Падение режима аятолл в Тегеране приведёт к возвращению США в Закавказье. Есть ли у России козыри, чтобы его спасти

Как внешние и внутренние силы довели Иран до революции-2.

В августе 2025 года британские издания, ссылаясь на источники в разведке, сообщили об ожидании кризиса в Иране. Начался он едва ли не по графику. Как всегда, впереди шло информационное давление. Никакой иной информации кроме антиправительственной не подавалось и не подаётся. 

Отключение интернета выполняет техническую роль, нарушая координацию протестов. Но картину не меняет. Опорой протестов послужили зоны компактного проживания нацменьшинств, которые пока не выдвигали сепаратистских лозунгов. 

Одновременно в глобалистских СМИ засветились в качестве экспертов представители иранской эмигрантской среды. Они не имеют авторитета в самой стране, оторваны от реальности и выполняют роль фона для ожиданий падения режима. 

Выступления рахбара Али Хаменеи эффекта не дали. Его лозунги сердца людей не затронули. Так что надежда - на решительность элит перед лицом хаоса, которая придаст силовикам уверенности.

Важно учесть, что так называемые либералы уже провели в Иране ряд косметических реформ. Но, как всегда в аналогичных случаях, они никого не устроили и усугубили кризис. В стране накопилась масса проблем, которые давно открыто не обсуждались, а элита слишком оторвалась от реальности.

Поэтому в стране происходит всё и сразу - на фоне саботажа внутри власти, отсутствия перспектив и усталости от трудностей у населения. Даже если режим устоит, смена первых лиц выглядит как неизбежность и последний шанс избежать краха.

Ситуация меняется, но не стремительно. Кажется, вначале во власти было понимание, что единство - залог устойчивости. Но по мелким сигналам уже заметно, что наиболее актуальный вопрос по окончании кризиса - идея смены рахбара.

Более того, на горизонте маячит перспектива полного сноса режима аятолл и возвращения Ирана к светской форме правления. И тогда главной фигурой станет президент Масуд Пезешкиан.

Цели возможной внешней интервенции прозрачны и особо не маскируются. Для Израиля, который выдвигается на роль тарана, возникает надежда на устранение непримиримого противника и единственной реальной угрозы. И тут с ним сходятся монархии Персидского залива. Для них шиитский Иран - традиционный противник. А его крушение позволило бы снизить внутреннее напряжение в условиях сокращающихся возможностей поддерживать лояльность собственного населения. 

Что касается США, то для Вашингтона ликвидация иранского режима была бы не только символическим реваншем за унижения прошлого, но и возвращением на берег Каспийского моря, в Закавказье. А главное - переходом к практическому проникновению в Среднюю Азию. Цель - поджечь регион между Россией и Китаем с перспективой его обрушения.

Естественно, встаёт вопрос о конкретных возможностях России в иранском кейсе. Самый очевидный ответ просматривается в силовой сфере. Наконец-то при помощи радиоэлектронной борьбы создана серьёзная помеха для космической связи США, осуществляемой через спутники Starlink. Технологии, очевидно, российские и китайские. А, судя по данным авиаперевозок, между Ираном и РФ наблюдаются интенсивные рейсы.

Главный вопрос, на который пока нет ответа: с кем именно взаимодействует Россия? Кто в Иране нуждается в сотрудничестве с русскими? Если силовики, КСИР, МВД, армия, то помощь, которая им нужна, придёт. Проблема - в высшем государственном руководстве: кто из нынешних иранских элит готов опереться на помощь России и Китая для спасения страны?

От ответов зависит будущее Ирана. А то, каким оно должно быть, вполне понятно. Если страна пройдёт через нынешнее испытание, то главный вопрос внутренней политики, который не решить никому кроме самих иранцев, - транзит верховной власти. Ответа на него нет. Но возможные шаги России очевидны.

Прежде всего - занять более жёсткую позицию в отношении режима санкций против Ирана. Включая рестрикции ООН, формально возобновлённые стараниями Запада в сентябре 2025 года: против выступили Россия и Китай. После бандитизма США в Венесуэле сохранять приверженность западным санкциям -  значит наносить вред собственным интересам. Синхронизация наших шагов с Китаем усилит эффект. Вдобавок стоит поработать с Индией, имеющей с Исламской Республикой тесные связи. 

Но даже если РФ выступит одна, эффект окажется сильнейшим, демонстрирующим силу и возможности противодействия давлению на Тегеран. Правда, у иранских руководителей должно быть понимание, что присущая им щепетильность в вопросах суверенитета, как они его понимают, нуждается в корректировке.

Официальный выход из режима санкций имеет символическое значение. Он продемонстрирует закат эпохи доминирования Запада в принятии соответствующих решений. Освобождение от ограничений всего военного блока Ирана, его нефтегазового сектора и сферы финансовых расчётов выгодно всем участникам.

Одновременно необходимо ускорить реализацию шагов по подключению Ирана к альтернативным вариантам расчётов, интенсифицировать мегатранспортные проекты, снять препятствия для товарооборота вплоть до использования механизма свободных зон по широкому кругу товаров. Однако главная задача применительно к любым мерам - быстрая стабилизация экономической ситуации в Иране. Если население страны почувствует облегчение, его реакция успокоит многих.

Смежный и самый проблематичный вопрос - о безопасности. После 12-дневной войны и событий в Венесуэле США и Израиль испытывают сильное желание добиться окончательного успеха в Исламской Республике - свергнуть режим аятолл прямым нападением. Очевидно, что военная подготовка идёт. Но если её возможно отследить, то вот раскрыть политические контакты и выйти на след предателей в иранских элитах куда труднее.

И здесь весьма кстати положение России как страны, имеющей контакты с заинтересантами. До Израиля и арабских монархий следует донести мнение, что военное решение иранского вопроса ошибочно, успеха не получит и приведёт для всех к пагубным последствиям. Тезисы целесообразно подкрепить совместными с КНР действиями, поддержанными военными структурами Ирана. А их доставка до адресата потребует тонкой работы, чтобы США и Израилем был правильно прочитан сигнал: Иран в обороне один не останется, но сам он к конфликту не стремится.

Главная цель России - выступить стабилизирующей силой в регионе: дипломатической и военной. В итоге должно возникнуть более тесное взаимодействие Москвы с упомянутыми игроками.