Из всех потерь, которые у нас были за последние 20-25 лет, стоит отметить еще не состоявшуюся, но уже намечающуюся потерю одного из главных фетишей, значимых для СССР и отчасти для ранней России. Я имею в виду Соединенные Штаты. Но не в смысле реальной страны, а в смысле образа. Для советского человека Америка была значима - как нечто враждебное и одновременно манящее: ну как же, «главная капиталистическая страна», что читалось как «душа и сердце всего того, чего нам нельзя».
Разумеется, «нельзя» воспринималось двояко: или через обычную лисовиноградную резиньяцию «не очень-то и хотелось», либо со слезами безумной и безнадежной влюбленности: хотеть стоит и ничего другого, а только США. Причем сам образ «того самого» был довольно странен - тут тебе и «воротилы-толстосумы» с сигарами в зубах, делающие миллионы из воздуха, и черные парни с золотыми саксофонами, и хиппи в драных джинсах, парящие в кислотных грезах на ложах из цветов и радуг, и небоскребы до небес, и ряды проституток и порномоделей, выставленные как на витрине (советские люди почему-то считали США страной крайнего, запредельного разврата, где разве что на улицах не сношаются, а полицейские торгуют презервативами и журналом «Плейбой» - такую легенду я слышал в молодости), и «Першинги в Европе», и, конечно же, деньги, деньги, деньги, деньги. Помню, как слышал от одного неглупого, в общем-то, человека старше себя: «Может быть, в Америке за все надо платить. Но, с другой стороны, в Америке за все платят». Вера в справедливость американских денег, в то, что в Соединенных Штатах за все платят и платят справедливую цену, - очень грела душу советского человека, который много за что не платил, но и ему особо не платили, через что он ощущал себя одновременно и халявщиком, и обкраденным простофилей.
Сюда накладывалось (сверху) чисто советское - «оплот империализма», который нужно «догнать и перегнать». В мое время, впрочем, уже всем было очевидно, что догнать Америку советским абсолютно невозможно, даже рядышком держаться невозможно, не задыхаясь и не глотая ртом воздух, - при том, что Америка выглядела как легко и непринужденно бегущий атлет в белоснежной форме без единого пятнышка пота и даже вызывала совершенно особую злость: «Из-за нее, проклятой, нас начальство мучает».
Про отношение к Америке в перестройку и после уже наговорили столько, что я не буду повторяться. В основном то были маятниковые колебания, причем в разных слоях разные: пока одни на нее молились, другие ненавидели, потом молящиеся чувствовали себя обманутыми, а ненавидящие как бы торжествовали и т.п. Пиком была война в Югославии, когда в России случились первые и последние в ее истории массовые антиамериканские выступления - толпа у посольства, разбитые рекламные щиты и даже погром «Макдональдса». Потом мне говорили, что именно послужило одной из причин убирания Евгения Примакова - дескать, народ шевелить нельзя, есть некий внутриэлитный консенсус. Дальше были какие-то затухающие колебания маятника - Приштина - 911 - ввод американских войск в Афган с путинского благословения и при его участии - и т.п. Однако на фоне колебаний постепенно утрачивалось чувство огромной значимости Америки. Как выяснилось, оно было очень связано с космической гонкой. Пока ты за кем-то гонишься, ты видишь его спину. Но когда у тебя подкашиваются ноги и ты падаешь в грязную лужу, ты видишь только лужу. А когда поднимаешь глаза, выясняется, что желтая майка уже так далеко убежала, что ее и не видно. Америка опередила весть мир и уж тем более Россию настолько, что ее перестало быть видно, всякие сравнения стали неактуальны. Зависть - тоже. Нищий не может завидовать королю, он может завидовать только более удачливому нищему.
С другой стороны, несомненное лидерство Америки перестало выражаться в ясных и понятных вещах. Например, наши люди уже давно не понимают, что Америка делает в мировых делах. Ведущиеся ей войны нам непонятны с точки зрения того, зачем они ведутся. Когда американцы вошли в Ирак, все ждали, что они оттуда повезут нефть, «иначе зачем». Нефть не повезли. «Непонятно, чего хотели». Что они делают в Афганистане, тоже никто не понимает. Основная версия наших конспирологов: «Они там наркотики делают, чтобы нас ими травить». Кстати, нас ими действительно травят, но не американцы, а наши власти, поощряющие наркотизацию русского населения, что понимают все больше людей. Хорошо; но при чем тут пиндосы, им-то что надо?
Однако самое значимое разочарование случилось, когда американцы выбрали-таки президентом Барака Обаму. И здесь есть одна существенная тонкость. «Наш человек» - совершенно не расист, скорее наоборот. Но вот в образ Америки входило еще и то, что там негров линчуют и вообще там - «расизм». Потом наши люди узнали, что негров там всячески облизывают и обхаживают, что разочаровало наших людей, поскольку, с нашей точки зрения, облизывание негров выглядело как какая-то измена образу. Однако негр-президент - вообще уже как-то слишком, что-ли. «Совсем они там разложились», - вот что-то такое я слышал после выборов Обамы от разных людей. А уж американская политика в Сирии (очень тонкая и продуманная) воспринимается как сплошная невнятица. «Ты уж или ебни, черножопик, или отзырнь». В общем, целостный образ Америки в глазах обывателя распадается. И поэтому мы ее теряем.
Константин Крылов, философ, публицист, общественный и политический деятель
Фейсбук Константина Крылова
