Александр Севастьянов. Причины и следствия Майдана в Казахстане-2: как России и русским забрать в республике свое, не трогая чужого

Александр Севастьянов. Причины и следствия Майдана в Казахстане-2: как России и русским забрать в республике свое, не трогая чужого
25 Января 2022

Этнодемографический баланс в своей динамике - решающий фактор в судьбах территорий и государств. Динамические изменения во внутренней политике советской республики Казахстан возникли не просто так, не на пустом месте, а опирались на ярко выраженные изменения этнодемографической статистики. За столетие казахского этногенеза, которому, как мы знаем, включили зеленый свет большевики, она складывалась следующим образом.

Этнократический принцип самоопределения

Численность населения Казахстана за 94 года (1897-1991) выросла примерно в 3,9 раза. Заметной была доля русских. Ведь к тем казакам, которых советская власть приписала в пользование новодельной республике в 1920-1936-х, добавились представители рабочего класса и научно-технической интеллигенции, направленные туда же согласно решению XII съезда РКП(б) (1923) по развитию национальных республик (Сталин: «Промышленные очаги в республиках должен организовывать русский пролетариат»). А в 1950-е в Казахстане стали развиваться три новые отрасли - ракетно-космическая, атомная и целина, - что тоже привлекло русских работников и специалистов.

Но рождаемость у приезжих русских, селившихся в основном в городах, была примерно вдвое ниже, чем у казахов, преимущественно живших сельской жизнью, и соответствующий фактор неуклонно изменял соотношение этнических контингентов.

В итоге накануне распада СССР, согласно последней советской переписи 1989 года, русских в Казахстане проживало примерно 6,5 миллионов (46% населения), а казахов - 6,2 миллионов (44%). То есть пусть ненамного, но меньше, чем русских. Строго говоря, по факту Казахстан в момент обретения полного суверенитета был федеративной страной, резко и четко разделенной на две этнодемографически равные половины - русский Север и казахский Юг (с русским анклавом - столицей республики Алма-Атой, бывшим казачьим городом-форпостом по имени Верный). Но важно отметить, что в восьми областях Северного Казахстана, непосредственно примыкающих к российской границе (для нас - Южный Урал, Южная Сибирь), русские и вовсе составляли от 70 до 90% населения, не считая отдаленной от России Алма-Аты, тоже в целом русской.

Руководство республики, и Назарбаев в первую очередь, отлично понимало значение соотношения русских и казахов. Поэтому головной болью казахской элиты было закрытие русского вопроса, ликвидация угрозы распада страны по национальной границе. Отсюда - стремительный перенос столицы из расположенной близ китайской границы Алма-Аты в самый центр русских областей, Астану (с 1830-го - казачий форпост Акмолинск, позже Целиноград). Отсюда - обозначение в Конституции-1993 Казахстана как унитарного, а не федеративного государства: «Территория Республики Казахстан является целостной, неделимой и неприкосновенной». Элита страховалась от распада или раздела страны, опасаясь потерять неправедно ею приобретенное.

Казахи, кстати, обогнали Россию, поспешив утвердить свой суверенитет в нынешних границах в январе 1993 года. Самой главной особенностью свежего документа, выдающей основное настроение, с которым он писался и утверждался, было положение, записанное в первом постулате «Основ конституционного строя»: «Республика Казахстан как форма государственности самоопределившейся казахской нации…» Ни одна из бывших республик распавшегося на 15 частей СССР не заявляла аналогичного этнократического принципа самоопределения с настолько вызывающей откровенностью, нарушающей все правила и нормы демократии. Порыв казахов к национальному суверенитету, этнократии оказался сильным и эмоционально необоримым.

Народ, никогда не имевший своей государственности, народ, спасенный русскими от тотального геноцида со стороны джунгар в XVIII веке, народ, в полном смысле слова созданный советской властью и награжденный ею огромными землями с русскими людьми, вступил в активную фазу этногенеза - и при первом же удобном случае ухватился за возможность создать национальное государство. И создал, и удержал, нисколько не смущаясь тем обстоятельством, что лучшая часть страны принадлежит русским, составлявшим на тот момент национальное большинство страны. А свою власть закрепил в Конституции, причем закрепили в самом откровенном выражении.

Правда, через два года казахи испугались, что перегнули палку, - и убрали дразнящую гусей формулировку из новой Конституции, принятой в 1995 году и действующей до сих пор. Испугались они, конечно, не русского большинства, пассионарность которого постыдно низка, а несоответствия стандартам западных кураторов. Зато оставили пункт о выборах президента, которым может быть гражданин республики, «в совершенстве владеющий государственным языком» (статья 114, пункт 1). А поскольку государственным языком по Конституции является один казахский, то ясно, что должность президента заведомо обеспечена казаху, но никак не русскому. Впрочем, сказать о лишении русских прав, в отличие от туркмен, казахи постеснялись.

Движение к мононациональности

С тех пор прошло 30 лет, сменилось два поколения. Под мудрым руководством Нурсултана Назарбаева в республике сложилось не просто национальное, а ярко выраженное этнократическое государство казахов, по сути своей русофобское.

Численность населения Казахстана достигла пика за всю его историю - чуть больше 19 млн человек на 1 ноября 2021 года. Однако русских в Казахстане уполовинили, вытеснив из страны: вместо 6,5 осталось 3,5 миллиона. По статистике, на начало 2021 года казахи составляют не 44, а 69,01% населения, русские - 18,42 вместо 46%. Даже Караганда и Усть-Каменогорск уже наполовину казахские города. Теперь, по международным стандартам, Казахстан - мононациональное, а не многонациональное государство.

Большинство из оставшихся русских старше 60 лет; молодые, перспективные разбежались, в основном в Россию (в одном 2000 году республику покинули 600 тыс. человек). Социально-экономическое положение русских резко ухудшилось, их практически полностью выдавили из администраций, силовых структур, бизнеса, растет безработица, закрываются русские школы и культурные учреждения, в казахских школах преподают фальсифицированную в угоду этнократам историю не только Казахстана, но и России. Зачатки русско-казачьего, вообще славянского, включая украинцев, белорусов и поляков, движения, поначалу весьма действенного, успешно раздавлены, а его лидеры, познакомившись с тюрьмой и иными преследованиями, покинули республику.

Каковы при нынешнем раскладе перспективы у России и русских в Казахстане? Они, прямо скажем, неутешительные. Прежде всего - опять об этнической демографии. На 2020 год показатель рождаемости в республике составлял 3,13 ребенка на каждую женщину. В то время как общемировой средний показатель равен 2,42.

С учетом низкой рождаемости у русских казашки вывели свой этнос и страну на уровень самых рожающих в мире: в Иране на одну женщину приходится 3,5 детей, в Йемене - 3,1, в Сирии - 2,85, в Марокко - 2,55, в Тунисе - 2,45, примерно столько же в Ливии и Мавритании и т.д. Есть, конечно, страны и покруче: Нигер (более 7) или Афганистан (6,5). Но и Казахстан явно входит в группу лидеров. Только за последние десять лет прирост населения там составил 2 млн человек. Более того, 40% казахских мужчин поддерживают идею легализации многоженства, которое в исламской республике Казахстан и так де-факто существует. Но особенно важно, что молодежь до 15 лет составляет 21,6% населения (в России - 16,5%), и здесь - будущее Казахстана. По прогнозу ООН, к 2100 году в республике должно проживать 28 млн человек.

Поэтому неизбежно движение Казахстана к сильному мононациональному государству через аналогичную политику, а следовательно, несложно прогнозировать усиление этнократических и русофобских тенденций, их стремление к максимуму.

Их уже более чем достаточно. И нельзя пройти мимо таких чувствительных зон, как язык, культура и вера, служащих этническими маркерами: нарушение этнических прав и интересов особенно болезненно. А в части этнических маркеров Казахстан на 100% развивается по украинскому сценарию: украинизация, сперва мягкая и интеллигентная, со временем выродилась в разнузданную кампанию оголтелой русофобии.

Культурный и языковой отрыв

Акцентируем внимание на языковой проблеме. Понятное дело, что культура, литература и наука, которую получил недавно не имевший ничего казахский народ, была ему преподнесена через русский язык. В том числе - письменный, кириллический.

Согласно данным переписи 2009 года, в Казахстане наиболее распространенным был русский: 94,4% населения страны подтвердили, что понимают устную русскую речь, 84,8% населения умеют и читать, и писать по-русски, а 3,4% - только читать.

В советские времена в закон о языках Казахской ССР 1989 года было введено понятие «государственный язык», и казахский получил статус государственного. В то время как за русским де-юре закрепили статус языка межнационального общения. Но дальше началось наступление на русский самодеятельными силами чиновничества. К примеру, Минсельхоз полностью перевел документацию на государственный язык в 2004 году. Тогда же правительство Казахстана приняло решение, что казахский должен играть важнейшую роль в процессе казахизации, и сам термин выдает нацеленность решения.

К 2006 году в пяти областях Казахстана все делопроизводство было официально переведено на казахский язык. 13 декабря 2008-го тогдашний премьер-министр Карим Масимов (в начале январе арестован за участие в организации националистического путча) заявил, что Казахстан не намерен признавать русский вторым государственным. А 26 июля 2010 года министр культуры Мухтар Кул-Мухаммед сообщил, что история Казахстана в вузах страны будет преподаваться только на казахском. На презентации госпрограммы функционирования и развития языков на 2011-2020-е было предложено ввести в Уголовный Кодекс статью за оскорбление казахского языка, покончить с законодательной поддержкой русского и переориентировать все силы на государственный язык. А 6 сентября 2011 года общественные деятели потребовали от первого президента Казахстана Нурсултана Назарбаева исключить из Конституции пункт об употреблении русского языка наравне с государственным - казахским.

Инициативу переняло министерство образования и науки, глава которого Жансеит Туймебаев в интервью 29 января 2010-го заметил: «Русских школ, то есть таких, где все предметы на русском языке, у нас в республике около 30%. Согласитесь, не так уж и мало». Может быть, так бы и могло показаться, если не знать, что с 2001-го по 2006-й учебный год (всего за пять лет) число школ с русским языком обучения упало на 303, смешанных русско-казахских школ - на пять, а школ с казахским языком обучения выросло на 46. Доля казахстанских школьников, обучающихся на казахском языке, с 2001-го по 2009-й увеличилось до 61%. На начало 2015/2016 учебного года доля студентов, обучающихся на казахском языке, составила 62,7%, на русском - 34,3%.

Тенденция продолжилась и захватила культуру - к примеру, театры и кино. С 2012 года, согласно поправкам в закон о культуре, все фильмы, ввозимые на территорию Казахстана с целью проката, обязательно должны быть дублированы на казахский. А в конце 2021-го парламент одобрил законопроект, разрешающий размещение визуальной информации (читай: в рекламе, вывесках и т.п.) исключительно на казахском языке. И т.д.

И вот - новый сюрприз: казахскую письменность переводят с кириллицы на латиницу. Идею начал осуществлять в 2017-м Нурсултан Назарбаев. Он пообещал, что к 2025 году республика перейдет на латинский алфавит. А латинизация означает, во-первых, что отрыв казахской культуры от русской матрицы в Казахстане углубится. Во-вторых, культурный дискомфорт русских, вынужденно изучающих казахский язык, возрастет.

А вот и вишенка на торте - недавно ряд региональных администраций Казахстана настоятельно рекомендовали священникам Русской Православной Церкви не пускать казаков в форме в православные храмы под угрозой их закрытия. Комментарии, как говорится, излишни. То же самое нам так знакомо по Украине! Легко представить себе гнетущую атмосферу, в которой приходится жить нашим единокровным соплеменникам, русским людям в Казахстане. И вполне понятно, чем в итоге закончится дело.

Точка опоры госпереворота

После того как экспозиция, развернувшаяся в советском и постсоветском национальном пространстве Казахстана, нам стала в общих чертах ясна, вернемся к событиям января 2022 года. Взяв в соображение вышеизложенное, легко понять, что именно произошло в Казахстане, чего России следует ждать в дальнейшем и как надо реагировать.

Совершенно ясно, что казахский национализм, развившийся необратимо вследствие объективных исторических и социальных причин, - и есть та точка опоры, благодаря которой оказался возможен переворот, путч, пусть и неудавшийся. Потому что она существует независимо от нашей воли. Точка опоры - определяющая реалия.

Почему нас, Россию и русских, в отличие, скажем, от Таджикистана или Киргизии, остро задевает происходящее в Казахстане? Потому что касается нашего русского народа, его прошлого, его настоящего и его будущего. Народа, который в 3,5-миллионном составе оказался в заложниках у казахских этнократов. Мы не имеем права предавать наше прошлое и настоящее. Мы не можем не заботиться о нашем будущем. И здесь единственное моральное основание, по которому нам следует занять активную позицию и быть готовыми вмешаться в ход развития событий в сопредельной стране.

Но самое главное - надо четко понимать, что проблема русско-казахских отношений не имеет другого решения кроме раздела Казахстана и воссоединения казахстанских русских вместе с территорией их исконного проживания с материнской страной и нацией. Национализму глупо противопоставлять интернационализм. И неважно какой, коммунистический или имперский. Успеха не будет, конкуренция слишком неравная.

Собственно, Россия уже вмешалась, пусть слегка и ненадолго, послав свои войска в составе контингента ОДКБ для поддержки правящего режима, посчитав его наименьшим злом по сравнению с путчистами. Но чем все обернется? И как продолжится?

Ввод войск ОДКБ, среди которых львиная доля принадлежала России, явно не улучшит ни отношения казахов к русским (которых с всевозрастающей вероятностью будут причислять к врагам казахской нации и государственности), ни положение русских в Казахстане. Можно выразить полную уверенность, что русофобия там возрастет.

Рост русофобии в Казахстане был бы нам на руку, если иметь в виду сценарий обострения русско-казахских отношений с перерождением их в русско-казахскую войну. Имеющую целью раздел страны по этнической границе и возвращение исконно русских, казачьих областей в Россию. К сожалению, шансов на выгодное нам развитие событий, единственное стратегически оправданное, пока не видно. Россия поддержала режим: хороших - в кавычках - националистов против якобы плохих вместо того, чтобы поддержать и защитить русских. И чего теперь ждать от тех, кому мы помогли?

Мы неожиданно увидели, что Елбасы Назарбаев, несомненно, казахский националист, но умудренный опытом, мягкий, предпочитающий варить лягушек на медленном огне, отстал от своего народа и оказался не ко времени. Казахскому обществу подавай национальный радикализм (вариант: радикальный национализм). Так что с уверенностью можно утверждать: действующий президент Касым-Жомарт Токаев для России не многим лучше тех, от кого мы его защитили. Он умный и твердый политик, видит ситуацию изнутри и не может игнорировать настроения масс. Как точно сформулировал в свое время Конфуций, «если хочешь, чтобы народ шел за тобой, ты должен идти за ним».

Но понятно, что для Токаева те представители казахских националистических кругов, которые стоят за путчем, - не опора и не социальная база, а политические конкуренты, в отношении которых действует завет Остапа Бендера: «Нам грубиянов не надо, мы сами грубияны». Его задача - избавиться от конкурентов, сохранив общую с ними социальную базу, но уже исключительно для себя. И что же мы видим в первых шагах Токаева?

Критерии для постназарбаевской элиты

Мы видим, как действующий президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев, не успела Россия спасти его от путчистов, продемонстрировал ориентацию и опору на казахских националистов-русофобов. В новом правительстве республики, состав которого огласил Токаев, мы видим 22 фамилии, но только одна из них - некто Ильин - русская, и что-то подсказывает мне, что Ильин - отнюдь не ставленник русской диаспоры.

Зато в списке назначенцев присутствует Аскар Умаров, министр информации и общественного развития, - личность более чем одиозная, которой даже запрещен въезд в Россию из-за оголтелой, отъявленной русофобии. Неизгладимо запечатлелось, как в 2017 году возглавляемое им государственное информагентство «Казинформ» издало карту, где к Казахстану наглядно прирезаны российские территории (Омск, Оренбург). А в адрес русских людей Казахстана Умаров заявлял публично буквально следующее: «Не забывайте, что вы тут навязанная диаспора, а не автохтоны, и скажите спасибо, что ваши права соблюдаются и вас как колонизаторов в иных странах никто не гонит».

Не гонит? Судя по тому, что русское население республики за 30 лет потеряло половину, Аскар Умаров лукавит. Но процесс едва ли остановится. Тем более что именно с Умаровым связывают появление в Казахстане языковых патрулей, которые требуют от случайных прохожих на улицах, чтобы они говорили на казахском или извинялись за его незнание. Аналогичные действия мы видели в 1990-е годы на Украине, в Молдавии и других бывших республиках СССР, следствием чего был усиленный отток русских. Не случайно глава Россотрудничества Евгений Примаков назвал нового министра русофобской дрянью и отказался с ним сотрудничать из-за его нацистских взглядов.

Впрочем, из членов нового казахского правительства не только Умаров приобрел в России дурную славу. Образованием там занимался и занимается Асхат Аймагамбетов, который, судя по многочисленным публикациям в СМИ, тесно связан с ЦРУ и фондом Сороса. Не удивлюсь, если и некоторые другие министры под стать двум названным.

Ничего не остается, как сделать вывод, что русофобия и западничество стали для Токаева критериями отбора в постназарбаевскую элиту Казахстана. И его принципы немедленно уловили влиятельные казахи в России. К примеру, председатель московского фонда «Казахская диаспора» (он же - глава центрального правления Московского дома национальностей) Полат Джамалов назвал ввод войск ОДКБ оккупацией. Он прекрасно понял, что его заявление ничем не чревато для него ни в Москве, ни дома.

Что ж, логика Токаева понятна. Чтобы удержаться у власти, он сам должен стать крутым националистом, не уступающим ни ушедшему в прошлое Елбасы, ни лидерам путчистов. Он должен быть максимально лоялен по отношению к самому феномену казахского национализма, к поднимающейся грозной народной волне, воплощению пассионарности демографически успешного этноса. А в противном случае окажется в жалком положении украинского коллеги Виктора Януковича в Ростове-на-Дону. Поэтому его маневр предельно ограничен, что бы он клятвенно не заявлял в кулуарах коллегам по ОДКБ.

Что произойдет, если Россия начнет давить на Токаева, настойчиво требуя защиты прав и интересов казахстанских русских? Скорее всего, он вынужденно перейдет на крайние позиции и возглавит новый, более радикальный националистический путч, поскольку ничего другого ему не останется. То есть сделает решительный шаг к окончательному расколу страны, за которым последует… А что конкретно - зависит от России.

Чего ждать и на что надеяться

Сценариев развития событий несколько. Не секрет, что в России немало народу бредит восстановлением СССР. К примеру, глава Национально-освободительного движения, депутат Госдумы единоросс Евгений Федоров обосновал возвращение всей территории Казахстана в Россию в реставрационном духе. Всей! Естественно, со всем ее 12-миллионным казахским населением, стремительно размножающимся и русофобским по определению. Ничего ужаснее нельзя было бы себе вообразить, ведь то, что предлагает господин Федоров, равносильно тому, чтобы подсадить здоровому организму раковую опухоль или заставить человека жить в обнимку с осиным ульем. Боже упаси! Но идея «Назад в СССР», несомненно, вызывает энтузиазм и надежды в определенных кругах.

Есть, однако, и другой сценарий. Он предусматривает ввод российских войск на те территории, что были переданы Казахстану от Российской Федерации на условиях невыхода из СССР (вот тут могут пригодиться казуистические выкладки Евгения Федорова для юридического оправдания использования армии). И восстановление законного права на них со стороны России. Но должен быть соблюден основополагающий принцип: взять свое, не трогая чужого. Верните нам наше, былые братья, а теперь небратья казахи, - и спите спокойно, и стройте себе что хотите.

Правда, параллельно придется занять Кызылординскую область с космодромом Байконур, поскольку надеяться на продолжение доброго сотрудничества едва ли получится. Хотя бывает всякое. К тому же придется пожертвовать русской Алма-Атой, бывшим городом Верным, дотянуться до которой и контролировать которую мы не сможем (слишком далекий анклав), так что произойдет своего рода размен.

Нужно особо заметить, что описанная политическая развязка по большому счету уже санкционирована российской властью. Причем с самого верха. Выступая в 2014 году на Селигере, президент Владимир Путин, и явно в развитие главной идеи Русской весны, заявил, что у Казахстана никогда не было государственности и значительная часть его территории - подарки от России, сделанные во времена СССР. А уже в 2020-м в знаменательный день 22 июня Путин пояснил: «При создании Советского Союза в договоре было прописано право выхода, а поскольку не была прописана процедура, то возникает вопрос: если та или иная республика вошла в состав Союза, но получила в свой багаж огромное количество российских земель, традиционно российских исторических территорий, а потом вдруг решила выйти из состава Союза, то хотя бы выходила с тем, с чем пришла. И не тащила бы с собой подарки от русского народа».

Посыл президента был услышан, верно понят и подхвачен многими политиками, политологами, журналистами. В том числе такими чуткими, тонкими и точными уловителями политических ветров, как депутаты Госдумы Вячеслав Никонов и Евгений Федоров. В программе «Большая игра» на Первом канале Никонов заявил, буквально вторя Путину, что прежде «Казахстана не существовало, Северный Казахстан вообще не был заселен. Казахи существовали гораздо южнее. А, собственно, территория Казахстана - большой подарок со стороны России и Советского Союза». Уместно напомнить, что с 2007-го Вячеслав Никонов - исполнительный директор фонда «Русский мир», назначенный лично президентом России, а с 2011 года - председатель правления фонда. То есть его заявление - манифестация влиятельной организации, почти официоза, отвечающей за русский аспект этнополитики и состоящей непосредственно под патронажем государства. А Евгения Федорова и его взгляды мы уже разобрали.

Что перед нами, если не мощная заявка на политику русской ирреденты, на объединение русских людей и русских земель в одном государстве? Не пора ли ее осуществить?

Конечно, всем понятно, что второй вариант развитие событий чреват затяжной, в том числе партизанской войной с собственным мягким подбрюшьем, как выразился однажды Александр Солженицын. Не то чтобы можно было сомневаться в исходе войны. Но появление в не слишком защищенном месте России столь длинной линии фронта, за которой могут оказаться не только казахи, но и их разнообразные братья по вере, - спору нет, стало бы большой головной болью. Особенно с учетом близости исламистского Афганистана, где, между прочим, проживает не менее 45 тыс. этнических казахов.

Вариантом решения проблемы могло бы стать соглашение с Китаем о разделе Казахстана. Таким образом, казахское сопротивление разделу сразу превратилось бы из нашей проблемы в китайскую. А в Пекине накоплен гигантский опыт разрулирования аналогичных историй (взять хотя бы Тибет или Синцзяно-Уйгурский район). Кто-то скажет, что вовлечение КНР опасно тем, что между Китаем и Россией исчезнет буфер, как исчез он в 1939 году между СССР и Германией с разделом Польши. Но на самом деле для нас мало что изменится, у нас и без того самая протяженная граница с Китаем.

Решение назревающей проблемы российско-казахстанских отношений через соглашение с КНР стало бы достойным и логическим продолжением Русской весны, воссоединения с Крымом и углубленной интеграции с Белоруссией. Если, конечно, смотреть вперед с позиций стратегических, не отвлекаясь на вопросы тактики и не позволяя зашорить себе глаза мечтами идеалистов о дружбе народов а-ля совок. Впрочем, по-другому смотреть не нужно и вредно. Так что иные сценарии рассматривать, пожалуй, не стоит.

Александр Севастьянов. Причины и следствия Майдана в Казахстане: как протоказахи предавали русских, а казахи уходили из России

Автор(ы):  Александр Севастьянов, патриарх русского национализма
Короткая ссылка на новость: http://4pera.com/~LSKTX


Люди, раскачивайте лодку!!!




Переходи! Подписывайся! ... пользователей

   открыл, Электронная почта, конверт значок

 [email protected]

вконтакте