Дублер для Джонсона. Звездный час Доминика Рааба?

Дублер для Джонсона. Звездный час Доминика Рааба?
10 Апреля 2020

В Соединенном Королевстве Великобритании и Северной Ирландии произошло два знаменательных события, а именно - на двух главных политических постах сменились персоны. На пост премьер-министра заступил Доминик Рааб, на пост теневого премьер-министра - лидер оппозиции лейборист Кир Стармер. Первый занял должность главы правительства временно - до выздоровления Бориса Джонсона, проходящего интенсивное лечение от коронавирусной инфекции. Второй - на срок по крайней мере до следующих парламентских выборов в 2024 году. Но что означает смена сразу двух фигур - если означает что-либо вообще?

Казалось бы, с Домиником Раабом все просто и ясно: он, выражаясь нашим бюрократическим языком, врио премьера, поскольку помимо поста министра иностранных дел занимает так же и пост первого госсекретаря. Обоими постами он обязан Борису Джонсону, а потому можно ожидать, что Рааб во время своего премьерства будет во всем продолжать линию Джонсона. То есть будет его копией - и не более того.

И, казалось бы, значительно менее ясно с Киром Стармером, который сменил прежнего лидера лейбористов - Джереми Корбина, победив во внутрипартийной борьбе. Провал лейбористов на парламентских выборах декабря 2019 года означал, что корбиновская радикально левая стратегия в экономике (почти полная национализация) и двусмысленная стратегия в вопросе о Brexit`e (второй референдум) потерпели крах. А значит, новый лидер должен что-то радикально поменять. Но - что именно? И - в какую сторону?

Именно здесь и таится основная неясность. Сдвинуть партию лейбористов левее Корбина?! Заведомо не получится, если только лейбористы не хотят превратиться в революционную партию типа российских большевиков начала ХХ века. Сдвигаться вправо - ближе к центру? Но именно там уже основательно расположились тори, эффективно под выборы освоившие идеологический прикид социал-консерватизма. Поэтому на самом деле у Стармера есть только один выбор, что равнозначно констатации - нет выбора: оставаться тем же Корбином, делая вид, что он не Корбин. И ловить тактические шансы в ситуации общенациональной беды. Что он и сделал, потребовав от правительства опубликовать план выхода из lockdown’а, то есть план действий в момент, когда пандемия коронавируса закончится и можно будет снять все ограничения для бизнеса.

Поступив так, он уже нарвался на ответ из лагеря тори - почему бы лейбористам не опубликовать свой аналогичный план? Ведь сегодня, в ситуации острого кризиса, перед лицом невидимого, но смертоносного врага, все должны работать на общее дело, а не заниматься политиканством на крови. А что касается обязанности правительства, то последовало резонное напоминание о том, что сам факт публикации такого документа может сыграть злую шутку: люди поймут, что угроза миновала, и начнут вести себя соответственно. А между тем, когда именно можно будет вернуть экономику на мирные рельсы, предсказать не может никто. В том числе и премьер Доминик Рааб. И тут - не единственная и не главная неясность, которая с ним связана.

На самом деле его положение даже более сложное, нежели у Стармера. Тот по крайней мере - законный и легитимный лидер лейбористов с понятными полномочиями и обязанностями. А кто такой Рааб? Он - как бы временный Джонсон, как бы дублер для опасных трюков? Если так, то надо помнить, что копия всегда хуже оригинала. И в искусстве, и тем более - в политике. И там, и там амбиции - главное дело. Плох тот художник, который не стремится к оригинальности. Плох и тот политик (а не просто - партийный функционер), который не видит себя лидером.

А у Рааба, как свидетельствует его карьера, амбиции действительно есть. В ноябре 2018 года он ушел в отставку с поста министра по Brexit`у в знак протеста против плана Терезы Мэй, в котором присутствовал злосчастный ирландский backstop. Уйти с одного из ключевых на тот момент правительственных постов и стать простым заднескамеечником в Палате Общин было поступком! Никто же не знал, что через полгода Тереза Мэй будет вынуждена оставить должности премьер-министра и лидера тори, тем самым открыв внутрипартийную гонку за освободившиеся вакансии.

Да, все верно - Рааб принял участие в гонке. И даже прошел во второй тур фракционного отбора, набрав 33 голоса в свою поддержку, что составило почти 11% от общего числа фракции тори. Неплохой результат для политика, который не числился в фаворитах и не принадлежал к когорте таких политических тяжеловесов, как Борис Джонсон, Майл Гоув и Джереми Хант. Свои голоса он передал Борису Джонсону, и тот отблагодарил Рааба, отдав именно ему, а не Майклу Гоуву, например, два ключевых поста в своем новом кабинете.

Судя по всему, Рааб, в свою очередь, до сих пор демонстрировал полную лояльность своему шефу. Но вот, похоже, для него наступил момент истины - когда ему придется сделать непростой выбор. Его довольно наглядно описал колумнист портала Conservativehome.com Эндрю Гимсон (Andrew Gimson):

«Темная лошадка Рааб стоит перед трудным выбором пути. Если он будет доволен собой, то его обвинят в том, что он всерьез подумывает о своем не только временном премьерстве. А если он будет выглядеть не очень внятно, люди станут задаваться вопросом: а годится ли он на роль заместителя? Ведь роль заместителя во многих отношениях более трудная, чем роль лидера, поскольку она требует особого такта и прилежания при трактовке пожеланий шефа».

А ведь ситуация и впрямь выглядит как звездный час. В правительстве Борис Джонсон - не первая и не единственная жертва коронавируса. Как напоминает Том Уиппл (Tom Whipple) в своей статье в номере «The Times» от 8 апреля, до него коронавирус был обнаружен у министра здравоохранения Мэтта Хэнкока (Matt Hancock), главного врача Криса Уитти (Chris Whitty) и главного советника Бориса Джонсона Доминика Каммингса  (Dominic Cummings). Разница в том, однако, что все они оказались с достаточно сильным иммунитетом и лечатся на дому, а вот Джонсона были вынуждены поместить в отделение интенсивной терапии. И налицо - тревожный симптом.

Вообще-то, до сих пор Джонсону во всех ситуациях, где его шансы казались мизерными, неизменно везло. В 2008 году он выиграл выборы мэра Лондона - города, который был бастионом лейбористов. В 2016-м на референдуме он поставил на Brexit и снова выиграл. В 2019-м он выиграл пост лидера тори и премьера - несмотря на довольно скандальные (по британским меркам) обстоятельства ухода от прежней жены к бывшей пресс-секретарше партии. В том же году он пошел на досрочные парламентские выборы, несмотря на то что не осуществил Brexit до 31 октября - хотя обещал осуществить его или умереть (знаменитое do or die). И выиграл их с разгромным счетом. В общем - везунчик. Но…

Вот что написал в свежем номере «The Spectator» Тоби Янг (Toby Young) в статье под заголовком «Британии нужен Борис - исключительный человек, с которым я знаком уже 35 лет»: «В группе тех, кто заразился коронавирусом в возрасте от 50 до 59 лет (а Джонсону - 55), шансы на необходимость госпитализации - один к десяти. Только 12% из госпитализированных попадают в интенсивную терапию. То есть у Джонсона был один шанс из ста, и он вытащил-таки единственную короткую спичку. А для зараженных коронавирусом, кого направили в отделение интенсивной терапии, шансы на выздоровление 50 на 50».

Вечером 9 апреля Бориса Джонсона выписали из отделения интенсивной терапии и перевели в обычную палату. Но вместе с тем оставили под тщательным наблюдением. Значит ли ситуация, что самое худшее для него уже позади? Возможно. Но, похоже, что ближайшие недели станут для Джонсона решающими в смысле выяснения того, в какую сторону склонится нынешний хрупкий баланс. И того, насколько затянется его возвращение на премьерский пост. Если оно вообще состоится…

И в не меньшей степени решающими для Доминика Рааба в смысле его проверки, грубо говоря, на вшивость. Среди полномочий премьер-министра, которыми теперь наделен Рааб, есть, например, право рекомендовать Ее Величеству королеве Елизавете II кандидатов на высшие посты в судебной системе и в англиканской Церкви (королева не только глава государства, но и глава Церкви). Формально Рааб имеет право даже перетасовать состав правительства (reshuffle), но представить себе, что он решится на перетасовку уже сейчас, крайне трудно.

Есть полномочия, которые он может реализовать только в формате консультаций со старшими чинами правительства, - решение о начале военных действий в чрезвычайной ситуации. И тем более в случае, если он будет вынужден отдать письменный приказ подводным лодкам с ядерным оружием нанести удар в ответ на ядерную атаку против Великобритании.

И тут возникает интересный вопрос: как уживутся в одной берлоге два Доминика - Рааб и Каммингс, тем более что второй лечится в домашнем режиме. Одно дело, когда Каммингс в ранге старшего советника премьера Джонсона фактически подчинил себе всех советников кабинета министров и вообще весь аппарат правительства. И дело несколько другое, когда сейчас формально Каммингс советником премьер-министра Рааба не является.

При живом (в кавычках) Джонсоне роль Каммингса всем была понятна - даже если некоторым и не нравилась. А при Джонсоне в отделении интенсивной терапии сам дистанцированный Каммингс оказывается в странном положении. Его советы Джонсону не меняли статуса самого Джонсона, а вот его возможные советы Раабу неизбежно заставят полагать, что страной на самом деле управляет то же Доминик. Только - не Рааб. И вроде бы справедливо - ведь, согласно данным YouGove, по рейтингу популярности среди консерваторов Рааб с 13% занимает только 25-е место. Но власть - субстанция, которая никогда и нигде по справедливости не делится. Любая власть. А высшая власть - в особенности.

Так что вполне можно представить себе, какой сейчас в душе Доминика Рааба творится ад. С одной стороны, как человек, обязанный Борису Джонсону своим нынешним положением, и просто как человек он желает ему здоровья и скорейшего возвращения. А, с другой стороны, задняя мысль о том, а что, если… ну не обязательно совсем, а хотя бы - по состоянию здоровья, наверняка периодически всплывает из подсознания нынешнего врио. Возможно, даже к его собственному ужасу. Так что еще неизвестно, кому сейчас тяжелее - Борису Джонсону или Доминику Раабу.

И тут почему-то вспоминается знаменитая фраза из рекламных роликов наших девяностых: «А кому сейчас легко?»

Автор(ы):  Леонид Поляков, Высшая школа экономики
Короткая ссылка на новость: http://4pera.com/~m8xCN


Люди, раскачивайте лодку!!!
Яндекс Деньги: 410012088028516 
Сбербанк: 67628013 9043923014




Срочно требуется 
программист-разработчик игр 

для создания браузерной
многопользовательской игры
под ключ с последующим
сопровождением.
Возраст, образование, опыт работы
и пол значения не имеют.
Резюме на:

   открыл, Электронная почта, конверт значок

 info@4pera.com