьшить выплаты, или хоть что-то получать за свои деньги (хотя бы уменьшение количества плевков в лицо и соблюдение элементарных приличий, чем украинские власти себя не утруждали). Ни того, ни другого пока не получилось: Россия продолжает платить. Однако желание снизить выплаты имеется и очень большое.

Собственно, именно в данном месте, а не в каком-нибудь другом, следует ждать национализации власти. Она начнется ровно тогда, когда начнется реальное уменьшение выплат Украине, Белоруссии, Казахстану и тутти фрутти.

Многие говорят и пишут, что во внутренней части послания Путин не сказал ничего нового. Ну да. Потому что цель Путина сейчас - получить денег, сохраняя существующую экономическую и политическую модель. Ну то есть «получить максимум, поменяв минимум». Причем под «получить» понимается банальное «получить денег». Не эффективную экономику, не расширение производства, не что-то еще в том же духе - а денег. Разумеется, в твердой валюте. Неудивительно, что «несите деньги бочками» было сказано буквально. Ну то есть про «полную, окончательную, абсолютную амнистию капиталов» и их владельцев. Разумеется, такое означает открытое узаконение всяких нехороших вещей, но деньги нужны - и нужны они вот прямо сейчас.

Примерно то же самое значение имеют и прочие экономические новости. Я не про «строительство индустриальных парков в моногородах» и прочие красивости. Так же и не про волшебную «несырьевую экономику» - о, вечная недостижимая звезда над горизонтом россиянского уныния!

Однако ж вот где важное. Путин, в отличие от некоторых товарищей, понимает, что в плохие времена надо дать народишку немножко накормиться и чуть-чуть поменьше его терроризировать. Такое, с одной стороны, безопасно - потому что в плохие времена народишко все равно будет бегать за крошечкой хлебушка, а не за свободами и правами. И, с другой стороны, если продолжать драть три шкуры, он с отчаяния (или потому, что его кто-нибудь подкупит задешево) может начать бунтоваться. Впрочем, такое и Ленин понимал. Ленин даже пошел дальше Путина - он ввел НЭП. Путин, скорее всего, с чекистского крюка экономику снимать не собирается. Поэтому мантры про хватиткошмаритьбизнес вызывают законный скептицизм комментаторов. Про хватиткошмаритьбизнес говорить начали давно, кошмар с того времени превратился в террор, бизнесмены бегут уже толпами, а уж теперь-то побегут стадами. На таком фоне доступ малого бизнеса к госзаказам и тема адресной борьбы с коррупцией (назван ВПК, показан печальный вице-премьер Дмитрий Рогозин) смотрятся «так себе».

Однако ж ничего ужасного в предлагаемых мерах нет. Напротив, просматривается внятная попытка контролируемой экономической либерализации в условиях внешнего давления и навязываемой изоляции. Думаю, дальнейшие действия (если только Путин не совсем уж раздавлен внешними силами) будут тоже кастровскими. Хотя мы их уже наблюдаем - начиная от оживления темы СЭЗ и кончая дружбой с кем попало. Причем мне кажется, что получится скорее Куба (условно), нежели Иран (тоже условно). Впрочем, посмотрим.

Резонный вопрос: «Почему все то же самое нельзя было сделать десять лет назад?» Резонный ответ: «А кому надо-то?» И сейчас-то все - не в охотку, а по нужде. Будь все хорошо, не было бы таких разговоров в принципе.

Под конец напоминаю: в России президентское послание - не программа конкретных действий на будущий год, а пропагандистское мероприятие. Путин нисколько не обязан не перед кем - даже перед политической традицией - делать именно то, что объявил в послании. Или не делать того, чего в послании нет. Тем не менее определенную ценность оно имеет - хотя бы тем, что декларация определенных вещей сама по себе имеет ценность.

Что нам, русским националистам, нужно учесть и по мере возможностей использовать.

[1] Тут, как я думаю, имел место забавный прокол спичрайтеров. Хотели написать «так называемой Русской весны», но в данный конкретный момент слово «русский» в негативе использовать было нельзя. В последний момент вычеркнули и поставили бессмысленное «крымская». Получился забавный гибрид. Но что хотели сказать - ясно.

Кого и куда послал Владимир Путин

Пустой, но антилиберальный Путин. Впечатления писателя Эдуарда Лимонова и публициста Дениса Тукмакова от послания президента Федеральному Собранию

Слово «русский» становится близким к понятию «ромей»